12

Он быстрым уверенным шагом идет в нашу сторону и именно в этот миг, он встречается со мной взглядом. Мой перепуганный и его острый, проницательный.

Он быстро прослеживает мой взгляд, направленный на призрака, потом переводит взгляд на наши сцепленные с Даном руки.

Его взгляд полыхнув раздражением, возвращается к призраку, после чего, тот исчезает, резко, будто и не было, но я успеваю увидеть, как Майн странно шевельнул по кругу кистью руки.

Пройдя мимо нас, Кощей осуждающе взглянул на Дана и пронесся фурией дальше.

А я так и стояла открыв рот, забыв про дикий страх и панику и смотрела вслед Майну, чье тело было частично окутано золотым свечением.

- Он…

- Да, Ксюш, и он, - вздыхает сбоку Давиан, - ругайся сколько хочешь, но на сегодня хватит, - произносит устало Давиан и тут же, все линии гаснут, погружая светлый коридор во мрак. После света золота, обычные диодные лампы кажутся мне совсем тусклыми.

Тело Майна тоже перестает светиться и я лишь провожаю его спину взглядом до тех пор, пока он не скрывается за поворотом.

- Куда он отправил того? Ну, со свернутой шеей. Он ведь это сделал? Мне не показалось?- поворачиваюсь заторможено к Дану.

- Не показалось. Он его выкинул куда-то на задворки территории академии, - произносит Давиан напряженно, - у нас запрет от ректора отправлять за грань души, что остались в академии.

- Зачем Майн это сделал? – произношу, понимая, что вообще не ощущаю трезвости сознания. Будто нахожусь в шоковом состоянии.

- Из-за того, что он тебя пугал, полагаю, - произносит задумчиво, хотя в голосе прорезывается напряжение.

- Вы все так можете?

- Да. Когда душа несет что-то плохое, может быть опасна, когда она не светится золотом, мы принудительно отправляем их туда, куда они и должны уйти, за грань. Но тех, кто не несет угрозы, объят золотым свечением, мы не трогаем, если только они не просят помочь уйти. В случае, когда душа в конкретном месте не уместна, мы просто отправляем ее в другое место, подальше.

- Ты не говорил, что есть те, что опасны, - произношу задумчиво, понимая, что начала приходить в норму.

- Это те, кто совершил что-то плохое, или с кем совершили плохое, это всегда влияет на человека, на психику, на сознание, такие души становятся черными, или частично черными. Они не несут угрозу, но вынуждают быть осторожными и могут создать некоторые трудности. Здесь таких нет.

- А тогда почему Майн не весь окутан свечением? Он тоже что-то совершил? Это как-то отражается на Видящих тоже? – вспоминаю, как золотой контур, что окутывал Кощея, был словно порван в нескольких местах и там, где должна была светиться ровная линия, словно зияла пустота.

Эта мысль неожиданно пугает. Но не стали же бы брать преподавателя, совершившего преступление только потому что он Видящий, а ректор собирает таких?

- Как я сказал, это не обязательно должно быть что-то плохое в отношении другого человека. Порой это случается, когда человек разбит настолько, что теряет самого себя. Случается что-то, что меняет личность, меняет сознание. То есть, это что-то, что повлияло на человека настолько, что поменяло его, частично или полностью погасив внутренний свет, - произносит Дан с сожалением, не спеша ведя меня в обратную от комнат сторону,- давай прогуляемся, у тебя ведь появились вопросы.

Киваю, задумавшись о Майне.

- То есть, с ним что-то произошло?

Давиан кидает на меня опасливый взгляд.

- Он пытался покончить с собой, - произносит хмуро Дан.

- Боже…, - я прикрываю ладонью рот, ощущая, как тело бросает в испарину, а затем, меня окутывает колючим холодом.

- Его успели спасти? Или передумал?

- Не знаю, Ксюш. Души многое говорят нам друг о друге, порой ненамеренно. Я знаю лишь, что он делал попытку разбиться на машине. Полагаю, его успели спасти, а не он сам передумал, потому что после, насколько мне известно, он провел пару месяцев в больнице, а когда пришел в норму, пришел в академию преподавать. Скорее всего, по протекции ректора, ведь он часто так делает, привлекает Видящих сюда.

- Не понимаю, что такого могло произойти, что взрослый, как мне кажется, уравновешенный, логичный, молодой мужчина решил свести счеты с жизнью, - произношу удивленно.

- Не догадываешься? Помнишь, ректор говорил о том, что не все принимают нас? Как думаешь, что случается, если близкий человек, узнав правду, не готов принять?

- Она ушла от него? Не смогла выдержать правды? – выдыхаю шокировано, осознав эту мысль.

- Не знаю подробностей, души шепнули лишь, что она не смогла принять теневую сторону, хотя пыталась. В тот вечер, когда они поругались и она ушла от него, не справилась с управлением и вылетела с трассы. А он потом пытался разбиться на том же самом повороте, где разбилась и она.

- Ужас какой. Теперь я хотя бы понимаю, почему он такой мрачный, - мне было некомфортно думать о подобном, а еще, я жутко сочувствовала ему.

Неужели он настолько ее любил, что в отчаянии решил уйти из жизни? Или может, он винил себя?

- Да, Ксюш, - произносит Дан хмуро, постоянно всматриваясь в мое лицо.

- Я не совершу ничего подобного, Дан. Я приняла тебя, приняла твой дар и мне просто надо привыкнуть. Но мы справимся, слышишь? – произношу эмоционально, останавливаясь и обнимая своего парня, что будто ждал, когда я выскажу сомнения.

- Спасибо, маленькая, - шепчет горячо, сжав меня в крепких объятиях в ответ.

Последующие несколько дней я не решалась перейти на теневую сторону, а Дан и не предлагал. Видимо, мне как всегда требовалось время для того, чтобы уместить эту информацию в себе.

Дан и ректор были правы, когда говорили, что мне будет сложно воспринимать как обычного преподавателя Видящего, ведь теперь, я будто иначе смотрела на Майна, а он это замечал. Он вообще очень внимательный к любой мелочи и мое внимание несомненно его злило. Но как ни странно, он ни разу не заговорил со мной об этом, ни предупреждений, ни угроз, ни наказаний. Ничего. Дан тоже удивлялся, но предполагал, что Майн все же делает поблажку мне как девушке Видящего, что только начала привыкать. Понимал, что мне тяжело и не давил. Возможно, это было частичным отражением того, что случилось в его жизни. Именно поэтому, он меня не трогал. Знал по себе, какого это.

Возможно, так оно и было. Но я правда старалась не пялиться на него. Но не выходило. Взгляд против воли сам скользил по очертаниям его высокой фигуры, обтянутой идеально сидящим костюмом, порой скрывающимся под полами преподавательской мантии.

И все же, я старалась. Но его история вызывала во мне бурю эмоций, где преобладало сочувствие и желание поддержать его. Сказать, что не все такие, как она, что он еще молодой, красивый, умный, что он сможет найти ту, что примет его целиком. Но конечно же, я бы ни за что не решилась бы подойти и озвучить подобное, да и очень сомневалась, что он вообще хотел бы слышать что-то такое от студентки, которая его ко всему прочему жалела.

Но тем не менее, я мысленно желала ему найти свое счастье, желала, чтобы он перестал быть таким колючим и закрытым, желала, чтобы ему было к кому возвращаться. А ему скорее всего не было, ведь он как и все преподаватели и студенты, весь семестр жил в стенах академии и выпустят нас всех отсюда только после окончания семестра.

Но я и подумать не могла, что выйти отсюда мне придется немного раньше.

Сегодня была суббота и занятий у нас было довольно мало. Последняя пара была легкой, да и в будущем нас ждал по ней зачет, а мне скорее всего светил автомат.

Настроение было приподнятым, ведь сегодня Крис порадовала меня тем, что комната будет свободна, а сама она будет ночевать у какого-то парня. Совсем не того, с которым она ночевала когда-то. Ее беспорядочная личная жизнь была не моим делом, я лишь радовалась, что мы с Давианом сможем остаться вдвоем, потому что с того раза, когда мы с ним перешли черту и стали близки, у нас не было возможности повторить подобное, хотя Давиан частенько мог утянуть меня за угол и завести так, что коленки подкашивались. Мне нравились эти урывки и даже тот факт, что после приходилось идти на пару и сводить ноги, не могли отбить желания повторять подобное снова и снова.

И вот наконец, Крис ушла, а я написав Дану, что комната свободна, уже тряслась в предвкушении. По телу гуляли первые отголоски желания и я поспешила к зеркалу, чтобы еще раз убедиться, что все хорошо. Волосы аккуратно уложены, кожа смазана кремом, а ноги гладко выбриты.

Улыбнувшись, я рассматривала в зеркале свое отражение. Большие карие глаза, еще по-детски наивные блестели предвкушением, зубы прикусывали пухлые губы, от чего те стали более яркими, на смуглых щеках все-таки немного поступал румянец.

Меня устраивала моя внешность, хотя порой у меня возникало желание быть такой как Крис, эффектной, фигуристой, соблазнительной девушкой. Я же все еще напоминала себе девочку. Ведь телосложением я была достаточно худой, грудь едва доходила до двоечки. Но Дан всегда смотрел на меня так, будто я единственный центр его вселенной и тогда, все глупые мысли улетучивались. Он не с такой, как Крис. Он со мной, он именно мне доверил свою тайну и это несомненно придавало уверенности в том, что мы будем весте. Ведь для них это и правда не шутка.

Нервно выдохнув, я взглянула на дверь. Дан задерживался. Обычно он очень быстро преодолевал расстояние между нашими комнатами.

Но вместо стука, вновь резко распахнулось окно, с грохотом ударившись створкой о стену. Обычно они более аккуратны.

В лицо ударил поток морозного воздуха и я поспешила захлопнуть створки.

К сожалению, щеколда, что была приделана наверное в сотый раз, вновь отлетела, а значит, пока не починят, окна будут распахиваться даже от сильного ветра.

- Ну что же вы такие не аккуратные-то, - сокращалась, поднимая с пола поверженный в неравной битве с призраками замок и положив его на деревянный подоконник, еще раз плотно вдавила оконные створки.

Осмотревшись, прикидывала, кого из них занесло ко мне. Надеюсь, не того, что со свернутой шеей. Я не боялась уже так отчаянно, но было не по себе находиться наедине с призраком, которого я вдобавок не видела.

И вот, наконец-то распахивается дверь в комнату, являя того, кого я с таким нетерпением ждала.

Забыв о призраке, я с улыбкой развернулась к двери, встречая Дана, но столкнувшись с его взглядом, моя улыбка резко сползла с лица.

- Ксюша…, - шепчет сдавленно.

Он не успевает ничего сообщить. Раздается звонок моего телефона.

Трясущимися руками, я подхватываю телефон и чувствую, как краска покидает мое лицо.

Номер принадлежал одному из охранников отца. Никто из них ни разу не звонил мне, пока я была в академии, лишь отец, а значит…

- Алло, - шепчу дрожащим голосом, вперив в лицо Дана отчаянный взгляд.

Дан стоял напротив меня и даже по застывшему выражению на его лице, я не сомневалась, что-то случилось и это что-то, связано с неожиданным звонком охранника.

- Ксения Юрьевна, Ваш отец упал с высоты на одном из объектов. Он в тяжелом состоянии, вместе с ним был и Игорь, он не выжил, - отчитывается почти холодно, в его привычной манере. Но этот человек был предан отцу. Я не могла сомневаться в его словах.

Колени тут же подгибаются.

- Ксюша, - ко мне бросается Дан, а я слышу лишь звон в ушах.

Покушение. Снова.