36

- Я вам завидую, честное слово! – эмоционально произносит Стас, откинувшись затылком на спинку кресла, что стояло в нашей комнате.

- Значит, это была не твоя девушка, Стас, - пытаюсь успокоить друга, - твоя бы поняла тебя, да и за пару месяцев, это была влюбленность всего лишь.

Друг поднимает голову, смотря на меня мрачным взглядом, таким, от которого сразу становится стыдно и за свои слова и за то, что вообще думала так.

- Всего лишь! – фыркает раздраженно, - вы в своих чувствах через сколько были уверены? Два месяца? Меньше? Поженились через 3? 4?

Прикусываю губу, виновато смотря на парня. Мне несомненно его жаль. И я очень ему сочувствую, ведь он и правда хороший и переживает искренне.

- Извини, я просто пытаюсь тебя поддержать, - винюсь перед ним.

- Да ладно. Понимаю я все. Просто реагирую остро, - произносит отстраненно, отворачиваясь к окну.

- Все наладится. А если она твоя, то остынет и вы помиритесь, - произносит серьезно Дан, смотря пристально на Стаса.

- Мгму, - буркает наш друг, что сейчас проходил через то, что грозит практически каждому Видящему. Когда он с родителями уехал путешествовать, то встретил девушку, она была старше на год, но они нашли общий язык и как оказалось, были из одного города. Они путешествовали то вместе, то врозь, так как у их семей были немного разные маршруты, но даже когда расставались, переписывались, а по возвращении в город, обще не расставались. Стас был убежден, что это любовь с первого взгляда и не сомневался, что тоже самое, видел и в ее глазах. Они были единым целым. А потом, спустя совсем немного времени, его девушка столкнулась с первым несчастным случаем. Совпадение или нет, но Стас испугался за нее и буквально два дня назад признался. Вот только она не поняла его и даже демонстрация теневого мира не привела к положительному результату. Все по классике, наверное. Обвинения в психических расстройствах, в приеме препаратов, наркотики. Все что угодно, чем можно объяснить подобное. Она ушла, заблокировав его во всех сетях, а Стасу, ничего не оставалось, как уехать в академию.

- Не хочу больше об этом, - разворачивается к нам, видимо немного взяв себя в руки, - хочу знать подробности, как ты умудрилась зацепить Кощея, - смотрит уже с интересом на меня, - а то духи на сей счет молчат. Я вообще выпал в осадок, когда приехал, а они шепчутся, что тройка сложилась и что это ваша тройка и в ней теперь есть Майн.

Посетовав на болтливых духов, я с улыбкой качнула головой и рассказала, как уже нас прижало обстоятельствами и даже о том, что сама делала Майну предложение, которое он отклонил.

Стас слушал и то хмурился, то удивлялся, а я сама, вспоминая, как все было совсем недавно не верила, что теперь все будет хорошо. Мы справились.

Звук щелкнувшего замка вынудил прерваться и к нам спокойно вошел второй муж. Он сегодня задержался на кафедре, были рабочие вопросы и сейчас, видя его уже переодетого и хмуро взирающего на Стаса, и больше, на нас с Даном, мне стало не по себе. Я конечно предупредила, что у нас посиделки со Стасом и то, что все Видящие в академии знают о нашей тройке не было для меня сюрпризом. Тут уж никак иначе, и все равно, мне было несколько некомфортно.

Стас при виде преподавателя ощутимо подобрался. И я понимаю его. Мне было бы тоже не по себе, если бы вошел преподаватель, который кошмарит большинство студентов, пусть и обоснованно.

- Ладно, - подскакивает Стас, - мне наверное пора.

- Сидите, уже, - произносит хмуро Мир.

Стас быстро падает обратно в кресло и вопросительно поглядывает на Дана, который лишь махнув ему, подтверждает.

- У вас двоих телефоны выключены, - произносит недовольно Мирослав и мы с Даном панически переглядываемся, тут же хватаясь за них.

И правда, разряжены оба. Уже не первый раз так.

- Прости, - произносим одновременно с Даном, смотря виновато на Мира, который вздохнув, лишь качает головой.

- Варианта два, разговоры по душам заканчиваются и вы все расходитесь на сегодня, или вы, – кивает на Стаса и Дана, продолжаете хоть всю ночь, а я забираю жену в комнату и мы с ней идем спать.

Мы трое смотрит на Мира большими глазами и я тут же вскочив, смотрю вопросительно на Дана, который чуть напряженно рассматривает Мира. Но столкнувшись со мной взглядом, улыбается ласково и кивает в сторону второго мужа.

- Идите, ночуете вдвоем, - даже усмехается, нарочито бодро, но я знаю, ему сложно оставлять меня с Миром.

Обняв мужа и поцеловав в губы, я быстро схватила вещи, в том числе и форму на завтра, зарядку для телефона, помахала усмехнувшемуся Стасу и схватив Мира за руку, быстро поспешила на выход.

Сердце колотилось как бешеное, ведь мне еще не приходилось ночевать с Миром лишь вдвоем.

И теперь, меня волновало главное. Случится ли что-то между нами или нет.

Муж пропускает меня в свою комнату и я осматриваюсь. Схожая с нами обстановка, даже большая кровать имеется, подозреваю, ему отдали тоже семейную комнату.

Муж спокойно опускает свой телефон на комод, подходит, от чего внутри все замирает в волнении и забирает из моих рук сперва одежду, вешая ее в собственный шкаф, а затем и зарядку вместе с телефоном.

Хмурится, действительно обнаружив полностью разряженный телефон, но ничего не говоря мне, ставит на заряжаться.

- Хочешь что-нибудь? – спрашивает мягко муж, пока я рассматриваю, как смягчаются черты лица.

- Нет, спасибо, - улыбаюсь, стискивая пальцы. Не думала, что это так волнительно, прийти, можно сказать домой к собственному парню. Пусть он уже и муж. Но обычно, наедине мы бывали когда Дан куда-то уезжал днем или утром, или когда уходил в душ. А тут…

- А ты хоть ужинал? – спрашиваю несколько взволнованно.

- Да, только вернулся из столовой, - произносит Мир спокойно, подходя ко мне вплотную и рассматривая мое лицо.

- И какие мысли бродят в твоей голове, Ксюш? – хмурится.

Морщусь немного. Мне неловко за них и я даже почти вру, но одергиваю себя.

- Пытаюсь понять, случится ли между нами сегодня что-то или нет, - произношу тихо.

Муж игриво вздергивает бровь и чуть склоняет голову в бок.

- Это зависит от нашего обоюдного желания, но никто из нас не может его предугадать сейчас. Я тебя позвал к себе, чтобы дать возможность Давиану отвлечь Стаса, так как ему это нужно, а не для того, чтобы найти повод остаться с тобой наедине, хотя последнее и весьма радует меня.

Улыбаюсь, облизав губы и качнувшись, утыкаюсь в грудь мужа. От него пахнет так приятно.

- Меня тоже. Но мыслей в голове целый рой и они все упорно сводятся к тому, что могло бы случиться между нами, - признаюсь, краснея.

Но тем не менее, как оказалось, мне уже намного легче признаваться ему в этом. Видимо то, что мы сдвинули барьеры и я перестала мучиться вопросом, а что чувствует он, помогло.

Поднимаю голову и тут же тянусь к губам, что сейчас так близко.

Мир не медлит, тут же отвечая мне, и вот уже наши языки сплетаются воедино. Внутри все начинает гореть, пульсировать и это сперва пугает. Потому что я не думала, что после этого поцелуя тело охватит желанием.

Но я не отстраняюсь, я напротив, сильнее прижимаюсь к мужу, глажу его сквозь ткань футболки, в которой он был и это распаляет. Кажется, не только меня. Потому что руки Мира теперь не просто удерживают меня за талию, они тоже неспешно скользят по моему телу, посылая табуны мурашек по коже, что то и дело покрывается гусиной кожей.

И именно сейчас я осознаю, я не буду останавливаться. Я давно хотела, чтобы это случилось, но было слишком много барьеров. Сейчас же, я не ощущаю ни одного их них. Чувствую себя комфортно, хотя некоторая робость и присутствует.

Опускаю ладони вниз, очерчивая подушечками пальцев мышцы живота. Я никогда так откровенно не гладила его. Только когда обнимала, могла мимолетно опустить руку. И сейчас, мне безумно нравились эти ощущения, особенно, когда я запустила ладони под плотную ткань, столкнувшись с голой кожей, покрытой немного волосками в районе пупка и ниже.

Мышцы живота под моими пальцами тут же напряглись, а я чувствовала лишь эйфорию и разгорающийся огонь внутри.

Но вопреки желанию, Мир неожиданно разрывает поцелуй. Осоловело и непонимающе концентрируюсь на его лицо. Хмуром лице и серых глазах, в которых затаилось желание. Такое же сильное, как и мое. Муж бережно приподнимает мою голову за подбородок, поглаживая большим пальцем линию челюсти, как делал за последние дни довольно часто, и всматривается, будто ища ответ на вопрос.

- Это не потому, что мы наконец остались вдвоем. Я правда, хочу, - произношу почти шепотом, не отводя взгляда.

Муж тяжело дышит, и еще несколько секунд рассматривает, а потом, обрушивает на мои губы такой поцелуй, от которого в моей голове не остается ничего, кроме дикого желания.

Его ладони держат мое лицо, а губы зацеловывают мои, постепенно смещаясь вниз, вместе с ладонями, что теперь, уверенно скользнув к пояснице, задирают мою футболку, оголяя кожу, что тут же покрывается еще большими мурашками, но уже от прохладного воздуха.

Мир замечает это, и прижимает меня к себе ближе, уже даже не лаская, я растирая кожу спины большими теплыми ладонями, посылая тепло.

Его губы вновь находят мои, но сейчас, он целует уже более медленно, словно смакуя, но и от этого поцелуя у меня голова идет кругом и поэтому, я сильнее вцепляюсь пальцами в ткань футболки на груди мужа.

Я тоже хочу снять ее, хочу чувствовать его голой кожей, ведь муж никогда не переодевался при мне и максимум, что я видела, это обтянутые боксерами бедра, голые ноги и торс, который обегала майка.

И сейчас, я с волнением и одновременно, с удовольствием, потянула ткань вверх, стягивая через голову и откидывая в сторону, к моей футболке, что Мир легко и уверенно уже снял с меня.

На миг я замираю, рассматривая мужа. Его грудь с бледной кожей покрывает легкая поросль волос, ниже чистая кожа, под которой местами светятся вены, очертания пары кубиков мышц пресса, ярко выделенная талия, плоский живот и дорожка волос, идущая от пупка вниз, под джинсы.

Закусив губу, я рассматривала собственного мужа с видом ценителя, получившего в свои руки желанное. Мои ладони неспешно очерчивали траекторию по его плечам, вниз, вверх, а потом, скользнули по мужской груди и вниз, цепляясь пальцами за пряжку ремня.

Раздается мелодичный «дзынь» и ремень повисает на шлевках. Муж не препятствует, лишь в ответ так же неспешно поглаживает меня по спине, иногда склоняясь и оставляя ленивый поцелуй то на щеке, то на скуле, то на шее.

Расстегиваю джинсы и запускаю руки под них, скользя по бедрам, по ткани боксеров и когда руки проскальзываю по левой стороне бедра, я с удивлением обнаруживаю под тканью неровность. Твердую, бугристую. Старюсь не показывать заминки, но чувствую, как напрягается Мир.

- Можешь смотреть и спрашивать, Ксюш, - звучит над головой с выдохом.

Задираю голову, сталкиваясь с несколько напряженным взглядом. Хмурюсь и опустив взгляд, стягиваю частично с бедер джинсы, а следом и боксеры, оголяя широкий, частично неровный, довольно плотный шрам, идущий от кромки трусов почти на 10 сантиметров вниз. По сути, он полностью скрывается бельем и наверное, поэтому я ни разу его не заметила. Даже стеснение отходит на второй план, пока я вожу пальцами по этой неожиданно открывшейся детали. Пытаюсь понять, откуда он. Ведь такое ощущение, что ему в бедро вогнали что-то, а может быть, это был перелом.

Поднимаю вопросительный взгляд.

- Это после аварии?

- Да. Вспороло покореженным металлом от двери, - произносит сухо, но тем не мене, ласково поглаживая мое лицо пальцами.

Тело тут же омывает холодной волной и я даже вздрагиваю, понимая, что Мир напрягся.

И поэтому, я тут же тянусь к его губам, целуя отчаянно, вкладывая все свои чувства, все, что он для меня значит. Ласкаю его тело ладонями. Свободно, не стесняясь. Потому что это он со мной рядом. Настоящий, переживший многое и с не меньшим комплектом комплексов и травм, рядом с которыми все мои стеснения и ужимки сущая ерунда. Потому что вот он, легко открывается мне, честно говорит и искренне желает.

Тяну мужа за шею, прижимая ближе, целуя глубоко, жадно и муж отвечает тем же. Его руки уже не скромничают, ласкают грудь, цепляют бедра, а горячий язык касается обнаженных ключиц.

Буквально мгновение и меня поднимают на руки. Еще миг и опускают на аккуратно застеленную кровать.

Муж тут же нависает сверху, гладит живот, сжимает пальцами талию, касаясь губами пупка.

Мои домашние брюки, в которых я была, аккуратно стягиваются вниз. На миг, меня одолевает робость, но она тут же рассеивается, когда Мир целует лобок, прямо сквозь ткань белья.

Подкидываю бедра ему навстречу, стискивая пальцами покрывало. Эти ощущения острые, а желание ощутить его внутри уже нестерпимо.

- Мир, иди ко мне, - шепчу прерывисто, тяну мужа за руки, чтобы поднялся выше. Нахожу его губы, обхватаю ногами бедра, все еще одетые в джинсы. Пытаюсь дотянуться пальцами, чтобы снять их, помогаю даже ступнями, ощущаю улыбку мужа в области шеи.

Он отстраняется, даже встает, сам снимая джинсы и носки, оставаясь лишь в одних черных боксерах, через которых слишком отчетливо заметны очертания силы его желания. Но я держу его взгляд. Красивый, сексуальный, тягучий, с легкой улыбкой. Она лучится в его глазах. Но это не превосходство, это понимание.

Муж усаживается на кровать, опираясь коленями в матрас прямо между моих ног. Целует колено, проводит почти небрежно по голени одной ноги, потом второй. Подается вперед и запускает руки мне под спину.

Я понимаю зачем. Я не хочу протестовать, хоть и волнуюсь. Просто любуюсь им. Его тело не такое как у Дана, оно в корне другое, но оно красиво и я искренне надеюсь, что мое тело будет нравиться мужу так же сильно.

Лифчик обнажает мою грудь и я напрягаюсь. Отчаянно следя за мужем, но он тут же слоняется ко мне, все еще находясь между ног. Животом я ощущаю его тело, чувствую его тяжесть, тепло кожи. Он целует сосок, облизывает грудь, водит языком, обостряя чувства.

С моих губ срывается короткий тихий стон, непривычный скорее, ведь я никогда не стонала вслух.

Теряюсь на мгновение и тогда, муж находит мои губы, целует ласково, нежно. Убеждает, уговаривает, доказывает. Между ног я отчаянно ощущаю его желание. Мир двигает бедрами раз, потом снова. Мы все еще в белье. Оба, но эти ощущения острые. Безумно острые.

Но Мир не спрашивает ничего, как и Дан, он чувствует мое желание, мою готовность. Именно когда терперь не оставалось никаких сил, он отстраняется, заводит ладони под мое белье, оглаживая бедра и стягивает трусики, снимая сперва через одно ногу, потом через вторую.

Я же чуть покраснев, слежу за ним, жду, когда он проделает тоже самое со своими.

И это происходит. Муж встает полностью, прежде, чмокнув меня в бедро. Отходит в сторону, открывает ящик комода, ищет что-то. Все происходит быстро, но я приподнимаюсь на локтях, смотрю взволнованно.

Но когда, я замечаю в его руках пачку презервативов, выдыхаю и улыбаюсь ему. Он вскрывает новую упаковку, спокойно достает оттуда квадратик и кинув на кровать около меня, возвращается ко мне. Вновь целует жадно, вытесняя все посторонние мысли в голове, вновь обостряя желания.

Отстраняется, тянется за квадратиком. Едва слышимый звук раздираемой фольги и я заворожено смотрю, как он раскатывает презерватив по члену. Делает он это так спокойно, красиво, без спешки, что хочется любоваться еще. В этом весь Мир.

Но муж возвращается ко мне и я вновь чувствую тяжесть его тела на себе, а его губы ласкают мою шею, пальцы же опускаются между нашими телами и ласкают клитор. А затем, толчок. Он соединяет нас легко, без усилий и я выгибаюсь ему навстречу, ощущая желанную наполненность.

Мысли быстро смываются под волной острых ощущений. Лишь сильнее. Глубже. Еще. Навстречу. И губы. Они как якорь, за который я цепляюсь, потопляемая под уверенным натиском накрывающего с головой освобождения.

Замираем.

Дышу рвано. В голове пусто, лишь слова мигают, словно маячки в темноте. Я люблю его. Сильно люблю. Но я не буду говорить ему этих слов. Не буду портить момент неловкостью, потому что он еще не ответит мне взаимностью. Но я знаю, что нужна ему так же сильно, как и он мне. И я верю, что однажды он тоже произнесет эти слова, но уже вслух.