Глава 3

Входная дверь резко открылась и также резко захлопнулась за моей спиной в тот момент, когда я завороженно смотрела в одно единственное вытянутое окно, за котором уже был не серый, уже привычный мне, Стагон, а дождливый город среди бурной растительности.

— Добрый вечер! — поздоровался со мной приятного вида мужчина, снимая шляпу и поправляя намокший сюртук.

— О, — лишь смогла выговорить, не зная, что делать и что предпринять.

Инструкций как вести себя с постояльцами у меня еще не было, кроме как той, относящейся непосредственно к моей деятельности, то бишь уборки. Я осталась стоять с открытым ртом, ибо тупо не знала, что надо произнести.

Гость был молод, моложе тридцати лет точно, статен и жилист, с открытым ясным лицом, которое мило улыбалось мне, как при виде котенка. Под шляпой оказалась скрыта копна темных волнистых волос, с кончиков которых стекали капли воды.

— Я бронировал, — мягко произнес путник, что указал головой на стойку.

Я кивнула и поджав губы, лихорадочно пыталась найти взглядом метрдотеля или хотя бы кого-то, кто мог бы помочь новому постояльцу. И только убедившись в отсутствии оных, вздохнула и посеменила за стол ресепшена. Гостя ведь надо заселить, не гоже держать его у порога.

За стойкой я нашла несколько журналов. Пролистнув один из них, удивилась непонятным записям. «Две тысячи десять, коты. Не звонить!» — гласила одна из них. «Три тысячи пятьдесят четыре, наполнить солью бассейн» — сообщала другая. Ну вот что это за бред такой?!

Следующий журнал оказался не лучше. Какие-то закорючки, непонятные символы, цифры, выстроенные без всякой логики. Я чувствовала себя полной идиоткой. Решив, что разобраться в этом нереально, я обернулась к ключнице. Выбрав один из ключей с витиеватым брелоком под номером «1055», я протянула его гостю.

— Вы меня не проводите? — спросил он, улыбаясь и не отводя от меня взгляда.

В его голосе звучала легкая ирония, что я невольно почувствовала, как начала краснеть. Наверное, в действительности я должна была представлять собой жалкое потерянное зрелище, никак иначе.

Кое-как совладав со своими чувствами, призадумалась. Номер наверняка не готов к приему гостя, и в идеале стоило бы попросить мужчину подождать другого персонала отеля, более компетентного, чем я, но, словно во сне, я продолжала совершать одну ошибку за другой. Мало того, что я завела его в какое-то боковое крыло, так еще и на протяжении почти всего пути испытывала панический страх перед ковром, что, конечно же, не осталось незамеченным новым клиентом этого странного отеля. Когда же я наконец собралась с духом и ступила на него, то замерла на несколько секунд, ожидая, что пол провалится подо мной и утянет в неизвестность. К моему облегчению, пол остался на месте, и я, с облегченной улыбкой, продолжила путь.

Добравшись до самого конца коридора, мы с разочарованием убедились: нужной нам комнаты здесь нет.

— Извините, — пролепетала, облизнув губы,

И тут я заметила, что гостя качает из стороны в сторону. Боже мой, он же пьян! Только этого мне не хватало!

На этих типов у меня выработался рефлекс еще от Лейлы, в приют которых постоянно пытались затолкаться заядлые алкоголики. Она их терпеть не могла, поэтому приучила весь дом гнать пьянчуг шваброй. Чем я успешно занималась последние три недели, раз уж в другом не смогла проявить свои уникальные способности.

Только вот было в его поведении что-то странное и нелогичное. Если гость был столь пьян, что шел, качаясь от стены к стене, то говорил он весьма внятно, правда уставши.

— Возможно, мы найдем его в другом крыле, — предложил он.

— Ага, — ответила я, теперь еще и принюхиваясь к нему. И нет, от него явно не разило спиртным, а только чем-то тонким, как специя. Нет, он определенно не был пьян, скорее просто устал настолько сильно, что с трудом держался на ногах.

Мы вновь вернулись к стойке регистрации и хотели было направиться к другому крылу, как мой взгляд зацепил движение на втором этаже. Это был никто иной, как единственный человек, с кем мне пришлось иметь дело в этом странном отеле.

Метрдотель нахмурился, взглянул на свои часы и стремительно спустился в холл. Я невольно восхитилась его стремительностью, мысленно аплодируя его ловкости, ведь росту в нем было чуть больше метра.

— Ох, господин Саагаши, прощу прощения за некомпетентность! — воскликнул он, широко улыбаясь и театрально всплескивая руками. — Боюсь, я задержался по вине одного из гостей, которому в строчном порядке была необходимость поесть свежий дуриан, коль уж мы попали на границу с джунглями Иссари.

И поспешил пожать руку гостю. Гость сомнительно посмотрел на его конечность, а потом нерешительно протянул свою. То ли его не учили таким манерам, либо в том месте, откуда он родом, здороваются немного иначе?

— Если честно, я был уверен, что Вы опоздали.

— Успел залететь в последнюю секунду, — пожал плечами, скромно улыбаясь, путник. И указал головой на небольшой чемодан.

— Да, идемте, — и метрдотель полез в картотеку за стойкой. — Я приготовил Вам номер с самыми красивыми видами, — гордо произнес он, протягивая ключ.

— Но мне уже выдали другой.

Господин Саагаши и метрдотель вопросительно посмотрели на меня. Но если гость улыбался мне, то абсолютно противоположные эмоции показывал мой наниматель.

— Да-а-а, я думала, что номер 1055 готов принять гостя, — кое-как, запинаясь, произнесла я.

— В следующий раз лучше не думай, — широко улыбаясь лишь ртом, ибо глаза его сверкнули злостью, проговорил метрдотель и указал на лестницу. — Прошу за мной на третий этаж, господин Саагаши, — и мужчина сделал несколько шагов в сторону лестницы.

Гость прокашлялся и не сдвинулся с места.

— Прошу прощения, но могу ли я все же заселиться на первом этаже.

Мой наниматель застыл с занесенной над полом ногой. Было видно, что ему редко кто отказывал, ведь кому как не метрдотелю лучше всего знать, где какой номер более подойдет гостю. О том, что он является здесь главным, я лишь предположила: ведь кроме него мне никто из персонала не попадался.

— Что ж, — выдохнул он и посмотрел на меня. — Я провожу господина Саагаши, а ты пока уберись на втором этаже, оттуда только что выселился постоялец.

Кивнув в знак понимания, поспешила в выделенную мне комнату за ведром со шваброй, периодически оборачиваясь назад, чтоб проводить взглядом симпатичного уставшего гостя, который в свою очередь лишь раз посмотрел в мою сторону, прежде чем скрыться за дверью.

Взяв рабочий инвентарь, я ненадолго зависла. А где тут набирают воду? Спросить было не у кого, да и какая-то робость охватила меня, уж слишком здесь все было загадочным и непривычным.

Наконец-то увидела малюсенький кран, торчащий из тупиковой стены. Вода из него лилась так, словно здание испражнялось по-маленькому, либо у меня сложилось впечатление, будто оно жалело каждую каплю.

Не прошло и получаса, как набралось с половину ведра. Плюнув на это, поспешила наверх. Мне нельзя терять работу, иначе Лейла может сильно расстроиться, да и подводить мне мою спасительницу ой как не хотелось. И только добравшись до нужного этажа поняла, что не спросила номер комнаты, из которой выписался постоялец.

— Вот ведь растяпа! — с досадой стукнула я саму себя по лбу и не найдя занятия получше начала мыть полы в коридоре. Учитывая, что и тут пол был постелен ковровой дорожкой из красного ворса, мне оставалось лишь протереть вдоль стен, периодически задевая настенные факелы.

И все бы ничего, но в какой-то момент я услышала голоса. Обернувшись и убедившись, что позади никого нет, я начала заглядывать в темные альковы. Но и ни в одном из них никого не встретила. Пока не поняла, что этот гул создают стены.

Можно было бы подумать, что говорят за ними, но в тот момент я была уверена, что дело именно в некотором волшебстве, что пропитало все здание. Я приложилась ухом к одной из темных досок, которыми были обшиты стены и прислушалась.

— Изииии, бегиии, — словно шептали они.

От этого меня пробрали мурашки. На время мне показалось, что я даже забыла, как дышать. И сама не заметила, как спотыкаясь о железное ведро (что с грохотом полетело вниз по лестнице), я поспешила к входной двери. Страх заставил действовать меня спонтанно и ноги не попросту поспевали за действиями испуганного сознания.

Каким-то чудом, иными словами я не могу описать того факта, что вполне успешно преодолела не только коридор и холл, но и лестницу, не успев посчитать телом ступени, добралась до заветной двери. Вначале я по инерции ударилась в нее и только затем попыталась открыть. Естественно, у меня ничего не получилось. Я стучала по ней кулаками, пинала, что есть мочи, но она была заперта. Да кто закрывает двери отеля?! Он же должен быть круглосуточным, как таверны! Это же приют для всех путников!

— Я не могу тебя отпустить. Ты не можешь уйти отсюда, — шикнул зловеще чей-то голос за спиной до того близко, что в ужасе остолбенела.

Несколько секунд я не могла решиться: стоит ли мне поворачиваться или все же оставить это в неведении. Головой я понимала, что со страхами надо бороться, ведь где-то в прошлом я была сильной, я уверена в этом! Но сердце трепетало. Оно выжидало с надеждой на то, что чем позже я повернусь, тем выше шанс, что там никого не окажется.

Я медленно-медленно разрешила себе посмотреть за спину, при этом прикрыв глаза, ибо услышала какой-то шорох.

Кое-как сдержав порыв теперь убежать в комнату, я приподняла ресницы и увидела господина Саагаши, что подходил к ресепшену. Я вскрикнула, отшатнувшись, отчего вновь врезалась в дверь и лишь потом прикрыла рот.

Гость отеля посмотрел на меня в замешательстве.

— Вам помочь, синая? — спросил он, всем видом показывая свою заинтересованность.

— Почему я не могу отсюда уйти? — с дрожащим голосом, задала я встречный вопрос.

Господин Саагаши посмотрел по сторонам в поисках моего собеседника.

— Прости, я тебя не понимаю, — потряс он головой.

— Вы сказали, что я не смогу отсюда выйти…

— Нет. Я однозначно этого не говорил. Даже более, был удивлен, увидев вас здесь. Я услышал звук…

— Звук? — сразу зациклилась на этом слове.

— Да, и судя по всему, это было ваше ведро, — указал он куда-то по ту сторону коридора, как-то устало (на тот момент я бы даже очевидные вещи не заметила, не то, что эмоциональное состояние окружающих). — Я искал метрдотеля, — и мотнул головой на стойку.

Вновь взглянула на гостя. Враг ли он или союзник? Что скрывает он под милой улыбкой? Врет или говорит правду? И почему тогда я не слышала его шагов? Ведь если человек движется, то его априори должно быть слышно.

Догадка осенила меня неожиданно и неприятно. Ковер! Длинный ворс ковра заглушает здесь все! Все, кроме стен.

— Вы его не видели? — продолжил вести беседу господин Саагаши, на что я лишь смогла потрясти головой.

— Что ж, жаль. Но если вдруг увидите его, то передайте, что мне нужно с ним кое-что обсудить.

С этими словами, он, шатаясь, пошел к себе в номер. Я же осталась стоять в оцепенении, прислонившись к злополучной двери, и понять, куда же я так вляпалась!

Спустя непродолжительное время наверху послышались голоса. Женский щебечущий и более знакомый — нахальный, моего нанимателя. Они мило вели беседу, ибо гостья хихикала с нотками флирта, именно так смеялась Лейла, прежде чем скрыться с мужчинами у себя в комнате.

— Что ты тут делаешь? — резко изменился в лице метрдотель, едва увидел меня у двери.

Я посмотрела на его спутницу и попыталась сделать шаг назад. Да где уж мне там! Я итак стояла к ней вплотную!

Отшатнулась в сторону, ибо не могла поверить своим глазам! Это оказалась странного вида существо. Оно однозначно было женской особью, ведь коротенькое платье с пайетками словно было сшито из ее же чешуйчатой кожи.

Переливаясь зеленым в огнях факелов, женщина гордо держала голову, весьма напоминающую рыбу, но с белыми волосами, ниспадающими ровными локонами до бедер. Большие глаза закрывались веками снизу, а не сверху, как у нормальных людей, и отсутствие ресниц заменяли яркие перламутровые тени. И тут до меня дошло — учитывая тот факт, что у нее вовсе не было никакой растительности на теле, следовательно и на голове — ничто иное, как парик!

Женщина ехидно улыбнулась широченными губами, показав мне свои остроконечные частые зубы. Я покачала головой и проморгалась. И знаете, помогло. Видение необычного пропало! Предо мной стояла весьма симпатичная девушка… да ей однозначно были присущи рыбьи черты, но не более. Странно…

— Я… Я хотела выйти, — и попыталась в очередной раз открыть рукой дверь за спиной.

— Мон шери, — обратилась дама, облокотившись на плечо метрдотеля. — Мы в пути. Двеги откгоются лишь по пгибытии, — она как-то странно коверкала слова.

— А… О…, — глупо выдавила я две буквы, не сводя глаз с нанимателя. Меня пугал его гневный взгляд. Господи, за что он меня так возненавидел в одночасье?! Что я ему сделала-то?! Я просто хотела покинуть этот странный и пугающий меня отель!

— Фганцуа, ты нанал новенкую? — обратилась она к мужчине, тем самым наконец-то заочно познакомив нас.

— Да. Не обращай внимания, Исса, — погладил он ласково ее ладонь, что все еще возлежала на его плече. На этот раз он был без шляпы, и его жидкие волосы были аккуратно прилизаны волосок к волоску. — Пойдем в буфетную, я угощу тебя самым вкусным тортом, о котором ты упоминала в свой прошлый приезд.

И все бы ничего, но тут он заметил ведро и разлитую воду у основания лестницы.

— Убери это немедленно, — прошипел он, зло свернув глазами, прежде чем увел странную женщину к двери, что находилась за лестницей.

Я осталась одна со своими нерадужными мыслями. Я в отеле, что по непонятным мне причинам имеет свойство передвигаться в пространстве и не могу из него выйти, пока мы не достигнем определенного местоназначения. Знать бы еще куда именно мы держим путь, и кто выбирает маршрут…

Что ж, мне надо лишь продержаться в этом здании, что нашептывает мне бежать из него со всех ног, всего лишь неделю и я смогу вернуться в приют к Лейле. Сомневаюсь, что она будет рада увидеть меня вновь на пороге с пустыми карманами, ибо у меня были опасения, что Француа мне не заплатит и монетки. Наши с ним отношения не задались уже с самого начала, и боюсь, они не выправятся к концу седьмого дня. Ну да ладно, мы найдем выход. Лейла всегда находит выход.

***Дуриан — самый вонючий фрукт, которые люди описывают как «ад снаружи — рай внутри»