Леон

Велард бушевал.

— Почему ты её отпустил? Почему не сказал мне?!

Я увернулся, и кулак вожака впечатался в стену, проломив деревянную панель кабинета. Ну вот, опять ремонт по весне делать.

— Велард, ты её видел, она забитый испуганный кутёнок! Ну не похожа она на альфа-самку, с какой стороны ни посмотри. Так что просто забудь. Выброси из головы и найди себе, наконец, достойную подстилку. Равную в этом забытом покровителями мёрзлом углу тебе не найти, — в который раз увещевал я друга. Да, печально, что так всё сложилось. Но на его плечах забота обо всём клане. Теперь, когда малышка не будет дразнить его своим присутствием, он должен хоть немного прийти в себя.

— Она моя пади, Леон. Не будет других самок!

— Она не самка, Велард! Она человек! Да она на тебя ни разу даже не взглянула!

Рывок Веларда я едва не пропустил. По счастливой случайности, за спиной оказалась дверь, и я просто сбежал. Пришлось оставить застывшего в бессильном бешенстве Веларда наедине с инстинктами его зверя.

Я злился на человечку. Она даже не попыталась нас понять! Сбежала, не разобравшись, не сделав ни малейшего усилия, что бы влиться в стаю. Я не мог простить ей Веларда. Она довела его до грани не нарочно, но всё же по её вине он каждый день сбегал в лес и тоскливо выл на звёзды и облака. У меня самого от подобных выходок Веларда рвались наружу когти, что уж говорить об остальной стае. И не давали покоя собственные провалы в памяти. От Веларда сейчас толку никакогo, а другим свою жизнь я не доверю, уже попадался на подобной глупости. Быть может, на ночь привязывать себя к постели? Или вовсе не спать, а днём подремать в кабинете.