Глава 31
Горло сдавило сильной жаждой. На кой ляд, он вчера согласился с Мишкой и устроил «мальчишник» на двоих? Смешно, ей Богу. Натан сердиться на друга долго не умел. Так, поворчит для порядка и его отпустит. Рассматривать свое лицо в зеркало можно долго, и оно это лицо, лучше все равно не станет. Заходил желваками под колючей от щетины кожей. Включил щетинокосилку, чтобы выглядеть боле — менее прилично.
Сегодня вторник и Натан Белович женится. Да. На самой лучшей девушке… Лучше, которой просто — нет. Если человека знаешь очень — очень хорошо, то и общаться можно буквально взглядом. Анин взгляд его окрылял, даже про похмелье забыл. Чуток подсмотрел в щелочку двери, как любимая натягивает белые чулочки на стройные ноги. Потоптался. Помечтал, как эти капроночки стянет зубами, а потом и…
Дверь перед его носом закрыли, хлопнув сильно. Прямо тут же опять голова разболелась.
Правда, помогла таблеточка аспирина, которую выдала любимая снохушка Ольга, цокнув языком:
— Папа, вы неподражаемы!
— Что, настолько красив? — приосанился, дернув свадебный пиджак за полы, и поправил манжеты.
— Угу, неотразим. Жвачку мятную возьмите, — протягивает пластинку. — Анна у нас упадет от такой концентрации. — Съязвила, скорчив свое милое личико. Ну, ей простительно. Малая не лжет, не лебезит и не пытается казаться лучше. Язва, конечно… Но, это язва своя.
Погодка выдалась, что надо. Ранняя весна. Они немного перенесли церемонию. Невесте захотелось тепла, чтобы грязная соль на дорогах оттаяла. Натан нашел на солнечном пятачке первые желтые соцветия и принес поутру в спальню. Ане легко сделать приятно. Достаточно даже такой малости. Потом она ластится и по-детски радуется любой мелочи. Девочка еще совсем. Впечатлительная.
Рядом с Аней шел мужчина. Ее мужчина… С зелеными наглыми глазами, в уголке губ застыла суровая складка. Заинтересованный взгляд нырял в откровенное декольте. От него пахло мятой и разило спокойствием.
Марш Мендельсона прозвучал для обоих второй раз, но все равно, что в первый.
— Спину береги! — крикнул Донской, когда Натан подхватил теперь уже законную супруг на руки, и понес свой ценный груз на выход.
— Я ему "фастум-гель" пропишу, не волнуйся, дорогой, — выдала рядом стоящая Ксения. — А тебе за новое пьянство — огуречную диету на неделю!
— Ну, Ксюня-а-а! Я совсем немного-о-о, — возмутился большой светловолосый бугай, который до усрачки боялся своей маленькой женщины.
— Две недели, — зыркнула на него так, что пришлось заткнуться в тряпочку.
— Отец и мачеха Аня, — слово за столом взял старший сын Кирилл, подняв бокал шампанского. — Хочу пожелать вам счастья и взаимопонимания. И прекрати лезть ей под платье! Это все видят, между прочим. А Ленька еще снимает на камеру, — сдал секретного папарацци, который тут же спрятал свой телефон и поднял руки, что сдается, нет у него ничего. Наговоры все.
— Горько! — кричали в сто первый раз, не давая молодым прожеваться.
— Заколебали, — скосив губы на бок, тихо проговорил ей Натан. — Ты, иди пудрить носик, я следом, через десять минут. Встречаемся на стоянке.
Побег заметили не сразу. Пока Николь и Ольга исполняли странный танец с бубнами, обивая их по-цыгански об бедра, старшие Беловичи гнали по трассе в отель, где только что забронировали номер.
— Ох, Анечка! Сделай еще раз шпагат, — он радовался, что жена полна сюрпризов. Его красавица Анна поставила стул посередине перед большой кроватью. В одних чулках и фате невеста исполняла коронный номер из фильма «Основной инстинкт», с некоторой доработкой. — Сдохнуть можно! — хлопал в ладоши. — Давай на «бис!».