18

В общем, в следующий раз я решила фамильяра с собой не брать – и так время приятного Юстаса у меня ограничено, надо успевать. Руководствуясь этим же принципом, просидели в лаборатории мы до самого ужина.

Поэтому домашку мне пришлось делать уже глубокой ночью. Спать ложилась я с мыслью, что если вот сейчас засну, то выспаться мне хватит времени впритык. Естественно, я даже не рассчитывала, что посреди ночи меня разбудит вой. Волчий.

С перепугу сев на кровати, я огляделась по сторонам и заметила такую же соседку. Выглядела она, как сова, упавшая с ветки, и, подозреваю, я вряд ли отличалась в лучшую сторону. И мучил нас один и тот же вопрос.

– Что это? – шёпотом уточнила Сьюзан.

– Кря-кря! – ответил ей Злося, перевернувшись на другой бок и прикрыв голову подушкой.

О, как сильно я жалела, что мы его не понимаем! Нам оставалось только прислушаться, чтобы понять. Правда, чем дольше мы вслушивались, тем загадочнее становилась ситуация.

– Мне кажется, – неуверенно предположила Сьюзан, – или там воют… классическую имперскую мелодию?

– Кажется она из балета, – припомнила я, хотя и не особо разбиралась.

– Надеюсь, там не танцуют, – высказала нашу общую мысль соседка, и мы с ней рискнули подобраться к окну.

Выли явно за забором. С нашей наблюдательной точки я видела только, как по периметру академии носятся то ли сторожа, то ли преподаватели и пытаются вычислить нарушителя спокойствия. Но звук как будто перемещался. Быстрее, чем поисковая толпа. И в разные стороны.

– Как думаешь, кто это? – уточнила Сьюзан с любопытством. – Может, Каменный Волкодлак? Я слышала, они безумно редкие и очень талантливые магические звери…

– И этот охранял консерваторию или музыкальный театр, а потом, не выдержав, сбежал? – скептично уточнила я.

Усмехнувшись, соседка спорить со мной не стала. Поняла, что версия шита белыми нитками, зато я слегка проснулась и предположила:

– Уж скорее это настоящий оборотень. Тогда что ж ему не спится – вон, на небе щуплый месяц. До полнолуния ещё спать и спать.

– Полнолуние тут не при чём, – отмахнулась Сьюзан. – Оборотни, рождённые в истинных парах, могут контролировать своё превращение. Поэтому ещё интереснее, чем он тут о… ой!

Я тут же проследила за взглядом соседки, который упёрся в снежное покрывало под нашими окнами. В темноте я, конечно, видела плохо, но на белом отчётливо проступало красное сердце из лепестков роз.

– Это твой поклонник, что ли? – сообразила Сьюзан, заметив, как вытянулось моё лицо.

– Похоже на то, – не стала я отпираться.

– Который нужный или не очень?

– Не очень, – поспешно уточнила я и на удачу предложила: – Хочешь себе забрать?

– Спасибо, не стоит, – столь же быстро отреагировала соседка и пояснила: – Не люблю имперскую классику.

– Ну можно же выучить что-нибудь местное, – задорно предложила я. – Слух-то есть!

Впрочем, Сьюзан так на меня посмотрела, что идею я быстро оставила. Спать хотелось ужасно, поэтому я всё же задремала во время концерта, чего нельзя было сказать о всей остальной академии. С утра я узнала, что Логан очень старался и исполнил балет полностью, от начала до конца – и заняло это где-то час или два.

В общем, не выспались все, а Юстас так ещё и смотрел на меня так… с укором, словно это я специально заказывала. Сегодня я предусмотрительно легла пораньше, надеясь, что повторения концерта не дождусь.

Повторения я, действительно, не дождалась. Сегодня вместо балета нас ждало что-то из оперетты Артефактума, и исполнял партию неожиданно… Юстас.

Открыв глаза, я очень надеялась, что всё ещё сплю. Но Злося очень возмущённо раскрякался, залезая подальше под кровать, а Сьюзан не позволила мне притворяться одеялом.

– Джинни, – вкрадчиво спросила она, – а правильный поклонник – это Юстас?

– Да, – не стала я отрицать очевидное.

Соседка ненадолго замолчала. Прислушалась. Подумала. И я уже решила, что можно притвориться глухой и попытаться обратно уснуть, как до меня донёсся вопрос:

– А он добровольный поклонник или не очень?

Меня аж в жар бросило! Видимо, зелье слишком сильно портило характер Юстаса, что вычисляли меня просто на раз два. Состав бы стоило доработать, но я сомневалась в подопытных.

– Не совсем, – в итоге уклончиво ответила.

За что мне тут же прилетело от Сьюзан:

– Ты опоила моего брата любовным зельем?

– Да, я опоила принца Артефактума любовными зельем! – созналась я и покаялась, в надежде на поддержку: – Я не знала, что он твой брат. Просто симпатичный преподаватель со скверным характером…