Глава 13. Вечер слабости, обиды и воспоминаний

Она всё же решила провести эту долбанную операцию! Единолично! Не посоветовавшись со мной! После того разговора с Машкой, я всё ждал, когда же раздастся звонок мобильного и на дисплее высветится имя любимой… Не дождался! Как дурак ни на секунду не выпускал телефон из рук и постоянно проверял пропущенные звонки и сообщения. Ан, нет, недостоин ты, батенька, такой чести. Обсудить с тобой планы и риски для здоровья? Перебьёшься, Витя! Тьфу, бля! Сижу дома и заливаю своё горе вискарём. Коньяк в доме, к моему сожалению, закончился, а самогон Серого остался в офисе. Смотрю невидящим взором в пространство перед собой и вспоминаю нашу молодость. А я ведь не сразу проникся симпатией к своей будущей жене. Сначала она меня раздражала, как и любая девчонка. Кто она и кто я? Заучка с тонкими косичками и я – наикрутейший пацан в классе! Намного позже, повзрослев, я стал восхищаться её настойчивостью, если не сказать упрямством, и мне пришлось её зауважать. Ещё бы! Она столько терпения проявила, помогая мне с уроками и домашкой, лишь бы я успешно сдал выпускные экзамены в девятом классе, что по-другому просто не могло быть. Люда и сама не раз предлагала мне помощь, но я на это согласился только под давлением обстоятельств. Когда наша класнуха уже не могла всё пустить на самотёк и позволить из одного раздолбая, т. е. меня, съехать в рейтинге обучения нашему классу, меня обязали заниматься дополнительно. Выпала сия нелёгкая доля на лучшую ученицу класса – мою Людочку. Уже тогда Люда видела во мне какой-то потенциал и верила в мои силы. Добрая, открытая, честная девочка, она верила в разгильдяя и нахала Витьку Витязева и искренне хотела ему помочь. Впрочем, она многим помогала. Будучи отличницей, Люда никогда не задирала нос и всегда была готова прийти на выручку менее смышлёным одноклассникам. То, что она не была в меня влюблена, я знал точно! Сдав все положенные предметы на четвёрки, я был невообразимо горд собой, но при этом отчётливо осознавал, что обязан этому «успеху» исключительно Люде. Подкатив к ней после последнего экзамена, я щедро предложил ей пойти со мной на выпускной вечер, но был неприятно удивлён, услышав: «Ой! Прости, Вить, но я иду с Колей Зосимовым. Он уже меня пригласил». До этого момента я и не подозревал, что во мне может клокотать такая обида на девчонку и необоснованная злость на какого-то там ботаника Колю из параллельного класса. Где я и где он?! Мы вообще с ним жили на разных «полюсах» школьных тусовок, но факт оставался фактом: мне вдруг захотелось расквасить этому Коле нос за такую прыткость! Махнув рукой и сделав морду «кирпичом», я изобразил полное безразличие и пожелал им удачи. Люда же меня добила фразой: «Спасибо, Вить! Он мне действительно нравится». Она стояла, скромно опустив голову и потупив взгляд в пол, а я смотрел на её макушку, но эта беззащитная девичья головка вызвала во мне неожиданный порыв спрятать и защитить… «Совсем мозгами поплыл» – решил я тогда и пригласил на выпускной Ленку. Она тоже была ничего так, по тогдашним меркам, но не вызывала во мне и десятой доли интереса, какой вызывала Людмила. Закинув в себя очередную рюмку, я снова погрузился в воспоминания. Я ведь и пошёл в десятый класс ради Люды. Не захотел оставлять её Кольке. Усмехаюсь своим мыслям и вспоминаю, как я осторожно прокладывал себе дорожку последующие два года к её сердцу, чтобы на выпускном вечере в одиннадцатом классе она уже и думать ни о ком, кроме меня, не могла! И мне это удалось! Вот бы и сейчас всё получилось… Но мы уже давно не дети, да и ошибок я за это время наделал кучу. Она ведь была моей первой девушкой. Первый секс для неё был, конечно, так себе. В этом, правда, она мне призналась значительно позже, но а для меня… Я в тот момент чувствовал себя воином-завоевателем и готов был бить себя кулаками в грудь, подобно Кинг-Конгу. Вот, дурак! Усмехнувшись своей наивности, снова наливаю в рюмку тёмно-янтарную жидкость. Бокалы для коньяка я не стал брать, почему-то захотелось старую добрую рюмку. Резкий запах и вкус лимона перебивают терпкость выпитого, и я снова утыкаюсь взглядом в никуда… Сегодня вечером я не выдержал и поехал к Люде. Она уже спала и не видела меня, но это не помешало мне стоять, как сталкер, у её кровати и болезненно – жадно вглядываться в образ любимой. Маньячело, блин! Но я так соскучился! За те несколько дней, что она провела в клинике, я с тоской вспоминал нашу семейную жизнь и безмолвно выл внутри от невозможности взять её за руку, обнять, да хоть просто побыть рядом с женой. Твёрдая убеждённость в том, что моё присутствие может навредить успокоившимся нервам Людмилы, мешала мне сделать первый шаг. Каждый день я отправлял с курьером подарки или цветы для любимой, а вечером жадно ловил каждое Машкино слово. Люда шла на поправку, благосклонно принимала все мои дары или просто делала вид, не желая расстраивать дочь… Я не знаю, но старался удивить и побаловать супругу по максимуму. Я отправлял ей конфеты ручной работы из её любимого молочного шоколада, мягкие тапочки с заячьим помпоном на носках – мы такие видели на отдыхе в Сочи, но летом они были не нужны и поэтому тогда не купили. Моя память мобилизовалась и подкидывала в сознание такие несущественные мелочи, что голова просто пухла. Столько всего мимолётного пронеслось мимо нас за эти прожитые годы и каким важным это кажется сейчас, когда, кроме воспоминаний, мне ничего не остаётся!