Глава 20
По пути они несколько раз останавливались отдохнуть на небольших скалистых шхерах.
Двормы предлагали им только что пойманную рыбу, а Вивьен с Астрид вежливо отказывались. Правда, когда голод дал о себе знать, пришлось разложить костёр, предварительно высушив несколько щепок, выловленных из воды теми же двормами и зажарить рыбу на углях.
Вивьен очень хотелось думать, что эти щепки - обломки корабля браконьеров, а самих их пусть выбросит на необитаемый остров. Не к некромантке, Вивьен не была настолько кровожадной, на какой-нибудь другой остров. Пусть им самим выпадет участь, которую готовили для двух беззащитных девчонок.
Вкусную и сытную трапезу омрачили полинявшие детские игрушки и башмачок, выброшенные на берег.
Не хотелось думать, что где-то неподалёку затонул корабль, на борту которого были дети.
Астрид находка тоже огорчила. Осторожно, словно дотрагивается до живого существа, она взяла в руки облезлого одноглазого мишку, наполовину скрытого водорослями, вздохнула, посадила на скалу. Греться.
Они плыли и плыли. Отдыхали, играли со змеями, смеялись, ели подгоревшую рыбу и плыли снова. Ещё трижды находили на скалах детские вещи. А один раз мимо них даже проплыла по волнам сиротливая туфелька, снова очень огорчившая Астрид.
Но когда багряный круг солнца, раскалённый за день, нырнул за горизонт Йёрного моря, над ними закружил чёрный дракон.
У Вивьен по щекам хлынули солёные дорожки.
Она оглянулась на Астрид и ахнула: личико девочки наполовину покрылось светлой чешуёй.
Оторвав взгляд от кружащего над ними отца, она посмотрела на Вивьен с гордостью.
- У меня есть для тебя новость, милая, - всхлипывая от счастья, сказала Вивьен.
Астрид показала на дракона пальцем, а затем дёрнула подбородком. Мол, это? Так я сама вижу!
- Не только, Астрид, - сказала Вивьен. - Кажется, ты… Ты становишься драконом.
Ручка девочки взметнулась к лицу, провела по щеке. Чешуя исчезла, как будто её и не было. В глазах ребёнка застыло разочарование.
Вивьен стало смешно.
- Не всё сразу, милая. Просто поверь. Показаться мне не могло.
Двормы уже несли их к скалистому островку, на который, снижаясь кругами, пикировал чёрный дракон.
***
Дракон был огромным. В небе он таким не выглядел.
Гигантское чёрное тело покрыто острыми на вид, твёрдыми щитками.
Он склонил голову на когтистые лапы, желтый глаз с вертикальным зрачком был размером с ладонь Вивьен.
Она стояла и смотрела на него, как зачарованная.
Неужели это и есть ярл…
Тот самый ярл, кому она преподаёт гаэльский, с кем провели столько часов бок о бок, зарывшись носами в судоходные документы… Тот, с кем она смеялась, с кем спорила, кому выговаривала за холодность к Астрид. Тот, в чьём присутствии краснела, словно к щекам прикладывали угли, рядом с кем дыхание перехватывало, а сердце колотилось, как бешенное…
Астрид с визгом бросилась прямо к чёрному крылатому ящеру, в полном обожания жесте прижалась к тёплому боку и замерла, впервые такая счастливая.
Вивьен увидела, как зрачок дракона дрогнул, желтый глаз на миг скрылся под веком. А когда дракон снова открыл глаза, Вивьен показалось, что они странно блестят.
Не в силах справиться с противоречивыми чувствами, Вивьен зажмурилась, пытаясь прислушаться к своим ощущениям.
Отчего-то не возникало диссонанса. Этот гигантский дракон, по её внутренним ощущениям, оказался точь-в-точь таким, как представлялся ярл.
Сильным. Огромным. Всемогущим.
Она медлила, а Астрид уже карабкалась на спину к дракону по огромной когтистой лапе, затем перебралась на крыло, чтобы сподручней было оседлать гребень. Щитки и зубья на нём словно созданы были для того, чтобы возить девочек. По-крайней мере Астрид быстро сориентировалась: почти легла на живот, ухватилась руками за выпирающие щитки… А затем нетерпеливо оглянулась на Вивьен, мол, сколько можно ждать!
Вивьен проклинала собственную неловкость, но продолжалась оставаться на месте и хлопать глазами. Она впала в ступор. Приблизиться к живому дракону было сродни тому, что и приблизиться к божеству. А лететь на нём… Такого не было даже в самых смелых её фантазиях...
Дракон изогнул шею, развернув гигантскую морду к Вивьен.
Она осторожно протянула руку и коснулась чёрных, с серебристым отливом щитков.
Он оказался тёплым и твёрдым, как скала.
Вивьен на миг закрыла глаза и увидела лицо ярла. Который смотрел на неё и улыбался так тепло, как ещё не бывало.
Вздохнув, Вивьен последовала примеру Астрид.
Пока забиралась дракону на спину, в голову лезла всякая чушь навроде того, что платье грязное, мокрое, рваное, на голове, должно быть, воронье гнездо, лицо и руки покрыты синяками и ссадинами…
Она пригнулась к спине Астрид и по примеру девочки тоже взялась за чёрные щитки на спине дракона.
Вопреки расхожим слухам оказалось, что дракон тёплый, даже очень. Почти горячий. Жар его не обжигал, но над платьем тут же заклубился пар.
Кожистые плоскости взметнулись вверх, мощное гигантское тело спружинило и Вивьен поняла, что сейчас они поднимутся в воздух…
Она зажмурилась и вцепилась в щитки до белизны в пальцах, а когда открыла глаза, оказалось, что они уже парят в небе!
Свист крыльев по бокам, морская свежесть, бьющая в лицо… Ощущение кого-то большого и тёплого под тобой, понимание, что лететь на драконе безопаснее, чем ходить по земле...
Такого не могло случиться даже в самых удачных снах.
Полёт, стремительность, единство!
Вивьен была одним целым с этим синим небом, с проплывающими под ними водами Йёрного моря, с чайками, облаками и двормами, которые плыли под ними, выпрыгивая из воды, как играющие дельфины. Правда, вскоре змеи отстали.
А ещё Вивьен ощущала себя единым целым с Астрид и с самим ярлом.
Словно так и надо, словно всё правильно и так и должно быть.
Это было невероятно, немыслимо, но Вивьен ощутила себя частью этой семьи, которую успела полюбить всем сердцем…
Когда они с Астрид попривыкли к полёту, дракон взял выше, словно намерился пронзить небесный купол. К вящему восторгу обеих он принялся выделывать всевозможные кульбиты и Вивьен не сразу поняла, что со спины дракона не так-то просто упасть… Странное притяжение приковывало к горячей чёрной спине, держаться за щитки и гребни было очень удобно.
Дракон кружил по спирали, падал вниз, взмывал по воздушным горкам и скатывался с них, балансируя крыльями.
Так Вивьен, наверное, никогда ещё не визжала…
Но какова была её радость, когда услышала визг Астрид!
Девочка кричала во весь голос! Не хрипела, не сипела, не булькала горлом, а именно кричала и Вивьен решила по возвращению в замок как следует изучить последствия эрозии ментальной защиты. Если ей не изменяет память, одним из симптомов значился синдром приобретённой немоты. И ещё… Не зря же, как она запомнила, сумасшедшая некромантка, которая назвала себя тёткой девочки сообщила, что та заговорит, если только о н а скажет. Вивьен подумалось, что причина немоты Астрид может быть не столько психосоматической, как ей казалось, но и магической… И хорошо, если так. Потому что тогда они справятся наверняка!
Но больше Вивьен ни о чём не думала. Ей было некогда.
Надо было визжать, цепляться за щитки на спине дракона, чуть ли не укладываться животом на спину Астрид… В общем, быть счастливой.
Прямо в этом темнеющем небе, на спине этого чёрного дракона, рядом с его дочкой.
Здесь и сейчас.
***
Уже на острове выяснилось, что Йона привели двормы.
С того самого утра, что Вивьен с Астрид исчезли, он драконом улетел за ними. К несчастью, на корабле работал мощный механизм, которые не только подавлял магию Вивьен и Астрид, но и накрывал судно пологом невидимости. Именно поэтому браконьерам удавалось столько времени ходить по морю непойманными.
Йон наткнулся на обломки корабля, когда всё закончилось. Как и желалось Вивьен, морские змеи, убегая, разнесли корабль его в щепки.
- Я не знаю, милая фрекен, смогу ли когда-нибудь отблагодарить вас за то, что сделали для моего ребёнка и для меня, - говоря это, дракон почему-то запинался, как мальчишка и прилагал нечеловеческие усилия, чтобы не отвести взгляд от лучистых глаз Вивьен.
А для неё прозвучало одно слово «милая» и всё остальное сказанное смазывалось, теряло смысл, ускользало, увиливало, словно котёнок, играющий со своим хвостом. Она снова по-детски кусала губы, пыталась что-то бормотать о том, что «не стоило», и «любой на её месте поступил бы так» …
- Кроме того, вы сильно преувеличиваете мои заслуги, ярл! - горячо возражала Вивьен.
Они сидели у камина в нижней гостиной, пили обжигающий облепиховый грог и говорили, говорили, говорили… Астрид поначалу тоже сидела с ними, не спрашивая разрешения она забралась к Вивьен на колени, закуталась в её плед, а потом заснула.
Ярл принял у Вивьен спящую дочку, и когда поднимал Астрид, на миг его ладонь соприкоснулась с её плечом, вызывая неведомые прежде ощущения. Вивьен бросило в жар, руки и ноги налились приятной тяжестью. От воспоминаний о сегодняшнем полёте закружилась голова, став одновременно лёгкой и невесомой, как воздушный шарик.
Она даже не заметила, как вернулся ярл. Только вздрогнула, когда он подлил грога в её бокал.
- У вас должно быть, масса вопросов ко мне, фрекен, - сказал он. - Задавайте.
Вивьен сглотнула. Она привыкла к тому, что Йон выражался всегда коротко и по делу, никогда не ходил вокруг да около. Но одновременно не могла понять, смеет ли она говорит с ним о личном. О дочери, о её травме… Правда, после того, что они с Астрид пережили, в том числе на острове некромантки, кажется, пожалуй, можно сказать, что у неё появилось на это право.
Она не решалась говорить об этом при Астрид, ограничилась рассказом о браконьерах и геройстве девочки, но сейчас чувствовала, что не сможет смолчать.
Стоило заговорить о дальнем острове с домом, в котором живёт красивая, и, кажется безумная некромантка, ярл нахмурил брови и сжал ручки кресла так, что они хрустнули.
Вивьен рассказала всё, без утайки. В том числе, что некромантка называла Астрид племянницей, и сообщила, что именно Йон запер её на том острове.
Она совсем не ожидала, что последует дальше.
Каким-то чудом ярл оказался у её кресла. Он присел на корточки, облокотившись на одно колено и взял её руки в свои.
- Вы не представляете, что сделали для нас с Астрид, фрекен.
Его губы легко коснулись её пальцев, и Вивьен часто заморгала.
Он неожиданности мир остановился. Она не могла не то, что ответить что-то или хлопать глазами, казалось, она забыла, как дышать.
- Значит, это правда? - тихо спросила она, когда ярл, похоже, смутился больше неё, поднялся и отошёл к тёмному проёму окна, в который заглядывает месяц. - Правда, что та женщина её тётя? Она говорила, что, если скажет Астрид, та заговорит.
Ярл оглянулся.
- Она так сказала?
- Да. Вы сказали, что я могу задавать вопросы. Расскажите, пожалуйста, как Астрид онемела. Мне кажется, я почти на пороге понимания, которое позволит мне помочь Астрид справиться с этим недугом… Я почти уверена в этом.
Она смолчала, что на самом деле думала о том, что Астрид уже может говорить. Не хотелось обнадёживать ярла раньше времени, а также вынуждать девочку. Астрид заговорит, обязательно! Как только почувствует в себе силы. Когда сама решит.
Но Вивьен не была бы истинной представительницей прекрасного пола, если бы… немного не воспользовалась ситуацией, чтобы разузнать, наконец, побольше о ярле.
Прежде, чем заговорить, ярл долго молчал. Вивьен уже думала, что её робкая просьба останется без ответа.
Но потом дракон всё-таки заговорил. Правда, не обернулся, по-прежнему стоял к ней спиной и смотрел на серп месяца.
- Отчасти Астрид виновна в гибели матери, - сухо сказал он.