125. Майлз. Уже взрослый

Старейшину Иштара мы нашли на склоне возле того самого зала, что ему выделили для преподавания. Он сидел в плетёном кресле с пузатой кружкой какого-то горячего напитка, и наблюдал, как штатный ваятель академии создаёт прямо тут на склоне небольшой дом с широкой, нависающей над обрывом верандой.

Ваятель выглядел уставшим, но старик не замечая этого, снова и снова заставлял его переделать то одну, то другую деталь до полного совершенства. Заметив нас он, наконец отпустил ваятеля, тут же полностью переключившись на внука.

Карим смотрел на старейшину сгорбившись и казалось с опаской:

- Дед, зачем ты приехал? Я же взрослый уже, за мной не надо присматривать.

Старик улыбнулся. Улыбка у него была радостная и какая-то очень стриковская:

- Как же я мог не приехать? Все надежды моего рода, всё наше будущее тут. И да, ты взрослый. Ты собрал крылья. Теперь мир станет требовать с тебя больше. Я беспокоюсь.

Карим фыркнул:

- У нас с Майлзом всё продумано. Мы всё контролируем и со всем справляемся. Я сам!

Старик, казалось, улыбнулся ещё теплее и поклонился:

- Конечно сам. Ведь теперь ты глава нашего рода. И даже я не смею ослушаться твоих приказов. Только дать совет, если ты попросишь о нём.

Мальчишка смотрел на деда с недоверием:

- И к бескрылым я завтра снова пойду. У меня важная встреча!

Взгляд старейшины на мгновение сделался обеспокоенным, но он всё равно снова поклонился:

- Конечно, если таково твоё решение.

Карим сдался. Он смотрел на деда растерянно. А потом, наконец, хмыкнул носом и бросился на шею старику, как ребёнок.

Я же сваял себе ажурную скамеечку в тени деревьев. Учитывая, что старейшина заставил сваять ему тут целый дом, скамейке никто не удивится. А быстро эти двое точно не поговорят.

Старик продолжал убеждать мальчишку, что не будет на него ни в чём давить, только помогать. И Карим через некоторое время расслабился, начав расспрашивать деда о семье, и рассказывать о нашей жизни в академии:

- Я встретил невероятную женщину. Она такая умная, проницательная, добрая. А как она горела от моих поцелуев! Я хотел, как благородный мужчина, назвать её своей невестой, дед, но, – Карим вздохнул, – дикая Габриэль заявила, что переломает руки мне и всем моим клятвенникам, если я ещё хоть раз подойду к ней близко. Поэтому теперь, мы общаемся каждую ночь по видеосвязи. Дружим!

Карим улыбался мечтательно и вдохновенно:

- Она восхитительная, дед! Но замуж хочет не за меня, а за Алекса. Это несправедливо!