271. Эпилог Майлз. Дощечка
Точно по часам моя женщина умчалась общаться со своей смеской, а я, не желая в это время ругаться с Мойрой, пошел посмотреть, что там делает бескрылый. Ему как раз нужна была помощь, создать несколько отверстий в стенах и в столе, да и сам стол расширить, чтоб всё поставленное на него влезло.
В это время как раз вернулся Сварожич с бойцами. Увидев меня, он притормозил:
- Кстати, дон Драгон, чуть не забыл, вот это вам Эстела велела передать. – И протянул мне дощечку – Если пользоваться не умеете, Габриэль потом покажет.
Сварожич ушёл. Я покрутил в руках дощечку. Похожую, я видел у Лоренцо. Он показывал мне на ней что-то напоминающее мнемозаписи. Я обернулся к бескрылому:
- Ты умеешь этим пользоваться?
Он взглянул на дощечку в моей руке:
- Ну, если там не что-то специальное шпионское, то да, конечно. – Я протянул ему предмет. – Он взял его в руку и тот сразу перестал быть черным, показывая какой-то пейзаж. Человек мазнул пальцем по поверхности и усмехнулся – Да нет, обычный смартфон вроде. Китай. И здесь пять контактов прямо на экран выведено. Тыкаешь пальцем в нужное лицо и разговариваешь с ним.
Я забрал у бескрылого дощечку. Теперь она действительно показывала мне пять лиц моих клятвенников: Карима, Лоренцо, Ракшаса, Эмилса и Йемайи. Я ткнул пальцем в изображение Ракшаса, но ничего не произошло. Бескрылый ринулся меня исправлять. А потом что-то включать из своих штук. В конце концов у меня получилось, но только с Лоренцо. Маленькое лицо развернулось в большое и движущееся:
- Доминус?! Наконец-то!
Эта штука действительно работала. Я выслушал доклады Лоренцо, а потом и остальных. Оказалось, чтобы ответить мне, они должны были находиться в зоне смесок. Но о том, что я получу сегодня этот предмет, никто не знал. Карим передал его смеске Габриэль ещё месяц назад.
Иштар больше всего рассказывал о помолвках и бурных ухаживаниях охвативших всю академию. А ещё про закон о браках, которому он уделил наибольшее внимание. Ворчал на Эмилса, что тот таскает за ним постоянно, даже на прогулки с Шакти, целый отряд охраны. И пару раз упомянул вредного Тенгри, который тормозил его фантазии по брачному закону.
Лоренцо коротко описал ситуацию как «все стянули войска и ждут сигнала к бою». В академии по его словам сейчас было полно сенаторов, все группировки усилились и ждали возвращения Габриэль для финальной драки. Мойра тоже добавил себе союзников, но, по мнению моего смеска, даже тем, что собрал эту финальную драку, он не выстоит.
Ракшас смеялся, что оптиматы в шоке от выходки Габриэль. Они собирались за оставшиеся два месяца в академии как-то повлиять на юного диктатора, а она просто раздала своим клятвенникам задания и ушла в аллод. Они почти все присутствовали на обсуждениях законов, но все юнцы, чуть что ссылаются на приказ диктатора, а самого диктатора нет. Так что старики ждут её в попытках как-то развернуть ситуацию в последнюю неделю.
Эмилс тоже описал ситуацию, как крайне опасную. Причём настолько, что жаждал прислать мне охрану даже в аллод и всячески уговаривал меня хотя бы в этом году отсюда не высовываться.
Последний, Йемайя по сути лишь подтвердил всё сказанное другими:
- На нас, доминус, пока особо внимания никто не обращает. Тех сенаторов и студентов, которые пытались пробраться в свиту великого глубинного меча, дон тащил на дикие танцы, которые мы теперь частенько проводим в глубинной башне. Или придумывал другие очень глупые, порочащие приличного дона занятия. А на все серьёзные вопросы через фразу ссылался на ваше мнение, или вообще на приказы диктатора Габриэль. Так что можно сказать от нас все отстали. Не воспринимают серьёзно. Решили, что дон Иштар ещё слишком молод, и нужно подождать. В свите у него за это время осело буквально пара глубинных студентов, да ещё несколько сенаторов частенько наведываются к старейшине Иштар на ужин.
- А Тиамат?
- С братьями Тиамат были сложности. Один раз нас даже, по сути, спас дон Мойра. Дарьюш Тиамат пытался подстроить ситуацию, из которой он смог бы дона Иштара спасти. Но последнее время всё успокоилось. Дон Ядулла Тиамат проникся к нашему дону крайне нежными чувствами. Он бережно и открыто носит на поясе его подарок и непреклонно отваживает прочь среднего брата.
Йемайя развёл руками:
– Но вы же понимаете, дон, как только здесь появитесь вы, всё изменится. К вам, доминус, они относятся более чем серьёзно. И у них остались последние недели, чтоб отобрать у неправильного диктатора власть. Они пойдут на всё. У них не будет другой возможности. Все её законы уже написаны, осталось только принять. Первое же заседание сената перевернёт крылатый мир. У них нет даже возможности потянуть время, затребовав срок на ознакомление с текстами. Их писали и обсуждали открыто. В наблюдательские ложи допускали буквально всех желающих. Ваш смесок, не прячась, записывал все заседания и, полагаю, продавал по сходной цене. И на всех этих заседаниях рядом с Мойрой присутствовала смеска Габриэль. Думаю, ни я один заметил, как после её шепота Яннис Мойра иногда менял свою позицию, требуя определенной трактовки в тексте. А значит всем понятно, Габриэль удалилась в недосягаемость, но тщательно проконтролировала, чтоб всё, что ею задумано, было создано и проведено. Какие у них остались варианты? Или найти её больное место, или поссорить её с Иштарами, тем самым организовав противостояние. Любой из этих вариантов ведёт к вам, дон.