33. Сила воды

Габриэль замерла, глядя на меня очень внимательно и серьёзно. Потом задумалась:

- Ну, я из Тоси про сборку мечей выбила только общие слова. Что янь – это тренировки до упада, а инь – создать идеал и стать им. У крылатых жуткий бардак в основополагающих знаниях. Даже суть некоторых мечей неизвестна. Я тут вроде как наловчилась через известных асуров его разгадывать, но Тоси ткнул меня носом, что те тоже были живыми персонами и в истории часто отличились другими, никак не связанным с крыльями поступками. Но если сравнивать, рыженько–бордовые крылья вроде же носила Венера?

Её прямота поражала и пугала, ни один крылатый никогда не стал бы с кем-то говорить на такие сугубо личные темы. Это очень интимно! Хотя… наверное, для мужа и жены в постели это как раз тема допустимая. Для абсолютно своих!

- Да. Венера, Афродита, Фосфор, Аурвандил – все эти великие мечи эпохи асуров носили мой узор.

- То есть, – моя женщина слегка запнулась, смутившись, – получается, что суть этого узора любовь? Венера вроде числилась богиней любви?

Я рассмеялся:

- Нет. Это, видимо, из её личных качеств. А суть, несколько мне известно, красота.

Она подмигнула:

- То есть тебе просто надо придумать идеал красоты и стать им? По-моему, у тебя очень даже хорошо выходит.

О да, хвалить мою внешность моя женщина умела и любила. Мне даже иногда казалось, что это доставляет ей особое удовольствие. Впрочем, она нашла во мне уже и довольно большое количество других достоинств, которые тоже часто и очень прямолинейно возносила. И иногда это действительно было приятно, а иногда вгоняло меня в краску. Очень сильно.

Я аккуратно обнял её:

- Если бы всё так просто было. Там же три условия: состояние, чувство и действие. И, насколько могу судить по тем наборам, которые моему клану известны, всё не так прозрачно. Например…

Я на мгновение задумался. После того как на моих крыльях за месяц не окрасилось ни одного нового пера, дядька поддался моим уговорам и выдал информацию по тем узорам, которые нашему клану известны. Выдал под тайну, что делиться этими знаниями можно только с семьёй. Но ведь эта женщина и есть моя семья? Я не позволю никому разорвать нашу помолвку. Я буду драться за неё! А значит, она в любом случае моя жена.

- Например, узор Валефара, у небесных он называется Цадкиил, по своей сути это «сила воды». У моей мамы он развит более чем на 90 процентов, и в аллоде, где вся материя подчинена семье, море отвечает на все её переживания. Если мама сердится, это отлично слышно даже в горах. Кроме того, этот узор входит в микрокосм, является стихийным мечом и мечом янь. То есть, если рассуждать логически, чтоб его построить, нужны тренировки и вода. Но секрет в том, что чтоб построить этот меч, нужно о ком-то заботиться. Полностью посвящать себя этой заботе, искренне беспокоиться, переживать. Это, по сути, чувство матери к своему ребёнку. Как оно связано с водой?

Габриэль задумалась:

- Мне говорили, что глубинные уже триста лет не собирают Цадкиила именно потому, что не знают секрета сборки.

Я пожал плечами:

- Кто-то не знает секрета, а у кото-то, как в моей семье, этот узор не хочет приживаться. За последние сто лет мой клан пять раз брал в жёны женщин с сильно развитым узором Валефара, но у них или рождались дочери, или, как со мной, сын наследовал другой узор, который в семье уже прижился. Логика и условия этого приживания узоров, если она, конечно, есть, моему клану неизвестны. Женщина с узором Люцифера была только одна, моя двоюродная прабабушка. Прадед выбрал её наперекор семье, по любви. А её узор взял и не просто передался сыну, а прижился в клане, начал появляться даже не у прямых потомков. Так что мой клан бережно хранит секрет Валефара и ждёт, когда этот узор тоже однажды приживётся в семье. – Я постарался тепло улыбнуться и спросил как бы в шутку. – Моя невеста ведь не станет сорить тайнами моего клана?

Впрочем, Габриэль всё равно, казалось, восприняла этот вопрос серьёзно. Даже не фыркнула как всегда на то, что я назвал её невестой:

- Нет. Я обещаю не болтать никому о том, что ты мне рассказываешь, если ты напрямую предупреждаешь, что оно является секретом. Мне важно, чтоб ты был честен со мной, а как можно быть честным, если опасаешься за свои тайны?!

Честным? Для этого этих самых тайн у меня слишком много. Да и не болтать – это совсем не всё, многие излишне внимательные прочтут многое в её глазах и в прямых поступках.