ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Мы сидели в столовой. Я, Коша, оборотни и хмурые ребята. Причину их мрачности мне пока разгадать не удалось. А мои попытки выяснить, что происходило на демонстрации целителей, вызывали у них лишь одну реакцию: парни зеленели и прикрывали ладонью рот.

Я даже не знаю, что нужно было показать, чтобы ребят тошнило только от воспоминаний об этом.

— Можно к вам? — раздался едва слышный шепот за спиной.

— Конечно, — ответил Мэтт прежде, чем я успела обернуться.

Ривэн опустился рядом со мной.

— Как ты? — тихо спросила я.

— Все в порядке. — Паренек робко улыбнулся.

Интересно, сколько должно пройти времени, чтобы он свыкся с новым положением?

— Ребята, позвольте представить вам моего младшего брата. — Я только сейчас поняла, что мы еще никому не сказали, что Ривэн стал частью моего рода. — Лорд Ривэн Сизери.

Али поперхнулся чаем. Тор моментально замолк, хотя до этого что-то втолковывал Асакуро. Элайза так зыркнула из-под своих очков, что даже мне на мгновение стало страшно.

— Хейли, я тоже хочу в твою команду, — вдруг рассмеялся Виктор.

— В мою команду?

— Ну да, я бы не отказался стать частью рода Сизери.

Я щелкнула пальцами. Маленькая искорка сорвалась с них и быстро метнулась в рот смеющегося Виктора. Одновременно с моими действиями Али отвесил Виктору подзатыльник. М-да, не хотелось бы мне оказаться на месте парня. Ощущения, которые он испытывал, были фееричными. И пусть Виктор был неплохим, но его язвительность иногда играла с ним злую шутку. Как сейчас.

— Ехидных комментариев больше не будет? — уточнила я.

Виктор что-то промычал и покачал головой.

— Вот и славно.

— Хейли, рад, что ты обрела брата, — серьезно произнес Мэтт.

Сосед, кстати, все сегодняшнее утро не сводил с меня глаз. И казалось, хотел о чем-то спросить. Но наедине побыть нам не удалось.

— Добро пожаловать в нашу компанию, — хмыкнул Асакуро.

— Да не трясись ты. — Элайза поправила очки. — Ты же не желе.

— Ривэн, они неплохие ребята, — улыбнулась я и потрепала паренька по волосам. — Тебе понравится с нами.

— Я знаю это, — опять едва слышно произнес он.

— Что за оживление у артефакторов? Последний раз девчонки так прихорашивались перед балом, — спросил Али.

— А у нас новенький на факультете.

— Новенький? — удивились все. — На втором курсе?

— Да, очень красивый парень.

Не сговариваясь, мы обернулись к столам артефакторов. За спинами шушукающихся студентов разглядеть новичка было сложно. Ровно до тех пор, пока он не поднялся со стула и не прошел к другому столику. Однако побыть в одиночестве у него не получилось. Троица студенток тут же сорвалась со своих мест и пересела к нему.

— Лучше уйдите. — Все в столовой отчетливо услышали его голос.

— Айн, не будь таким суровым, — защебетала одна из девушек. — Позволь нам просто посидеть рядом.

— Да, Айн, я могу принести тебе чего-нибудь сладкого, — подхватила вторая томно.

Причем сказано это было так, как будто десертом она считала себя. Я скривилась и отвернулась.

— Бедняга, — прокомментировал Али.

— Может, спасем его? — предложил Тор.

— Удивительно, — хмыкнула Элайза. — И вам ни капли не завидно, что все внимание девушек уйдет к новенькому?

Ребята переглянулись и рассмеялись. Я тоже улыбнулась. Прекрасно помню их панику на Балу Дебютанток.

— Не тот случай, — прокомментировала я их смех. — Да и учитывая их статус, они никогда не будут обделены вниманием противоположного пола.

— Мэтт, а ты что думаешь? Стоит ли вызволять Айна? — Элайза внимательно смотрела на хмурого принца.

— Кажется, он сам справляется, — после некоторой паузы ответил он.

Опять не сговариваясь, мы повернулись к тому столику, за которым сидел новенький и его поклонницы. И застали момент, когда девушки рывком поднялись со стульев и быстро пересели к своим подругам. При этом их лица были бледными, и они едва сдерживали слезы.

— Интересно, что он им такого сказал? — задумчиво протянул Тор.

— Хотел бы я знать, — выдохнул Мэтт. — Взять у него, что ли, пару уроков?

— Ничего, Мэтт, воспринимай это как военные действия. Ты крепость, которую никому еще не удалось взять, — заметил Виктор и машинально пригнул голову.

У него уже выработался рефлекс уклоняться от подзатыльников Али. Но на этот раз никто не пытался вправить ему мозги.

— Что у нас по расписанию? — возвращаясь к завтраку, спросила я у ребят. — Сегодня нет демонстраций?

При упоминании о демонстрациях парни скривились.

— Сложные и простейшие яды, с леди Вероникой Элвер, — ответил Тор.

— Опять целители, — синхронно возмутились стражи.

— Какие вы нежные, — подал голос Коша, пристыдив моих друзей. — Радуйтесь, что вам только показали внутренние органы, а не заставили ассистировать.

Тор резко отодвинул тарелку.

— Нет аппетита, — закрывая ладонью рот, произнес он.

— Все настолько плохо? — Я участливо посмотрела на Тора.

— Чувствительные какие… — фыркнул дракончик. — Как вы воевать с порождениями Безымянного будете, если вид крови вас пугает?

— Коша, — одернула я своего Стража, — ты сейчас не прав. К такому сложно привыкнуть. И лучше вообще не привыкать.

Мои собственные воспоминания о крови жреца тоже вызвали тошноту. Как и Тор, я отставила свою тарелку.

«Прости, — прошептал в моей голове Коша. — Я не хотел об этом напоминать».

«Все хорошо», — тоже мысленно ответила ему.

Но желания вновь приняться за пищу не возникло. Я пила чай, наблюдала за тем, как едят ребята, и заметила одну странность. Ривэн постоянно сжимал в руке хлеб с такой силой, словно у него его вот-вот отнимут. Причем у него в тарелке лежало несколько кусков, хотя рядом стояла тарелка, полная хлеба. И заметила это не только я. На Ривэна, посмеиваясь, смотрел Виктор. Я кашлянула, привлекая его внимание к себе.

— Только попробуй что-то сказать, — одними губами предупредила его.

Виктор опустил голову и не поднимал ее до тех пор, пока все не закончили завтракать.

Я же в который раз задумалась об условиях, в которых рос, жил и второй год учился в академии Ривэн. Сколько же несчастий выпало на его долю? И насколько сильно пострадала его психика? Сможет ли он влиться в наше общество без ущерба для себя?

За своими размышлениями не заметила, как опустели два стула за нашим столом. Оборотни убежали на свою лекцию. Остались только стражи и Ривэн. И то он явно остался из-за меня.

— Ривэн, ты не опоздаешь на лекцию? — спросила я. — Не нужно меня ждать.

— Тогда я пойду, — робко улыбнулся он и поднялся.

Паренек прихватил не только свой поднос с грязной посудой, но и мой.

— Спасибо! — крикнула уже ему в спину. — Интересно, сегодня нас тоже осаждать будут? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросила я.

— После вчерашнего шесть стражей выбрали себе целителей, — произнес Тор. — И до этого были ребята, кто определился. Нас, раздумывающих, осталось восемь человек.

— Вот как… значит, лучших уже расхватали?

Мне вдруг пришла мысль, что протеже короля не может быть худшим студентом, а значит, его уже должен был кто-нибудь взять в свою команду.

— Не совсем так, — ухмыльнулся Мэтт. — Помнишь первую ночь после объявления о наборе четверок? Многие из тех, кто пробрался к нам в общежитие, отлично учатся. Поначалу их отстранили от выбора, но вчера нам сказали, что им дали шанс. Если среди нас найдутся желающие взять провинившегося в команду, препятствовать не станут.

— И многих уже «простили»?

— Не поверишь, — хмыкнул Тор, — ни одного.

— Странный он какой-то, — произнес Виктор, когда мы проходили мимо столика, за которым сидел новенький. — Все артефакторы со второго курса убежали на лекцию, а этот сидит. Да еще с таким видом, словно на троне.

— Ладно тебе, — хмыкнул Тор, — мало ли какие у него причины. Может, он ректора ждет, тот еще не закончил завтракать.

— Может, — согласился Виктор.

Мне же было неинтересно. Ну, появился очередной студент в академии, ничего особенного. Удивительно, конечно, что сразу на втором курсе. Ну а вдруг он первый отучился несколько лет назад, а потом заболел или еще чего. Причин множество быть может. Зачем лезть в его дела? Со своими бы разобраться.

У аудитории, в которой проходили занятия леди Вероники Элвер, стояли стражи. Ребята почему-то не заходили внутрь. И когда мы приблизились к ним, они лишь немного отодвинулись.

— Что случилось? — в унисон спросили мы с Тором.

— Через пять минут начнется лекция, — недовольно заметил Мэтт.

— Или там все места заняты? — Али выглядывал из-за плеча Виктора.

Но он, как и остальные только что подошедшие студенты, ничего не мог увидеть. Дверь была закрыта.

— Там еще не выветрилась настойка. — Евар запустил руку в волосы. — Если желаете ощутить на себе всю прелесть любовной горячки — входите.

— А как же целители? — Только я не испугалась любовного зелья. Меня больше волновали живые люди. — Они ведь там…

— Там, — согласился Евар. Он взял на себя роль рассказчика, остальные ребята предпочли кивать в такт его словам. — И это послужит им уроком.

— Это слишком жестоко. — Я сделала шаг, намереваясь отворить дверь, но была остановлена Тором. — Виноват один, а страдают все. Сомневаюсь, что все они приготовили зелье и разлили его.

— Ты права, сделала одна, и она же случайно разбила свою склянку. Слышала бы ты, как она причитала! Ей, видите ли, хотелось стать принцессой. — Евар скривился. — Нам очень повезло, что мы не успели вдохнуть аромат зелья. Да мы и сесть не успели, так что быстро покинули аудиторию.

— И все же почему вы не выпускаете других студентов?

— Они целители, Хейли, и прекрасно знают, как избавиться от воздействия этой пакости, — выпалил Тор.

— Они сами там остались, — примирительно буркнул Евар.

— Почему не заходите? — Леди Вероника Элвер появилась внезапно.

Она попыталась пройти к двери, но неожиданно для себя встретила преграду в нашем лице. Все мы, не сговариваясь, загородили ей дорогу.

— Это что еще такое? — Леди сдвинула брови.

Но ничего ей ответить мы не успели. Из-за двери выглянул парень и радостно возвестил:

— Все выветрилось, заходите.

— Что выветрилось? — Леди Вероника ураганом прошла мимо нас и первой ступила за порог.

Мы было последовали за ней, но она не дала нам пройти.

— Целители на выход, и все вместе за мной, — приказала она и уверенно зашагала по коридору.

Шли мы недолго. Леди толкнула одну из дверей и осталась снаружи, ожидая, пока мы все войдем внутрь. Новая аудитория практически не отличалась от предыдущей. Размер тот же, разве что место преподавателя несколько иное. Стол тут явно выше того, за которым привыкла сидеть леди Элвер. Да и напольная кафедра казалась массивней.

— Никуда не выходить, — когда последний студент переступил порог, произнесла преподаватель и закрыла дверь с той стороны.

Куда она направилась, догадаться было несложно.

— Мне казалось, вас было больше, — ухмыльнулся Виктор, рассматривая понурых целителей.

— Девушка, которая разлила зелье, где она и что с ней? — Если оно на всех парней подействовало, то они ее там просто разорвать могли.

— Спокойно. — Сероглазый паренек выставил вперед руку. — Она не в первый раз это варит. Ее соседка носит с собой отвар, ослабляющий действие. Всем хватило.

— Ты не ответил.

— Можно, я отвечу? — произнесла полненькая девушка с ярким румянцем на щеках. — Я Исса, соседка Тамилы. Это она любит экспериментировать с зельями, но у нее они не очень получаются. Эффект от ее любовного зелья кратковременный, а если выпить моего отвара, то и вовсе за пять минут можно избавиться от влияния.

— И что же вы туда добавили, чтобы так быстро снять привязанность жертвы к объекту? — Преподаватель опять появилась неожиданно.

Вот и как ей это удается?

— Волос Тамилы.

— Недурно, но лучше бы кровь. — Леди покосилась на кафедру и осталась стоять у дверей. — Подведем итоги: трое, в том числе Тамила, отправлены в лазарет. Вашего отвара хоть и хватило на всех, да принять одновременно они его не могли. Отравление. Сутки пробудут на попечении леди Меган. Остальные, я так понимаю, справились.

Женщина обвела взглядом аудиторию.

— Если вы все еще ощущаете нездоровую тягу к Тамиле, поднимайтесь и идите в лазарет.

Но никто не встал.

— Отлично. Пожалуй, я изменю тему сегодняшней лекции. — Леди взмахнула рукой, и на доске проявилась надпись: «Растения и минералы, вызывающие галлюцинации у живых организмов».

Следующие полтора часа мы слушали речь преподавателя и чинно конспектировали за ней. Она не задавала вопросов. К середине лекции у меня ныла рука, и онемели пальцы. А леди все говорила и говорила. Она прерывалась на несколько минут, чтобы продемонстрировать растения, которыми чаще оказывались цветы и ягоды этих цветов. Минералов, так пагубно влияющих на сознание живого организма, она назвала лишь пять. И особо подчеркнула, что в нашем королевстве не добывается ни одного. Места их происхождения находятся в Третьем, Пятом и Шестом королевствах.

— Следующая лекция пройдет в теплице, — облокотившись на кафедру, сообщила леди Элвер. — Будьте готовы к практической стороне наших занятий.

— А разве практика не должна проходить в лаборатории? — спросил Евар.

— А материал для зелий вы тоже в лаборатории брать будете? — усмехнулась преподаватель.

Парень покачал головой.

— Изучите с третьего по восьмой параграф. Особое внимание уделите шестому. Именно с этими растениями вам предстоит работать на следующем занятии.

— Леди Элвер, а как быть с докладами? — подала голос Исса.

Ой, а я совершенно о нем забыла…

— С ними мы разберемся позже, — спокойно ответила леди. Мне показалось, что и она забыла о данном нам задании. — Можете идти.

Выйдя из аудитории, я остановила Тора:

— Какая тема для доклада осталась?

— Пищевая цепочка слизней и отходы их жизнедеятельности, — заглянув в список, произнес Тор. — Извини, ее никто брать не хотел.

— Неудивительно, — выдохнула я. — Дальше лекция с артефакторами?

— Да, ничего не поменяли, — потряс свитком с расписанием Тор.

— Интересно, что нам расскажут на «Истории магии»?.. — Мэтт скривился.

— Тебе не нравится название предмета?

— Нет, мне не нравится, что этому предмету уделили так много времени. Что вообще можно узнать нового? Как она появилась? Так это всем известно — Боги даровали ее.

— У нас считается, что магию даровало небо, а не Боги. — Али укоризненно посмотрел на Мэтта.

— А оборотням магию дали звери, — хмыкнул Тор. — Успокойся, Мэтт, теорий много, но единственно верной — нет.

— Мэтт, ты зря расстраиваешься раньше времени. Я занималась с деканом Ронгом весь прошлый год, и мне ни разу не было скучно!

— Так это ты, — хмыкнул сосед. — Тебе раньше не доводилось слышать ничего из того, что рассказывал лорд Ронг.

— Тоже верно, но если бы его лекции были монотонными, даже мое любопытство и желание узнать как можно больше мне не помогли — я бы уснула.

— Посмотрим, — нахмурился Мэтт и первым вошел в аудиторию.

Конечно, она больше не выглядела так сказочно, как в прошлый раз. Как и обычно, я села у стены за первый стол, рядом со мной опустились Мэтт и Али, позади Виктор с Тором и Ривэном. Я была благодарна ребятам, что они усадили его с собой. Тем более Али и Мэтт упертые, и ругаться с ними из-за того, кто и где сидит, не хотелось. Да и день, когда мы, наконец, соберем свои четверки, станет днем, когда наши привычки изменятся. И кто знает, может, не в лучшую сторону…

У столов возле окна шла настоящая битва. Девушки громко выясняли, кто же сядет с новеньким. Если так и дальше пойдет, студентки навсегда испортят отношения с другими парнями факультета.

— Добрый день, студенты. — Лорд Ронг прошел к кафедре.

Мы затихли. Артефакторы тоже успокоились. Я быстро посмотрела в сторону новенького, он в итоге сидел один. Мэтт не сумел подавить завистливого вздоха. Так виртуозно отделываться от надоедливых девушек он не умел. Но… как Айну удалось успокоить этих студенток, да еще избавиться от их общества?

— Итак, предмет, о котором пойдет речь на моих лекциях, — магия. Та энергия, что позволяет вам творить удивительные вещи, недоступные обычным людям.

Декан Ронг обвел взглядом аудиторию и остановился на мне.

— Но откуда она появилась? Как развивалась? Каковы ее возможности? Ответить на эти вопросы можно лишь предположительно. На данный момент существуют шесть гипотез зарождения магии, которые невозможно ни доказать, ни опровергнуть, но адепты каждой из которых считают их состоявшимися теориями. — Декан повернул голову в сторону окна. — Дора, расскажи первую.

Из-за стола поднялась та самая девушка, что предлагала в столовой Айну сладкое.

— Первая теория, или теория Изменения Человеческого Вида, гласит об эволюции организма человека. Маги, берущие ее за основу, полагают, что в ходе эволюции менялось строение тела человека. И что со временем произойдет вырождение людей, не обладающих волшебной энергией. — Дора на секунду задумалась. — Но эта теория не дает объяснения, что послужило толчком для эволюции вида и почему до сих пор существуют люди без магии.

— Верно, садись. — Декан Ронг зашагал у доски из стороны в сторону. — Эту теорию поддерживают маги, которые считают себя кем-то вроде Богов. Они полагают, что были наделены этой силой не просто так — они новое поколение, отмеченное волей мира, самой природой. Однако, как заметила Дора, эта теория не дает ответов на главные вопросы: как и почему? Если маги действительно эволюционный вид человека, тогда почему все еще есть люди, не обладающие этой энергией? Вырождения, предполагаемого приверженцами первой теории, не произошло.

Преподаватель остановился и посмотрел на студентов-атефакторов:

— Да, Салем?

— Тогда почему эта теория не исчезла, а все еще пользуется популярностью? — живо спросил названный парень.

— Хороший вопрос. — Старичок улыбнулся уголками губ. — Эта теория популярна потому, что рост числа магов с момента ее появления увеличился в десятки раз. Поэтому некоторые полагают, что для полного вырождения людей без магии, требуется больше времени, чем уже прошло. Однако есть еще кое-что, и мы вернемся к этому, когда назовут еще пять теорий.

Декан Ронг двинулся вдоль столов по проходу между нами и артефакторами.

— Вторая теория, или, как ее еще называют, теория Небесного Дара. И о ней я попрошу рассказать студента Али Арана.

Друг моментально поднялся со своего места.

— Магия была послана людям с неба в виде энергетического дождя, — ответил Али и тут же сел на стул.

— Коротко и по существу, — усмехнулся преподаватель. — Верно, но ты забыл сказать главное: что не все люди, попавшие под этот дождь, стали магами.

— Это возвращает нас к первой теории, — голос новичка раздался подобно грому.

— Ваши выводы, студент Айн, пока оставьте при себе. — Декан Ронг так посмотрел на новенького, что даже мне стало не по себе. — Расскажите нам о третьей теории.

— Третьей теории придерживаются жители Второго Королевства. Его преимущественно населяют оборотни, именно поэтому теорию Дара Зверей нельзя сбрасывать со счетов. По их мнению, магию им подарили звери. Магию и способность оборачиваться. Но здесь, как и в случае с дождем энергии, не все люди смогли принять данный дар.

— Правильно. Четвертая теория сводится к следующему: магия пришла в жизни людей благодаря земле. Как взрастает пшеница, давая людям зерно, так взросла и магия. И перешла к людям вместе с пищей. — Декан Ронг прошел за кафедру. — И вновь, как и с предыдущими теориями, не каждый человек смог усвоить магию.

Преподаватель умолк и обвел взглядом аудиторию.

— Кто знает о пятой теории? Студентка Сизери?

«Откуда ж мне знать?» — чуть не сорвалось с языка, но я поднялась на ноги и сказала совсем другое:

— Я не знаю правильного названия этой теории и ее очередность, но согласно ей, магию людям даровали Боги.

— Это шестая теория, — заметил декан Ронг. — Кто знает о пятой? Мэтт Валруа?

— Пятая теория гласит о смешении пространства, материи и времени. — Сосед хмуро смотрел перед собой. — Еще ее называют теорией Безумного Артефактора.

— Молодец, — похвалил декан. — Опиши кратко суть.

— Согласно этой теории, существует не один мир. И при определенных обстоятельствах возможно наложение одного мира на другой. Безумный Артефактор полагал, что это случилось с нашим миром. И в момент произошедшего часть энергии и обитателей другого мира просочились в наш.

— Верно, артефакторы знают, надеюсь, что и стражи уже владеют данными знаниями, но я напомню: движущаяся материя — это пространство и время. — Преподаватель взмахнул рукой, но ничего не произошло. — И когда пространство одного мира совпало с пространством другого, объединившись во времени, согласно этой теории должно было произойти полное разрушение этих миров. Иными словами два мира навсегда исчезли бы. Но чтобы этого не произошло, один мир забрал часть другого, поделившись с ним своей частью. И для нашего мира это была магия и волшебные существа, в том числе нежить.

— Слишком невероятно, — хмыкнул Евар.

— Именно поэтому теория носит название: теория Безумного Артефактора, — хмуро заметил преподаватель. — Айн, расскажи нам о Безумном Артефакторе.

— А почему я?

Все студенты моментально повернулись к новенькому. Перечить преподавателю?

— Если не владеешь этой информацией, так и скажи. Минус десять баллов, — прокомментировал поведение новичка старичок.

— Владею. — Парень поднялся на ноги. — Безумный Артефактор предок декана Ронга. Его имя — Алова Ронг. Он относился к тем магам, которые полагали, что мир можно механизировать. Именно он автор первых механических кукол и простейших часовых механизмов. Некоторые умельцы, обыкновенные люди, повторяли его работы, однако в них не было самого главного: магии. Алова Ронг наделял свои творения частью собственной души. Это и привело его к безумию. Создав больше двухсот своих механи-артефактов, Алова навсегда утратил разум.

— Интересно, откуда у обычного студента такие познания в истории?

Тем, кто задал этот вопрос, был совсем не декан Ронг. На новенького смотрел Мэтт. И мне совсем не нравился взгляд друга на Айна. Что удивило еще больше, так это поведение преподавателя. Он усмехался и не делал попытки остановить начинающуюся склоку.

— Вы сейчас интересуетесь как официальное лицо или это необдуманные слова мальчишки? — с издевательской улыбочкой спросил новенький у Мэтта. — Вам не говорили, что перебивать невежливо, Ваше Высочество?

Я не сразу поняла, что встала со своего места. Это же насколько нужно быть идиотом, чтобы при всех нахамить принцу и преподавателю?

— Хейли, сядь, — хмыкнул Коша. — Не пойдет Мэтт драться.

— Да я не…

— Это вопрос человека, который имеет доступ абсолютно к любой информации, но даже мне было неизвестно, что Безумный Артефактор — родственник декана Ронга. — Мэтт говорил холодно и пристально смотрел на Айна. — Кто ты?

Напряженная тишина воцарилась в аудитории. Студенты затаили дыхание и устремили взгляды на новенького.

— Мой любимчик, — выходя из-за кафедры, вдруг произнес декан Ронг. — Я надеялся, что время, проведенное вне стен академии, немного поумерит твой пыл, Айн, но ты опять нарываешься на драку.

Слова старого артефактора позволили всем выдохнуть. Даже Мэтт заметно расслабился.

— Но тот факт, что невероятно одаренный студент неправильно воспользовался моим личным архивом, чести ему не делает. — Кривая ухмылка появилась на лице преподавателя, и у меня зачесались кулаки. Очень хотелось врезать этому Айну, который предал доверие старого учителя. — Впрочем, это не секрет. Алова Ронг действительно мой предок. И все сказанное Айном — верно. Итак, в начале лекции вы интересовались, почему теория Изменения Человеческого Вида до сих пор пользуется популярностью. Одну из причин я уже назвал.

Декан внимательно посмотрел на всех.

— Студенты, садитесь, — приказал он таким тоном, что ни у меня, ни у Айна не нашлось причин возражать. — Самая главная причина, по которой первая теория не просто имеет право на жизнь, а является неким объединяющим компонентом со всеми остальными, — это время. С момента первых упоминаний о магии прошел не один век, и число владеющих ею увеличилось многократно. Но только тогда, когда в нашем мире не останется ни одного человека, не обладающего магией, эта теория победит прочие. Итак, открывайте конспекты. Разберем каждую из теорий подробно. И начнем с шестой. Теория Божественного Дара. Салем, на экзамене эти вопросы обязательны, и если не хочешь провалить его, будь любезен записывать!

Я осторожно выводила первые буквы. После лекции леди Элвер рука немного отдохнула, и я надеялась, что не придется писать в том же темпе. Промелькнуло сожаление, что у меня больше нет того артефакта, который помогал мне запоминать всю информацию на индивидуальных занятиях с лордом Ронгом.

— Всем вам известно противостояние Богини Сияющей и Утратившего Имя. Какие бы злодеяния ни творил последний, но именно он был первым, кто даровал людям возможность творить чудеса. Разрушительные, смертоносные, как и его магия.

Голос преподавателя был скрипучим, но не монотонным. Он не просто давал нам знания, он рисовал в наших головах картину прошлого. Все то, о чем он говорил, легко можно было представить, несмотря на то что приходилось быстро записывать.

Так мы узнали, что первым человеком, который мог использовать магию — дар Утратившего Имя, — был мужчина. Со стороны Богини Сияющей — женщина. Но позже и Бог, и Богиня могли одарить любого человека. Хотя и считалось, что им было легче передавать свою магическую энергию людям одного с ними пола. Но подтверждения этому, конечно, не было.

К концу лекции мы записали все теории, что ранее были озвучены студентами и деканом. Но более подробно. И пусть доказательств верности хотя бы одной из них не существовало, но некоторые факты могли помочь разобраться в их зарождении.

Я закрыла тетрадь, и мои мысли устремились к Хелле. Она ведь не только даровала свою магию людям, но и в случае с Тельманом приняла дар Эльхора. Но вот он-то как раз ни от кого магию не принимал. У него уже она была. Откуда? От кого? Почему он сразу стал архимагом, в то время как Хелла получала стихии со временем? Выходит, что ни одна из пяти теорий не является верной именно в плане зарождения магии. Теории верны только в случае ее развития. Мне кажется, что все они правильные. В разных частях нашего мира происходили вещи, которые описывают ту или иную теорию. Получается, что это этапы восприятия магии людьми. Распространение. Или заражение. Как простудой.

Но есть теория Безумного Артефактора. Если принять ее на веру, то именно она могла быть ключиком к тайне зарождения магии. Вот только она кажется совсем уж фантастической. Если действительно существуют другие миры и случилось наложение нашего мира с чьим-то чужим, тогда почему этого больше ни разу не произошло? Отличный вопрос, на который, увы, вряд ли возможно получить ответ.

— Все свободны, Айн, задержись.

— Не нравится он мне, — буркнул Мэтт, который явно хотел дождаться новенького за дверью.

— Ты чувствуешь в нем соперника, — хмыкнул Али. — И знаешь, это о многом говорит.

— Соперника? — хмыкнул сосед.

— Именно.

— Не думаю, он темная лошадка, но… я докопаюсь до истины.

— В другой раз. — Я подтолкнула Мэтта к двери. — Идемте в столовую.