Глава 16

В любви, как на войне. И в кустах один не посидишь…

«-Это что же это, Жоржина? Кара же поверит им! И как тогда Воронов?

– Ой, Гюзель, зря Мирослав этого Дениску тогда в живых оставил! Одну отобрал, теперь еще и вторую.

– Нашу… – всхлипнула ранимая продавщица порно магазина, – Карочку… Да как они!

– Вот и я говорю, – Жоржина, девушка с привычкой подпирать головой потолок в автобусах, хлопнула розовым фалоимитатором по стеклянной витрине, отчего последняя не выдержала и, жалобно треснув, разлетелась на осколки, – козлы они все, – закончила Жоржина фразу, с удивлением глядя на пол.

– Автора… – робко начала Гюзель.

– На мыло! – решительно и громко закончила мысль двухметровая напарница.»

Мы неслись по шоссе уже довольно давно, не знаю, насколько успели отъехали от города. Никита не отставал, несколько раз я пыталась сворачивать – все бесполезно, ухажер уперто висел «на хвосте». Почему в кино все так просто? Герои элементарно уходят от погони? Здесь же просто некуда. Конечно, куда мне тягаться с мужчиной, к тому же, достаточно профессиональным. За всеми нервами, не сразу сообразила, что идет дождь. А когда дошло, это уже был ливень, который очень скоро закрыл весь обзор впереди меня. Трудно было что-то разглядеть на такой скорости, дворники только и успевали очищать стекла.

Я, в очередной раз свернула, на этот раз дорога оказалась двухполосной, но асфальтированной, поэтому я не сбросила скорость. Спасибо, бумер очень шустрый, хоть и далеко не новый.

Тот миг запомнился мне очень четко… В последний момент я пошла на обгон фуры. В последний момент успела встать обратно на свою полосу. А джип Никиты – нет. В зеркало увидела, как позади меня поднялась в воздух грязь – машину моего преследователя вынесло с дороги. Сердце в груди резко зажмурилось и предпочло тихо умереть. Тело же само заставило автомобиль сбросить скорость и развернуться. И вот, я уже мчусь к месту происшествия.

Как странно устроен наш мозг. Только что я мчалась сломя голову, подставляясь сама неопытная под аварийные ситуации. И вот, уже теряя тапки, лечу спасать своего преследователя. И не могу понять, какого лешего я от него-то убегала? Он мне, вообще-то, в Париже жизнь спас… Дурдом.

Выскочив из бумера, сразу же бросилась к джипу. Странно, но он довольно мягко приземлился. Сработала подушка безопасности. Заглянула в салон – Никита вроде бы шевелился. Дернула за ручку и дверь поддалась:

– Никита, живой? – почему-то крикнула я.

***

Савельев младший тряхнул головой – неслабо его ударило. Подушки безопасности, оказывается, и сами порядочно бьют.

– Никита, живой? – услышал он откуда-то снаружи.

– Кара, – позвал детектив в ответ, – Кара, не уходи, я сейчас, – молодой мужчина не думал о своих ранениях, даже серьезная авария не могла нарушить его планы. Он не мог упустить девушку из вида, и был намерен довести намеченное до конца.

– Никита, как ты? – наконец, увидел ее, когда с трудом выбрался наружу. – Никита, я вызываю скорую, держись!

– Нет, постой, – он поспешил перехватить ее руку, которой Кара потянулась за телефоном. – Не надо скорую. Мне… мне надо срочно с тобой поговорить.

– Но ты, – оторопела девушка, – у тебя кровь из виска сочится! – Кара осторожно дотронулась до его лба, отчего Савельева пробила приятная дрожь, он хотел больше близости, но не сейчас, хотя выплеск адреналина усиливал все ощущения и желания во сто крат.

– Кара, это пустяки. Я гнался за тобой, чтобы поговорить. Мне надо многое тебе рассказать.

– О господи, Никита, что рассказать? Мы знакомы всего несколько часов! Зачем ты вообще за мной погнался? Слушай, ты плохо выглядишь, я все-таки вызову скорую.

– Нет, стой. Это подождет, и машина подождет, пожалуйста. Я попрошу друзей разобраться с этим. Поехали, нам надо поговорить.

– Это, что, настолько важно? – удивилась девушка.

– Да. И настолько срочно.

Савельев быстро дозвонился до друзей и организовал решение вопроса с машиной. Странно, но его совсем не волновало то, что она разбита вдребезги. Скорее, он больше переживал, что не успеет поговорить с Карой. Только утром он узнал, что Воронов улетел, и у него появилась возможность выловить девушку без свидетелей. Чем он так неудачно и воспользовался.

– Так что такое важное ты спешил мне рассказать, – задала вопрос Кара, когда они уже сели в ее машину.

– Это… – он дотронулся до своей головы, она раскалывалась, похоже, сотрясение все-таки он получил, но это неважно сейчас. – Кара, это касается твоих отношений с Вороновым.

– Что? Откуда ты…

– Постой, я все сейчас расскажу. Там, в Париже, я был с тобой до самого его приезда, но ты не помнишь, потому что все время находилась под действием снотворного. Подожди, это непросто объяснить.

– Никита, я ничего не понимаю!

– Кара, Воронов нанял меня, чтобы я следил за тобой. Я сыщик. Он хотел быть уверенным, что в Париже ты не изменишь ему со своим начальником.

– Что? – девушка округлила глаза от удивления. Было видно, что она находится в состоянии настоящего шока.

– Да, и тогда, утром, я следил за тобой по заданию. И потом в ресторане. И все время до его приезда, – Кара молчала и задумчиво смотрела в окно, он мог только догадываться, что молодая женщина сейчас чувствовала. – До последнего момента я не знал, кто меня нанял. А если бы знал, никогда бы не взялся за это. Кара, сегодня я приехал, чтобы предупредить тебя. Воронов – не тот, за кого себя выдает. Кара, послушай, он страшный человек.

– А с какой стати я должна верить тебе? – девушка вдруг резко повернулась и с вызовом посмотрела ему в глаза.

– У меня есть доказательства. Если ты согласишься поехать сейчас по одному адресу, то сразу все узнаешь.

– Никита, я совсем тебя не знаю, ты появился неизвестно откуда, говоришь странные вещи, почему я должна верить тебе и тем более ехать куда-то?

– Кара, подумай сама, как я оказался в Париже? Как нашел тебя здесь? Зачем там спасал?

– Не знаю, – пожала она плечами, – мало ли странных людей на земле.

– Кара, пожалуйста, мы навестим моего брата – он инвалид и не сможет, физически не сможет тебе навредить. Я же… Подумай сама, зачем было тебя спасать, чтобы потом причинять вред? Наоборот, я хочу оградить тебя от Воронова. Со мной ты в полной безопасности.

– Никита, хорошо, допустим, я поверю тебе. Временно. Но, зачем тебе все это? Ты выполнял задание, сейчас тоже все еще выполняешь?

– Нет, я отстранен. Воронов узнал меня. А я его. Те люди, сегодня на парковке, те, что напали на нас – это нанятые им детективы и охрана.

– Следить за тобой?

– За тобой, Кара. Даже когда его нет в стране, он все равно наблюдает за каждым твоим шагом. А сейчас тем более, не хочет, чтобы ты узнала о нем правду. У них был приказ не подпускать меня к тебе.

– Чушь какая-то, – девушка тряхнула головой, и ее рыжие волосы разлетелись по плечам. – Прямо детектив.

– Кара, Воронов очень властный и влиятельный человек. Пробивая себе дорогу в жизни, он навредил очень многим. Свою жизнь он построил на крови. Одной из первых его жертв стал мой родной брат. Поедем, поедем к нему, и он сам тебе все расскажет. Кара, я не сказал еще кое-что. Так случилось… – молодой мужчина замялся, – дело в том, что там, в больнице, я неожиданно понял для себя… что влюблен. В тебя, Кара. Я понимаю, что все слишком быстро и сам такое впервые в своей жизни испытываю, но, Кара. Говорю абсолютную правду, – Савельев снова схватился за голову, жуткая боль пронзила ее насквозь. Нет, позже. Потом он поедет к врачу. Сейчас надо завершить начатое.

– Хорошо, – после долгого молчания, произнесла Кара, – едем. Я хочу узнать твою версию до конца. А потом решу, верить или нет.

Брат хорошо сыграл свою роль, как, впрочем, и обещал. Конечно, они многое не рассказали, о многом умолчали, но это того стоило – так считал Никита. За свою любовь надо бороться, а Воронова ему совсем не было жалко. Разве тот пожалел его брата? А ведь тогда тоже все упиралось в романтические чувства. Правда, с единственным исключением – ребенок не имел к этому никакого отношения. Здесь, Савельев не мог упрекнуть Мирослава. Как бы там ни было, решение уже принято, а дело сделано. Возможно, когда-нибудь, через много лет, он расскажет Каре правду. Когда будет уверен в том, что она любит его. И только.

Они вернулись в машину девушки. Она не могла скрыть слезы. Кара явно держалась там, в квартире, чтобы не показывать при Денисе свои истинные чувства, а теперь дала себе волю. Она опустила голову на руль, плечи молодой женщины подергивались – ее явно била истерика.

– Кара… Я должен был, прости, это ради твоего же блага, – Никита протянул руки и буквально силой обнял Кару. Почувствовав тепло живого человека, она спрятала лицо в его воротнике.

– Тише… тише, я с тобой… – шепотом успокаивал он. – Кара, ты не должна плакать, это не твоя судьба… Я с тобой, тише…

Ее близость, чарующий аромат волос, моментально вскружили голову Савельеву. Мужчина решил поддаться внезапному порыву, он дотронулся до подбородка Кары и заставил посмотреть себе в глаза, а потом… очень осторожно, едва ощутимо коснулся своими губами ее нежных и таких сахарных уст. Она не отпрянула. Не убрала голову. И Никита понял ее – во второй раз его губы накрыли ее со всей страстью, на которую он только был способен. И она ответила! Мужчина почувствовал прикосновение ее рук к своему торсу, девушка жаждала ласк не меньше, чем он сам! О, боже, он не мог поверить своему счастью… Жадно, словно путник, заблудившийся в пустыне и вдруг нашедший источник с живительной водой, он прижимал ее к себе, пытался охватить всю, разом, чтобы больше никогда и никому не отдавать!

– Никита… – прошептала она и скинула с себя пальто. А потом придвинулась ближе, и он помог ей сесть сверху. Одним движением Кара сняла с себя джемпер и осталась полуобнаженной перед восхищающимся ею мужчиной. Он, словно все еще не веря в то, что видит, нежно взял в ладони ее прекрасную грудь, которую скрывала тончайшая ткань лифчика. От его прикосновений бутоны сосков девушки набухли и Никита, отодвинув материю, страстно впился в них губами. Кара запрокинула голову назад и застонала от наслаждения. Он был просто счастлив, сейчас она в его объятьях получит неземное удовольствие, уж он-то позаботится об этом…

– Кара, любовь моя, – шептал детектив. Никита практически полностью потерял рассудок от обладания желанным телом.

– Я хочу тебя, – требовательно заявила девушка, помогая ему избавиться от лишней одежды. Ее горящий взгляд, зажегся еще более ярко, когда она увидела его натренированное тело. Никита много над ним работал и в эту секунду мысленно поблагодарил себя за упорство. Он был рад усилить блаженство своей принцессе.

– Кара, все, что захочешь… Я весь твой… Кара…

Руки Никиты скользнули под юбку молодой женщины и моментально завладели аппетитными ягодицами. Мужчина был на седьмом небе, а когда коснулся ее горячего естества, моментально проник в него жаждущими пальцами. От того, как она вцепилась в его волосы, получая наслаждение, наносимое его умелыми действиями, Савельев пришел в неописуемый восторг. Когда она уже была готова, он расстегнул молнию у себя на брюках и проник в ее разгоряченное лоно. Их тела слились воедино! Наконец-то! Никита полыхал! С каждым ее движением на нем, его тело взрывалось новыми, сказочными ощущениями!

– Кара… Кара… – он хрипел, окунув лицо в ее грудь, – Кара-а-а…

«В порно магазине на улице Красные огурцы стояла щемящая тишина. Только что импульсивная Жоржина проткнула фалоимитатором монитор рабочего компьютера. А всему виной странная фантазия автора женского любовного романа «Власть под каблуком». (3303c)

– Пора уже издать закон о запрете издевательства над чувствами читателей, – Гюзель удивленно произнесла вслух фразу, совершенно нехарактерную для себя. – К черту эксперименты и разнообразие! Даешь просто любовь!

– Ага, – согласно кивнула Жоржина. Двухметровая прелестница все еще шокировано осматривала творение рук своих. Как теперь хозяину объяснить, что это розовое чудо делает посреди экрана…

Мы же воздержим свои импульсы и резкие порывы, и приступим к прочтению следующей главы. Возможно, кто-то ошибся? Опечатка ли, хмельное помутнение в голове автора – мы просто обязаны выяснить! Как же наш красавец Мирослав?! Тут, автор, тебе главное вовремя понять – тапочек читателя, похуже сковороды может стать, особенно, когда читателей много и тапочков тоже! »