Глава 22

Весь день я только занималась тем, что выгребала листья из комнат и коридоров, надеясь создать какое-то подобие порядка. И к моему удивлению, это простое и монотонное занятие приносило спокойствие и умиротворение в мое сердце. Уставшая и довольная, я пила чай в компании Мукеша сидя перед камином в изумрудной комнате, когда гоблин встрепенулся, едва не выронив чашку из рук.

– Что? – сердце резво ускорилось. Волнения прошлых дней сказывались и на моем спокойствии: если Мукеш взволнован, значит, есть причина.

– Хозяин вернулся. И сильф с ним,– коротко бросил дворецкий, уже почти добежав до двери.

Водрузив свою чашку на место, я бросилась за гоблином, в последний момент поймав шарф, едва не споткнувшись о него.

Бледный до зелени Нимедасофер вышел из зала с разбитыми окнами. В поместье уже зажглись фонари, озаряя все золотистым светом, и болезненный вид Ша бросался в глаза. Как и бурые пятна на камзоле. Впрочем, Кетудриавиль, выглядел немногим лучше.

– Идите за мной.

Быстро спустившись вслед за Ша на первый этаж, мы вышли на двор. Теплый наполненный ароматами леса, с легкоуловимым флером грибов, ягод и чего-то прелого, мшистого, ветер ударил в лицо, прогоняя тот настойчивый запах гнили, что тянулся за феем.

Стоило Нимеду выйти вперед, как ветер усилился, практически сбивая с ног и наполняясь каким-то искрами. Когда порывы стали практически невыносимым, норовя сбить с ног, Ша разжал пальцы и что-то лопнуло. Пространство вокруг тут же замерло, наполнившись сильным запахом корицы и искрами, неподвижно застывшими в воздухе.

Медленно и коротко дыша чувствуя, то происходящее имеет значение, я едва не пропустила тот короткий миг, когда все искр стали резко стягиваться в одну точку, словно кто-то огромный вдыхал этот странный пряный и искрящийся воздух.

Прошло всего пара мгновений, как перед дотом. В шаге от Нимедасофера стоял пес. Он был куда больше похож на привычного мне четвероногого и мохнатого зверя, чем тот образ, что был ранее, но это определенно был именно Корица.

– Сильф пока очень слаб,– Нимед, осторожно потянув что-то очень похожее на поводок, но непонятно как крепящееся к Корице, подошел ближе, протягивая переливающуюся полупрозрачную ленту мне.– Несколько дней ему придется побыть внутри дома, и очень желательно рядом с тобой. Так силы вернуться скорее.

– Его надо чем-то кормить? Лечить? –я немного растерялась., принимая ленту из теплых длинных пальцев Ша.

– Пусть греется на солнце. Можно открывать окна, впуская свежий воздух и гладить. Этого будет достаточно. Место в котором его держали, не отличается хорошими условиями, но к счастью, убить такое существо почти невозможно, так что пес поправится. Кет?

– Да, – светловолосый Ша кивнул. Его наряд был уже приведен в порядок, а прическа смотрелась так, словно фей только что не менее часа орудовал щеткой. Признаться, только это умение, из всего, что я видела здесь, заставляло меня завистливо вздыхать.– Стоило бы поторопиться, пока ситуация в нашу пользу.

– Только помоги мне привести в порядок одежду,–скривившись, попросил Нимед, подходя ближе.

Коротко усмехнувшись, Кетудриавить провел ладонью над грудью Ша, и через миг наряд Нимедасофера перестал походить на одежду старателя, что годами не стирается и не штопается. Фей с облегчением сделал глубокий вдох, растянув губы в улыбке и кивнув другу. Мне же с запозданием пришла в голову мысль, что Нимеду, при его чувствительности к запахам, было не так и просто терпеть всю эту тину, грязь и еще не известно что на своей одежде.

– Мукеш, дай Кетудриавилю один из отцовских кинжалов,– мне показалось, что Нимедасофер намеренно не смотрит на меня, хотя уверенности не было.

И все же что-то меня тревожило во всем этом.

Стоило Мастеру Равновесий удалиться вслед за дворецким, я осторожно поймала Нимеда за рукав, в другой ладони комкая тонкий поводок Корицы, что от усталости просто лег у моих ног.

– Вы снова уходите? – как я не старалась, в голосе проскользнула какая-то тоска и даже обида.

Ша замер, не поворачиваясь. Мне даже показалось, что он не желает сейчас оставаться со мной наедине.

– Да. Очень долго те дела, что должны были быть сделаны, откладывались. Именно из-за этого сейчас столько проблем,– меня радовало, что Ша объясняется, но то, что мужчина не смотрит в мои глаза – задевало. Внутри, в груди что-то тоскливо сжималось, словно там появилась дыра, вытягивающая все тепло, которым я была полна до того.

– Это опасно?

– Возможно. Не слишком,– коротко ответил Ша, впрочем не делая попытки вырвать рукав из моих пальцев.

– Так может не стоит уходить?– я сама не понимала, чего именно путаюсь добиться от Нимедасофера, но мне было жизненно важно завершить этот разговор правильно. Знать бы только еще как.

– Я должен,– Ша немного помолчал, и все же повернул ко мне свои синие, наполненные искрами, глаза. – Что с тобой сегодня?

– Не знаю,–честно призналась, отводя взгляд в сторону. Было неловко а собственное поведение. Головой я прекрасно понимала, что фею нужно идти, и что дела не станут ждать, но внутри все разрастался холод, подгоняемый каким-то протестом и возмущением.

–Хлоя, посмотри на меня. Сейчас,– голос оставался спокоен, но я невольно вздрогнула, не посмев ослушаться. В словах не было каких-либо чар, только мужская сила, от которой все замирало от трепета и предвкушения.

– Лесные демоны,– резко выругался Нимед, словно что-то сумел рассмотреть в глубине моих глаз и резко нагнулся, поймав пальцами подбородок.

Это был совсем иной поцелуй. Не легкое, едва ощутимое касание, а что-то пугающе-огненное, накатывающее валом, отчего подрагивали ноги. Это был поцелуй-обещание, ворующий дыхание, и гарантирующий неспокойную ночь полную сновидений. Нимед словно старался показать мне всю силу своего, внезапно пробудившегося желание.

И это сработало. В груди, вместо холода и обиды вспыхнуло что-то горячее, заставляющее кровь бурлить. Голодные губы упивались, не позволяя отстраниться, не давая опомниться, но это было так прекрасно, что я перестала ощущать и землю под ногами, и ветер вокруг. Был только этот поцелуй, наполненный ароматом пряностей и сладким привкусом сидра.

Нимед медленно отступил, кривя одну сторону губ в снисходительной доброй улыбке.

– Теперь тебе лучше?

Смущенно опустив голову, напрасно пытаясь призвать сердце к порядку, я улыбнулась, кивнув.

– Кажется, я разбудил в тебе женщину. Что ж, придется это учитывать,– словно самому себе, тихо пробормотал Ша. Затем длинные прохладные пальцы коснулись моей щеки в нежном, осторожном жесте.

– Я вернусь через несколько дней. Не стоит чрезмерно переживать. Займись Корицей,– и в этих словах было столько заботы о моемсостоянии, тревоги о благополучии, что я вспыхнула изнутри, как свечка, наполняясь теплом и радостью. **

Этого я не ожидал. Хлоя так сильно среагировала на один легкий поцелуй, превратившись из спокойно рассудительной девушки, в нежную и чувственную женщину за какое-то невообразимо короткое мгновение. Все произошло так быстро, что я просто не успел среагировать. То она была строга и смешлива, а потом вдруг меня едва не сносит холодом и тоской, стоит только объявить о необходимости уйти. Этот никак не вязалось со всем, что видел и чувствовал раньше.

Это в какой-то степени и радовало, поднимая мужскую самооценку, которая и без того сильно не страдала, но и немного тревожило. Если девушка окончательно и бесповоротно влюбится в Ша, что я стану делать тогда? Нужна ли мне она здесь? Да еще и в столь сложной политической ситуации.

Раньше вопрос на этот вопрос был довольно четким и ясным, теперь же приходилось изрядно поломать голову, чтобы просто разобраться в том, че8го именно хочу я сам.

– Хм,–фыркнул Кет, демонстративно стряхивая несуществующую пылинку с плеча. Проигнорировать это было можно, конечно, но потом меня бы просто замучили намеками, а в этой игре против друга я не мог бы выстоять. Не тот уровень.

Так что внутренне приготовившись к неудобны вопросам, я все же решил отвечать прямо. Пока еще можно было выбрать.

– Что именно?

–Ты думаешь, что это верное решение?– мы вышли к завесе в том месте, где уже несколько дней рогатые пытались отбросить светлых и их приспешников без нашего участия. К общему удивлению, в лагере демонов царила тишина и относительный покой, словно никакого намека на боевые действия и не было.

– Пок сам не знаю, – тихо отозвался на вопрос Кета, понимая, что смолчать не получится, и с удивлением оглядываясь кругом. –Что тут происходит?

– О, гляньте-ка, кто явился,– капитан рогатых, выглядя вполне отдохнувшим, словно пребывал на курорте, а не на месте военных действий внимательно осмотрел меня с головы до ног. Темные глаза сощурились. – Кажется, одна сияющая стрекоза немного подросла.

Намек был бы весьма прозрачен, если бы остальные демоны, что сидели играя в кости прямо на земле, не глядели на меня также внимательно и подозрительно. Оставалось только пожать плечами и коротко кивнуть.

– Давно пора. Твои добрые друзья и соседи с нетерпением ожидали момента, когда можно будет выкрасть эти крылья из кладовых, и я рад, что теперь они в безопасности на твоей спине.

– Спасибо,– элементарная вежливость требовала поблагодарить Хилеера, хотя я надеялся, что мое новое положение хоть на какое-то время останется втайне. Словно почувствовав это, рогатый усмехнулся, показывая невероятно белые зубы, контрастирующие с темной кожей.

– Не переживай, Пес. Мы никому не скажем. Но очень надеюсь, что теперь ситуация переломится и в землях Неблагого двора все же наступит хоть какой-то порядок.

–Мы тоже на это рассчитываем. А теперь объясни, что именно тут происходит.

Обрисовать обстановку демону удалось за пару минут. Оказалось, что после моего ухода, после того, как на поместье напали и Кетудриавиль разнес едва ли не половину нападающих с той стороны, откинув врага далеко за линию завесы, с той стороны стояла практически полная тишина. Создавалось впечатление, что светлые ждали какого-то сигнала или призыва, но пока не решались нападать.

– Так что самым лучшим решением будет восстановить быстрее завесу, пока у нас такая тишина. Но есть мысль,– Хилеер задумчиво посмотрел на разрыв, что переливался неровной кромкой, –что кто-то все же пробрался на вашу сторону под шум боя. Уж очень все это подозрительно.

– Даже если и так,– Кетудриавиль потянул носом воздух, словно могу учуять чужое присутствие с этой стороны. Это было не исключено, но за последнее время с равновесием происходило столько изменений, что скорее всего, Ша в этот раз не справился бы,– лучше искать того нарушителя в одной закрытой коробке, чем шастать по всем соседним и надеяться не упустить его на выходе.

– Зашиваем? – уточнил я, раскидывая крылья, и чувствуя, как за спиной гудит сила, требуя выхода. Может, это на самом деле было не самым разумным решением, так долго откладывать принятие наследства. **

Дни побежали с какой-то невероятной скоростью. Мне казалось, что ничего не происходит, но вдруг в какое-то утро обнаружилось, что я успела вымести все листья из коридоров. Минуло еще несколько закатов и рассветов, как Корица полностью восстановился, а на чердаке, под солнечными лучами, что грели несмотря на позднюю осень, появилась небольшая мастерская.

Отыскав в ящиках мотки цветных ниток, я довольно долго просидела над ними, восхищаясь нежными цветами, пока меня не отыскал Мукеш.

– Что делаешь? – гоблин забрался куда-то в дальний угол, выудив из завалов кочергу. Дворецкий целыми днями бегал по дому, то меняя зеркала, то поправляя в каминах ему одному понятные камни.

– Смотрю. Такая красота, а тут в пыли валяется, – Корица примостился рядом на теплом деревянном полу, тихо сопя. Запустив руку в мягкую шерсть, я получила в ответ тихое довольное ворчание.

– Так сделай что-нибудь,– пожал плечами Мукеш, словно это само собой подразумевалось.

– Я не умею вязать. Точнее очень не люблю, – скривившись, я потянула за один из красивейших, нежно-розовых мотков. Да одних оттенков красного тут было не менее двадцати мотков. – И откуда это все здесь?

– Да уже пару веков хранится, никому не нужное. Мама моего господина как-то притащила. Зачем – никто не знает. Можешь брать. Хозяин тебе почти все разрешил.

Направившись в сторону лестницы, безразлично махнул рукой Мукеш.

– И что мне с ними делать? – растерянно перебирая в руках нити, почти в отчаяние спросила.

– Мне откуда знать? Хочешь, в библиотеку сходи. Там в женском отделе, среди книг госпожи Тенебрис, что-то было и об этом. Вдруг что отыщешь. А так сам решай,– и больше не отвлекаясь от своих важных дел на мои девичьи глупости, Мукеш ушел, оставляя меня в задумчивом недоумении.

Еще немного погревшись под косыми лучами солнца, льющимися в окно, я повернулась к Корице.

– Ну что, мой хороший? Пошли смотреть библиотеку?

Проведя среди множества красочных книг время до самых фонарей, отложив тонкую, но непривычно большую по формату книгу по рукоделию, я поняла что уже дней шесть не видела Ша. Нимед, после того как привел Корицу домой, больше не появлялся. По словам Мукеша, у фея было слишком много дел, а состояние достаточно бодрое, чтобы с ним справиться.

Отложив книгу, я задумчиво посмотрела на огоно, который. Кажется, вспыхнул в камине сам по себе. В этом поместье многое происходило без участия обитателей, и даже если в залах было тепло, это не мешало пламени весело гудеть в очаге, создавая уют.

– А знаешь, мой ветреный друг,– потрепав Корицу по голове, уже даже не нуждаясь в том, чтобы найти его взглядом, произнесла я,– один небезызвестный тебе Ша пренебрегает обязанностями хозяина.

Мине стоило только произнести слова, как в груди появилось какое-то напряженное ожидание. Мне было нужно увидеть Нимедасофера. По телу прошла холодная волна, резко стало неуютно, тоскливо. Захотелось спрятаться в каком-то углу, чтобы со всех сторон чувствовать себя защищенной.

На фоне этих странных, таких неправильных и бессмысленных чувств, вдруг сбилось и дыхание. Воздух проходил в горло со свистом, короткими, частыми вдохами, от которых тут же закружилась голова. Понимая, что мне не справиться самой с накатившей внезапной паникой и ужасом, я нервно дернула Корицу за ухо:

– Мукеш,– сипло, с надрывом произнесенное имя было трудно разобрать, но я надеялась, что сильф достаточно умен, чтоб сообразить.

Видя, что Корица не двигается с места, похоже, пребывая в недоумении, я еще раз дернула за незримое ухо, постаравшись произнести четче, весомее.

– Мукеш! – горло вдруг сдавило спазмом. Я могла сделать вдох, но воздуха мне все равно не хватало, словно я заперта в каком-то глухом подземелье, где просто нечем дышать.

Корица дернулся, выскакивая из библиотеки. Стараясь как-то успокоиться и не отвлекаться на блики огня в камине, я прикрыла глаза. Задача была только одна – успокоиться.

Не знаю, сколько именно времени прошло, но я резко дернулась, почувствовав на своей щеке чью-то руку. Распахнув глаза, едва не свалившись с кресла, я , вновь задыхаясь, смотрела в синие глаза Нимедасофера.

Ша выглядел обеспокоенным куда сильнее, чем обычно. Нагнувшись практически к самому моему лицу, фей словно пытался отыскать какой-то ответ. И, кажется, то, что он там обнаружил, его вовсе не порадовало.

– Мукеш, неси мой сидр! И теплый плед,– резко выпрямившись, отчего у меня пошла кругом голова, Нимед оглядел библиотеку. – Кажется, где-то здесь была подходящая книга. Только не уверен, что я сумею ее сам отыскать.

– Что случилось? – я горло все еще сжималось спазмами, но мне определенно становилось намного лучше, чем было еще несколько минут назад.

– Не знаю точно, но кажется, как я зависим от твоего присутствия в поместье, так и ты реагируешь на меня.

– Но ты же сказал…– я нахмурилась, пытаясь вспомнить. Горло вновь сдавило, и я невольно вскинула ладонь, прижимая к тому месту, из которого не хотело уходить напряжение. Сосредоточившись, я с трудом, но все же вспомнила правильные слова: – «Власти твоей нет надо мной».

– Это так,– Ша вдруг расстегнул камзол и быстрым, изящным движением кинул его в соседнее кресло, – но здесь речь уже о другом.

– О чем же? – я тихо ойкнула, когда фей набросил на меня одеяло и вдруг подхватил на руки.

– О том, что мы сами виноваты в происходящем,– усаживаясь в кресло и устраивая меня на своих коленях, Ша следил за тем, как меняется выражение его лица. Мне же было и неловки и на удивление спокойно. Словно я в один миг оказалась в безопасности, укрытая от всех невзгод.

Чувствуя невероятную неловкость от такого неприличного положения, оттого, что между нашими лицами было расстояние едва ли больше ладони, я отвернулась.

– Не понимаю тебя,– прошептала, плотнее кутаясь в покрывало и, кажется, собираясь уснуть на этих коленях.

– Да. Почему-то я так и подумал,– фыркнул Ша, касаясь губами моего виска. – Только теперь уже поздно что-то менять.

– И все же, я тебя не понимаю,– упрямо стояла я на своем, чувствуя, как после внезапной паники меня окутывает усталость.

– Как думаешь, Хлоя, что между нами? – как-то вкрадчиво спросил Нимед, шевеля дыханием волосы на макушке.

– Не хочу знать,– спокойно и серьезно произнесла в ответ, все же отвечая мужчине прямым взглядом.

И это уже была правда. Мне не хотелось ни слышать слов, ни знать, какими словами можно обозначить происходящее. Мне просто было хорошо и спокойно рядом с этим существом. И большего пока я не желала.