Глава 2

Глава 2

Если кто-то думает, что после такого поцелуя я мирно усну на холодном полу тюремной камеры, то этот кто-то явно не в курсе, как работает женская психика.

Я не спала. Вообще. Совсем.

Лежала на этом чертовом ледяном полу, дрожала, как осиновый лист на ветру, и прокручивала в голове ту сцену снова и снова, словно заевшая пластинка (да, я знаю, что такое пластинки, я ретро-фанат, окей?).

Его губы. Его руки. Его вкус.

— Хватит, — прошипела я себе под нос, зарываясь лицом в колени. — Хватит об этом думать!

— О чем хватит думать? — послышался ленивый голос Полночи откуда-то из темноты.

Я подпрыгнула.

— Ты не спишь?!

— Я кот, милочка. Мы, в отличие от людей, умеем дремать с открытыми глазами и одновременно следить за происходящим. Эволюция, знаешь ли. — Он материализовался рядом, свернулся калачиком и посмотрел на меня золотыми глазами, светящимися в темноте, как два маленьких фонарика. — И да, ты уже третий час вздыхаешь, как героиня дешевого романса. Это мешает моей медитации.

— Какая, к черту, медитация?! — взвилась я. — Меня завтра будут пытать! ПЫТАТЬ, Полночь! Дыбой! Раскаленным железом! А ты тут медитируешь?!

— Именно поэтому и медитирую, — невозмутимо ответил он, начиная вылизывать лапу. — Стресс плохо влияет на шерсть.

Я уставилась на него. Потом на свои скованные руки. Потом снова на кота.

— Ты издеваешься?

— Всегда, — он перешел ко второй лапе. — Это часть моего обаяния.

Я застонала, роняя голову на колени. Где-то за стенами камеры выла вьюга. Ветер свистел в щелях, принося с собой новые порции ледяного воздуха. Мои зубы стучали так громко, что можно было отбивать чечетку.

— Слушай, — Полночь закончил с гигиеническими процедурами и посмотрел на меня серьезно. — Хватит ныть. Давай-ка лучше думать, как нам отсюда выбираться.

— Выбираться? — Я показала ему наручники. — В ЭТОМ? Я даже пошевелиться нормально не могу!

— Сними их, — как будто это было проще простого.

— ЧЕМ?! — Голос сорвался на визг. — У меня тут нет отмычек! Нет пилы! Нет взрывчатки! Вообще НИЧЕГО НЕТ!

— Есть магия, — спокойно заметил Полночь.

Я захохотала. Истерично. Слишком громко для тюремной камеры посреди ночи.

— Магия! Ага! Конечно! Я ведь волшебница! — Я взмахнула скованными руками. — Абракадабра! Хокус-покус! Вингардиум левиоса! Не работает? Странно!

— Ты издеваешься надо мной? — Полночь прищурился.

— НЕТ, ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ! — заорала я. — Я НЕ УМЕЮ КОЛДОВАТЬ! Я РЕДАКТОР! Единственная магия, которой я владею — это способность найти опечатки в тексте на скорости света!

Полночь вздохнул — долго, страдальчески, как учитель, которому достался самый тупой ученик в классе.

— Моргана умела, — произнес он веско. — А ты — в ее теле. Значит, магия в тебе есть. Просто нужно ее... разбудить.

— Разбудить, — повторила я тупо. — Типа как принцессу поцелуем?

— Если хочешь, можешь поцеловать себя, — хмыкнул кот. — Но я бы предложил другой способ.

— Какой? — я подняла на него глаза, боясь новой издёвки.

— Собственный приказ магии, — объяснил кот с нетерпением. — Не заученное заклинание.

Я закатила глаза так сильно, что чуть не увидела собственный мозг.

— Я боюсь сделать хуже, — призналась я, глядя на скованные руки.

— Хуже пыточной будет трудно, — тихо ответил он.

Пауза.

Я сглотнула. После такого довода спорить больше не хотелось.

— Ты редактор, со словами работаешь, — кот нетерпеливо дёрнул хвостом. — Попробуй короткий ритм. Морганы в тебе нет, а её магия осталась: ей нужен понятный приказ.

Я открыла рот. Закрыла. Задумалась.

Ну... технически... я действительно умела писать стишки. В универе даже в КВН участвовала, сочиняла рифмовки для капустников. Но это же не...

— Попробуй, — настаивал Полночь. — Что ты теряешь?

— Достоинство, видимо, придётся оставить здесь, — пробормотала я, горько усмехнувшись.

— У тебя их уже нет, — парировал он. — Ты рыдала полчаса назад, вспоминая, как тебя целовал мужчина, который хочет тебя убить.

— Я НЕ РЫДАЛА! — Лицо вспыхнуло огнем.

— Хотя бы попробуй, — кот уже не улыбался. — Ты сейчас сдашься от страха, а не от бессилия.

— Я не сдаюсь, — прошептала я, злясь на дрожь в голосе.

— Заставь меня, — он ухмыльнулся (да, коты умеют ухмыляться, оказывается). — Заклинанием.

Я уставилась на него. Потом на наручники. Потом на свои дрожащие от холода руки.

Какого черта. Все равно завтра меня поджарят.

— Ладно, — выдохнула я. — Попробую. Но если ничего не выйдет, я буду винить тебя до конца своих дней.

— Которые закончатся завтра на дыбе, — напомнил Полночь. — Давай, редактор. Покажи класс.

Я закрыла глаза. Сосредоточилась.

Что мне нужно? Чтобы наручники открылись? Нет, слишком сложно. Что-то проще.

Инструмент. Мне нужен инструмент, чтобы открыть эти чертовы браслеты.

Метла Морганы! В начале рукописи упоминалась метла с двумя мешочками. Я тогда ещё оставила пометку: «Не забудьте использовать дальше». Ну вот, пригодилась собственная придирка.

Окей. Призвать метлу. Как это сделать? В рифму. С магией. Что-то вроде...

Я открыла рот. И тут же закрыла.

— Это идиотизм, — пробормотала я.

— Давай уже! — поторопил Полночь.

— Я даже произнести это не могу, — призналась я, чувствуя, как горят щёки.

— Начни с одного слова, — предложил кот, смягчившись. — Ты уже однажды заставила её ответить.

Нет. Не было.

Я сжала кулаки (насколько это было возможно в наручниках), набрала полные легкие воздуха и выпалила первое, что пришло в голову:

— Через ночь и через стены,

Отыщи меня, метла.

Помоги разбить мне цепи,

Унеси подальше зла! — выпалила я, вкладывая в слова весь страх, который не могла больше удерживать.

Тишина. Я открыла один глаз. Потом второй. Ничего не произошло.

— Ну вот, — начала я. — Я же говорила, что это...

ГРОХОТ!

Что-то с размаху врезалось в окно. Мутная слюдяная пластина разлетелась, по камню царапнули железные прутья. Я зажала рот ладонью: такой грохот точно услышали.

Я заорала. Полночь подпрыгнул, выгнув спину дугой.

В узкий оконный проём, раздвигая магией железные прутья, протискивалась...

МЕТЛА. Настоящая. Чертова. МЕТЛА.

Старая, потрепанная, с соломенной щеткой и длинной деревянной ручкой. К ней были привязаны два небольших мешочка — один тряпичный, другой кожаный.

Метла протиснулась в камеру и упала к моим ногам. Прутья со скрежетом сомкнулись за ней. Для меня лазейки не осталось.

Я уставилась на нее. Потом на Полночь. Потом снова на метлу.

— Ээээ... — выдавила я. — Это... это только что...

— Сработало, — закончил Полночь, и в его голосе прорывалось нечто похожее на удивление. — Ты, милочка, только что призвала метлу. Неплохо для редактора.

— Получилось, — выдохнула я, схватившись за древко. Ладони дрожали так, что я едва его удержала.

— Стражник идёт, — шепнул кот, прижав ухо к двери. — Пока он доберётся из караулки, освободи руки.

Но я уже не слушала. Я схватила метлу (насколько это было возможно в наручниках) и прижала к себе, как лучшую подругу.

За дверью ещё было тихо, но от этого я боялась сильнее. Я лихорадочно перебирала мешочки. Радоваться будем снаружи.

— Ты все еще в наручниках, — напомнил Полночь. — Так что попридержи свою эйфорию и займись делом.

Я опомнилась. Точно. Наручники.

Быстро развязала тряпичный мешочек — внутри оказались сушеные травы. Приятно пахли, как бабушкин чай. Второй мешочек был интереснее — там лежали гвозди, какие-то металлические штучки и... о боже, ШПИЛЬКИ!

Длинные, тонкие шпильки. На одной золотилась крошечная руна в форме раскрытого замка.

— Знаешь, как открывать замки? — поинтересовался Полночь, наблюдая, как я выуживаю шпильку.

— Только в кино, — призналась я с досадой и вставила шпильку в замок. — Откройся. Пожалуйста.

Руна обожгла пальцы. Металл сам изогнулся, нащупывая механизм.

КЛИК. Наручник на правой руке открылся. Я замерла, уставившись на свободное запястье.

— ПОЛУЧИЛОСЬ! — заорала я шепотом (да, такое возможно). — О БОЖЕ, ПОЛУЧИЛОСЬ!

Быстро открыла второй наручник. Руки свободны! Я потерла запястья, на которых красовались красные отметины от железа, и расплылась в улыбке.

— Спасибо твоей хозяйке, — прошептала я, пряча погасшую шпильку в мешочек. Самоуверенности хватило бы на взлом. Умения — точно нет.

— Поздравляю, — сухо заметил Полночь. — Теперь осталась мелочь — открыть дверь.

Я посмотрела на массивную деревянную дверь камеры. С железными петлями. Замком размером с мой кулак. И, судя по всему, магическими печатями, которые слабо мерцали в темноте.

— Ага, — протянула я. — Мелочь.

Попробовала потянуть за ручку. Не поддается. Железная, холодная, безжалостная.

— Заклинание? — предложил Полночь.

Я задумалась. Попыталась сочинить что-то в рифму. Но ничего не приходило в голову. Мозг отчаянно буксовал, как машина в снегу.

— Не получается, — призналась я. — Нужна... не знаю... другая идея.

Полночь обошел меня по кругу, разглядывая, как картину в музее.

— У тебя есть чары соблазна, — медленно произнес он.

— Думаешь, я смогу вызвать их снова? — спросила я с сомнением, пряча шпильку.

— Чары, — напомнил кот с досадой. — Ключ не поможет, а стражник откроет сам.

Я уставилась на него.

— Ты хочешь, чтобы я его очаровала? — я почувствовала, как к страху примешивается стыд.

— Хочу, чтобы ты вышла живой, — ответил Полночь. — Заставь его открыть дверь. Остальное решай сама.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла. Я закрыла глаза, ненавидя эту необходимость.

— Попробую, — сказала я, всё ещё чувствуя стыд. — Только чтобы выйти.

— Тогда позови его, — ответил кот с тревогой, прислушиваясь к коридору.

Я посмотрела на свое отражение в луже воды на полу. Растрепанные светлые волосы. Синяк под глазом. Бледное лицо. Губы, все еще припухшие после поцелуя с герцогом.

— Ладно, — выдохнула я. — Попробуем. Но если это не сработает, я официально объявляю тебя самым бесполезным котом в истории.

— Принято, — невозмутимо согласился он.

Я подошла к двери. Приложила ухо. Слышались шаги — размеренные, тяжелые. Стража патрулировала коридор.

Сейчас или никогда.

Я набрала полные легкие воздуха и заорала:

— ПОМОГИТЕ! МНЕ ПЛОХО!

Шаги остановились.

— ПОМОГИТЕ! Я... я умираю! Мне холодно! Я не могу дышать!

Я добавила в голос дрожь (что было несложно, учитывая, что я действительно замерзла), капельку отчаяния и щепотку беспомощности.

Шаги приближались. Быстрее. Ближе.

— Что там?! — раздался грубый мужской голос за дверью.

— Я... — я сделала голос тише, слабее, — я замерзаю... пожалуйста... помогите...

Щелкнул замок. Дверь приоткрылась — совсем чуть-чуть, на ширину ладони. В щели показалось лицо стражника — молодой парень, лет двадцати пяти, с щетиной на щеках и настороженными глазами.

— Ты чего орешь? — буркнул он.

Я посмотрела на него. Прямо в глаза.

И... даже не знаю, как это описать. Что-то внутри меня щелкнуло. Как выключатель. Или как кнопка «вкл» на каком-то древнем магическом генераторе.

Воздух снова изменился. Потеплел. Наполнился ароматом ванили и меда. Тягучим, сладким, дурманящим.

Глаза стражника расширились. Он замер, уставившись на меня, как кролик на удава.

— Подойди ближе, — прошептала я, и мой голос стал другим. Бархатным. Мягким. Обволакивающим, как теплое одеяло. — Пожалуйста... мне так холодно...

Он шагнул в камеру. Потом еще один. Двигался медленно, как во сне. Не отрывал взгляда.

— Дай мне ключи, — попросила я, протягивая руку.

Он послушно полез за поясом, где на связке висели ключи. Снял их. Протянул мне.

Я взяла. Улыбнулась ему — широко, благодарно.

— Спасибо, — выдохнула я. — Ты очень добрый.

А потом толкнула его вглубь камеры, отступая к порогу. Метлу я уже прижимала к боку, а Полночь проскользнул между моими ногами в коридор.

Он пошатнулся, упал на пол с грохотом.

Я выскочила за дверь, захлопнула ее и быстро повернула ключ в замке.

КЛИК.

— ЧТО?! — Стражник вскочил, бросился к двери, задергал ручку. — ЭЙ! ВЕДЬМА! ОТКРОЙ НЕМЕДЛЕННО!

— Извини, красавчик! — крикнула я через дверь. — Ничего личного! Просто бизнес!

— Ловко, — выдохнул Полночь уже за дверью. Он косился на замок, явно не веря, что тот удержит стражника надолго.

— Потом оценишь, — оборвала я его, перехватывая метлу. — Показывай дорогу!

— Тогда быстрее, — согласился кот, нервно оглядываясь на дверь.

— СТРАЖА! — орал за дверью стражник. — СЮДА! ВЕДЬМА СБЕЖАЛА!

— Бежим, — скомандовала я.

Мы помчались по коридору. Темно. Холодно. Только лунный свет падает сквозь узкие окна, рисуя на каменном полу серебристые полосы, как в триллере.

Я бежала, сжимая метлу, как копье. Полночь несся рядом, бесшумный, как тень.

За спиной раздались крики. Топот ног. Звон оружия.

— Куда?! — задыхаясь, спросила я.

— Там! — Полночь метнулся влево. — Черный ход! Для слуг!

Мы свернули за угол и пронеслись мимо кухни. С крючка у чёрного хода я сорвала грубый плащ, завернулась в него на бегу. Впереди показалась старая деревянная дверь.

Я попробовала дернуть. Заперто.

— Ключи! — Полночь подпрыгивал на месте. — Давай ключи!

Я судорожно перебирала связку. Один ключ. Второй. Третий. Не подходит! Четвертый...

КЛИК. Дверь подалась.

Я рванула ее на себя, и нас обдало ледяным ветром.

Мы выскочили на улицу. И я замерла. БОЖЕ МОЙ. Ламиния. Это было... красиво. Жутко. Завораживающе.

Вечная ночь расстилалась надо мной бездонным шатром, усыпанным звездами — такими яркими, такими огромными, что казалось, протяни руку — и дотронешься. Луна висела в небе, как гигантский серебряный диск, заливая все вокруг призрачным светом.

Снег. Везде снег. Белый, пушистый, переливающийся в лунном свете, как рассыпанные бриллианты.

Дома — готические, с острыми крышами и витражными окнами, из которых пробивался теплый свет. На стенах рос светящийся мох — зеленовато-голубой, мерцающий, как гирлянда.

На улицах стояли магические фонари, внутри которых парили светящиеся кристаллы.

— Красиво, — выдохнула я. — Но...

— Холодно, — закончил Полночь. — Да. Добро пожаловать в Ламинию, милочка.

ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ-ДЗЫНЬ! Колокол. Громкий, настойчивый, разносящийся над городом, как набат.

— Тревога, — сообщил Полночь. — Нас хватились.

— КУДА БЕЖИМ?! — заорала я.

— К Мертвому озеру! — Он сорвался с места. — Там паром! Переберемся в другое королевство!

— МЕРТВОЕ ОЗЕРО?! — Я понеслась за ним, проваливаясь в сугробы. — ЭТО НОРМАЛЬНО ЗВУЧИТ?!

— Для Ламинии — да!

Мы метнулись в переулок между домами. Темно. Узко. Пахнет дымом из труб и чем-то сладким — выпечкой?

За спиной раздались крики стражи.

— ТАМ! ОНА БЕЖИТ НА ЗАПАД!

— Быстрее! — шипел Полночь.

Я бежала. Задыхалась. Ноги скользили на ледяных камнях. Легкие горели. Метла била меня по ногам при каждом шаге.

Но я бежала.

Потому что альтернатива — дыба, раскаленные щипцы и герцог с темными глазами, который придет меня пытать.

А я, как выяснилось, была не готова к пыткам.

Совсем.

Мы вырвались из города. Впереди чернел лес — мрачный, как в фильме ужасов. Ледяные деревья торчали, как скелеты. Между ними мелькали тени.

— Туда, — скомандовал Полночь.

Мы нырнули в лес. И тут я поняла, что начинается самое интересное. Охота только началась.