Глава 37

Я не ответила ему. Ни тем вечером, ни на выходных. Адриан пытался связаться со мной, но я не дала ему такой возможности – упрямо игнорировала все сообщения и звонки. Иногда я была на грани сорваться и ответить, но во время сдерживала порыв.

Самоконтроль трещит по швам – вот главная беда. Я боюсь его окончательно потерять. Я знаю, чего хочет Адриан – он добивается возобновления отношений. Одного его желания недостаточно, ему нужен мой «шаг» навстречу. Чтобы взять за руку, крепко сжать её и повести за собой, открыть для меня мир, который разделю вместе с ним.

Максимальное избегание встреч с ним – единственный вариант, который спасет меня от этой участи. Я стараюсь не думать о нем, но очень слабо выходит, когда его номер регулярно высвечивается на телефоне – настолько, что невольно запоминаешь порядок одиннадцати цифр его номера.

Я не боюсь разговора с ним – ясно представляю, что он может сказать мне или как посмотреть при встрече… Дело уже не в нем. А во мне. Я опасаюсь за свою реакцию, за чувства, которые всколыхнет его слово или взгляд. Каждая клеточка меня дрожит, когда он рядом  - а все потому,  что я позволяю им дрожать.

Я понимаю, это неправильно. Так нельзя, и надо быть выше этого. В идеале извести парня, отшить его красиво и проучить его за ту боль, которую когда -то причинил мне. Пока включила игнор и что? Это смешно, но в итоге, страдаю сама… Борюсь сама с собой и не делаю того, чего хочется. Внутренние установки не позволяют. Если вдруг произойдет сбой, то система полетит, и я потеряю всяческий контроль… Полностью и без остатка отдадимся в плен чувств. Короче, мне и моему сердцу – конец.

И как избежать этого, если на все мои старания судьба сама толкает к пропасти?

- Сегодня точно помою тебя, - успокаиваю матиз, который после дождей и грязи улыбается мне менее приветливо.

Его заляпанная мордочка и бока выводят на вздох, за которым следует звук сигналки и открывающейся двери.

Сажусь в машину и беру курс на ближайшую автомойку. Обслуживание машины – недешевое удовольствие для студента, но побаловать себя и четырехколесного друга в первые дни зарплаты – дело святое и приятное.

К моей радости, даже ждать не пришлось -  на автомойке оказалось свободное местечко, чтобы спокойно «помыться». В этот раз решила отказаться от самообслуживания и доверить машину в руки профессионала. Пока жду, смогу выпить чашечку кофе, а не замочить обувь, вывозиться самой в пене, пытаясь разобраться со здешним оборудованием. Да, полы я мою гораздо лучше, чем машину.

Загоняю матиз в закрытый бокс и с чувством выполненного долга перед ним глушу двигатель.

- Увидимся через полчаса, грязнуля, - по факту разговариваю я сама с собой.

В зеркале замечаю вошедшего в бокс человека в рабочей форме и, схватив сумку с заднего сиденья, освобождаю машину.

- Добрый день, - растягиваю губы в приветственной улыбке, чтобы наладить контакт с человеком, который возьмется за моего «жука».

- Ну, как сказать…

Вслед за усмешкой кепка рабочего поднимается, и я вижу знакомый прищур карих глаз.

- Адриан? – пробегаюсь по рабочей форме, в которую облачен парень.

- Не признала? Неужели богатым снова буду, - хохочет он, прислоняясь к стене рукой и тем самым преграждая путь к выходу.

- Не смешно, что ты здесь делаешь?

Мужской смех резко обрывается. В боксе становится слишком тихо. А тот факт, как помрачнел Адриан не сулит ничего хорошего.

- Действительно, не смешно, Стеша, - отталкивается и в секунду оказывается совсем близко. –  Сначала игнорировать, а потом являться сюда и задавать глупые вопросы.

- Ничего не понимаю… - встряхиваю головой. - Ты работаешь здесь?

- А ты типа не знала? – не верит моему растерянному виду.

- Конечно, нет! Если знала бы, то точно не…

- Продолжай, - кивает он, провоцируя издевательской интонацией. – Ну же. Точно не приехала бы, да?

Он слишком давит. Наступает на меня, заставляя смотреть ему в глаза, а я не могу. Его пальцы хватают мой подбородок и горящий взгляд  лезет прямо в душу.

- Избегаешь меня, - хрипит он, нависая надо мной. – Травишь. Чего молчишь?

Сердце пропускает удар.

Нельзя терять контроль. Я собираюсь с мыслями и выдаю довольно стервозно и холодно:

- Я приехала сюда, чтобы помыть машину и только. Можете приступать к своим обязанностям… - голос на последнем слове выдает дрожь, и я сглатываю.

- Вот как мы заговорили. Хорошо.

Момент, и дверь бокса автоматически начинает сползать вниз и закрываться.

-Эй, что задумал? – дергаюсь вперед и утыкаюсь в его каменную грудь, от которой моё тело отпружинивает назад. Начинаю паниковать.

Адриан берет в руки керхер и направляет на меня:

- Я выполню свою обязанность, можешь не переживать. Но перед машиной хорошенько вымою её хозяйку и её острый язычок, м, что скажешь?

- Я скажу, что ты чокнутый придурок, и не посмеешь это сделать, - вытянутый указательный палец слабо защищает  от нацеленной на меня  штуковины.

- Да что ты…

Щелчок, и из керхера вырывается струя, которая окатывает босые ноги, отбивая брызги на одежду. Вода ледяная. Я подскакиваю и визжу, как резанная под довольную ухмылочку злодея.

Когда он прекращает поливать, я кричу и бросаюсь на бездушного:

- Идиот! Ненормальный!

Он не подпускает к себе ближе, чем на шаг, угрожая повторным заходом:

- Ой, какие некрасивые выражения. Маловато тебе видно…

- Иди на хрен, Адриан. Убери эту штуковину или пожалеешь!

- Угу.

Очередной напор воды окатывает мои ноги, поднимаясь до бедер и захватывая часть подола юбки. Легкие выпускают пронзительный визг – я бешусь, прыгая в луже, а Адриана это только забавляет. Как же хочется придушить этого полоумного!  Видит Бог, я доберусь до него!

- Итак, - важно заявляет Адриан, давая мне попытку на исправление. – Почему игнорируешь меня? Я звонил тебе, писал, ты все видела и специально изводила молчанием. По-твоему это правильно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Не хотела отвечать вот и все! Сегодня убедилась, что правильно сделала! – я  вздрагиваю, обнимая себя руками. В боксе стало холодно до дрожи.

- Не правильный ответ, - насадка от мойки нацеливается  прямо в грудь.

- Валяй.

Он готов окатить водой меня всю с головы. Уже как-то плевать. Гордо задираю подбородок и с каменной непроницаемой миной смотрю на него. Его палец на кнопку, но давить на неё он не спешит.

- Ты ответила на первое сообщение, - вспоминает Адри.

- Да. Откуда мне было знать, что это ты? Тебя нет в списке моих контактов, - заявляю я так, словно не достоин там находится.

Это правда, номер не был сохранен, но я знала последние цифры и понимала с кем переписывалась.

- Но ты все же ответила, - сжимает челюсть парень.

- Ну да. И что? Думала, это кто-нибудь другой.

- Кто же?

- Какая тебе разница, Адриан? Хоть кто. Или ты считаешь, что только ты написываешь мне по вечерам с предложениями встретится? – я вхожу в кураж и  пафос, как никогда. -  Спустись на землю, мальчик. Не знаю, что ты там о себе возомнил, но… Ах!

Струя воды затыкает мне рот и умывает лицо. Я зажмуриваюсь и быстро отворачиваюсь к стене, получая водяные удары по спине. Он точно конченный! Одни маты стоят на языке, в руках дикое желание взять и убить! Вот сейчас я точно насквозь сырая, и вся продрогла. Одежда неприятно прилипает к телу,  а зубы начинают стучать, когда хочу высказать ему все, что думаю.

- Ты… Ты…

Не успеваю повернуться, как парень прижимается ко мне, впечатывая в стену. Тяжелое мужское дыхание согревает ухо, пуская цепь мурашек по продрогшему телу. Его пальцы фиксируют мои сжатые кулаки над головой, а голос требовательно вибрирует:

- Телефон. Дай. По-хорошему.

- Нет, - пищу я.

Адри бесцеремонно начинает ощупывать меня и в считанные секунды находит то, что ему нужно.

- Не трогай, это личное!

Для Адриана это не веский аргумент, чтобы остановиться.

Телефон без паролей и отпечатков, так что, ему не составляет труда залезть в сообщения и вызовы. Конечно, там миллион пропущенных от него и только. Никаких хахалей и прочих непристойных  предложений, которые напридумывала, лишь бы вывести из себя Адриана.

К своему удовлетворению, он не находит ничего провокационного. Единственное, за что цепляется неравнодушный глаз – это имя, которым обозвала его номер – «Тот кого я…»

- «Тот, кого я …», и где продолжение? – спрашивает он заинтересованно.

Я не разобралась, что же я чувствую к этому парню, поэтому и продолжения нет.

 Его не устраивает мое молчание, поэтому он разворачивает меня и начинает испытывать взглядом.

- Говори.

- А ты догадайся с первого раза, - шиплю я.

- Тот, кого я желаю?

- Желаю убить, разве что! Хватит рыться в моем телефоне, Адриан! – вырываю из его рук телефон.

- Тот, кого я игнорирую… Потом провоцирую… - шевелятся его губы в догадках, приближаясь к моим. – Дальше хочу увидеть, находя предлог для случайной встречи.

- Все бред, - морщу нос. - Тот, кого я ненавижу. Именно так и запишу, понятно тебе?

- Не со всем, - цепляет пальцами мой подбородок. – Может, тот, кого я люблю? Но не в силах признаться…

- Мечтай!

Моя дерзость и его самоуверенность переплетаются вслед за нашими телами. Адриан вплотную притирается ко мне рабочим костюмом, и впивается взглядом посильнее, чем вампир зубами в мягкое место.  Он - моя слабость и уязвимость, и самое страшное, что, кажется, он в курсе этого. Будь он чуть благороднее, то не стал бы пользоваться этим.

Но Адри далеко не такой, поэтому он берет свое – окутывает специфическим гипнозом и жадно сминает мои губы в горячем поцелуе. Наше слияние подобно вспышке, которая загорается, пронося ток по всему телу. Нас клинит, и продолжительное замыкание не дает нам расцепиться. Поцелуй становится более глубоким, кипящим на высоких градусах, наполненный эмоциями, и  он говорит сам за себя, получше многочисленных слов, сказанных друг другу ранее.

Я ощущаю его неистовый напор и желание. Подчиниться и окончательно растаять – то, чего он так жаждет от меня и то, чем я его не порадую. По крайней мере, сегодня.

Обрываю поцелуй, отстраняя ладонями парня, и наперекор своим звенящим мыслям отчетливо заявляю:

- Это ничего не значит. Я по-прежнему ненавижу тебя.

Задевает ли это его? Ничуть. Старания напрасны. Адриан отступает от меня на шаг, и я вижу, как сквозит усмешка в его глазах:

- Можешь не оправдываться, малыш.  Все, что нужно, я уже понял.

Он разворачивается и вальяжно идет к воротам, которые автоматически открываются перед ним.

- Ни черта ты не понял, идиот! – злости не хватает, его наглость заставляет трещать по швам мою нервную систему.

- Захочешь повторить – звони, - останавливается он вполоборота, издеваясь напоследок.

- Пошел ты!

Я хватаю мойку высокого напряжения и заряжаю струю воды прямо в него. Со всем остервенением расстреливаю его, как из автомата. У этого дьявола непромокаемый костюм – и где справедливость в этом мире?  Он хохочет, а я от неудовлетворенности и обиды кричу, выплескивая эмоции.

- Истеричка! – нарекает он меня на прощанье.

- Мерзавец! – ору вслед, не в силах успокоиться. - Я испишу всю книгу жалоб твоим именем, придурок!

Шум привлекает других работников, и пара любопытных глаз заглядывает внутрь. Они пялится на меня всю промокшую и взъерошенную, и внимают словам Адриана:

- Там какая-то ненормальная, я пас, парни… - выходит сухим из воды, переводя все стрелки на меня.

Тем и не надо большего, чтоб принять все за чистую монету. Косятся на меня опасливо и зовут администратора.

- Будь проклята эта мойка, - рявкаю я, стуча зубами.

Пыхчу от гнева и сажусь в машину. Сразу включаю обогрев салона и меня перетряхивает от потока теплого воздуха. Классно помылись, ничего не скажешь: я взбешенная, машина грязная, а гад довольный. Давлю на газ и с нервным визгом колес пулей вылетаю из бокса.