22

Мой новый дом был огромен. Три этажа и четвертый, как рассказал Эрим, являлся цокольным.

Что мне понравилось, так это наличие большого количества растительности рядом, ну а сам дом, он был великолепен. Окна во всю стену, которые невозможно было просматривать, но, было видно, в каких помещениях горел свет. Материалы фасадов, разных текстур и сочетаний. Мне нравилось. Еще приглянулась терраса, которая была выполнена из прозрачного материала, вроде стекла, которое, как я поняла, разъезжалось в стороны и давало возможность быть на воздухе.

Это все я успела рассмотреть пока мы приближались к дому.

- Нравится? – спрашивает Эрим и я улыбаюсь ему.

- Очень.

Но, весь дом отошел на второй план, когда, из раздвижных дверей, показалась фигура. Высокая, немного изящная, но, определенно, не слабая. Одет мужчина был в обтягивающий лонгслив молочного цвета, в тон облегающие брюки и какие-то чешки, такие же светлые. На запястье я заметила широкий ремень браслета, кажется, это были часы. Его пшеничные, чуть завивающиеся волосы, были собраны в небрежный пучок, а глаза, я помню, зелено-карие, смотрели с теплом. Рим.

Муж привалился плечом к косяку двери и улыбался. Улыбался так, что во мне все таяло и растекалось лужицей. Улыбка и правда у него нереальная.

Как только, мы въехали на территорию дома, муж пошел к нам навстречу и хоть, он нас не видел, этого было все равно достаточно, чтобы я начала волноваться. Он все приближался, а я не могла оторвать взгляда.

- Давай мне переноску, - донесся голос Эрима и я мельком, благодарно на него взглянула, потому что мы как раз остановились под навесом и Рим шел по направлению ко мне.

С тихим вжиком, двери авто разъехались вверх и я встретилась с глазами мужа, который, при виде меня начал еще сильнее улыбаться. От мужа исходило какое-то внутреннее сияние, оно было не видно, но ощущалось, так бывает с некоторыми людьми, вроде, обычный человек, но, внутри него все светится, вот так и с Римом, его сияние обволакивало, согревало, дарило уверенность.

- Рим…? – шепчу и все еще не верю, что этот красивый, улыбчивый мужчина, мой муж.

Рим подал мне руку, и я уверенно уложила в его ладонь свою, тут же, прикипев к тому, как его яркая светлая энергия устремилась ко мне. Даже, замешкалась.

- Настя, - улыбнулся муж и тоже взглянул на наши ладони, я не спешила выходить, а когда, наконец, мои ноги опустились на гладкую плитку, поняла, что не дышу. Рим, такой же высокий, как и Эрим. Красивый и притягательный, смотрел на меня настолько нежно и ласково, что во мне все трепетало. Так мы и стояли секунд 20, рассматривая друг друга, держась за руку.

- Можно, тебя обнять? – нарушает тишину Рим.

Я кивнула и сама шагнула к нему, тут же попав в самые теплые объятия. С первых секунд, я не чувствовала неловкости, я чувствовала, что я там, где должна быть и передо мной, самый родной человек, нет, не человек, инопланетянин. Улыбнувшись своим мыслям, я прижалась щекой к груди, до которой едва доставала и сцепила руки за спиной.

Муж, тоже бережно обнимал меня, придерживая за плечи и поглаживая. Он склонился к моим волосам и мягко касался губами моего виска, волос, иногда, прижимал ладонью мою голову к себе и я чувствовала его некоторое отчаянное желание быть ближе.

Подняв на него взгляд, я мгновенно увидела это самое желание в его глазах. Без похоти. Это была именно нужда быть ближе.

Эрим спокойно выгружал мой багаж и не отвлекал нас, видимо, давая возможность побыть нам вдвоем. В этот момент, я еще больше прониклась к нему.

Когда, мы с Римом, наконец, отвисли, Эрим уже отправил все мои сумки в дом и вернулся за Васькой.

Рим проследил за этим любопытным взглядом.

- Не обижал тебя Эрим? – по улыбке, я поняла, что он шутит, но, зато Эрим пригвоздил Рима таким взглядом, что, я мигом прониклась, в отличии от Рима, впрочем, я тут же сбросила этот морок.

- Не обижал. Эрим хороший, - поспешила защитить своего мрачного мужа.

На меня уставились две пары удивленных глаз. Причем, если у Рима они радостно сверкнули, то, Эрима мои слова очень удивили, он, даже затормозил и посмотрел на меня более тепло, что ли.

- Что? Я что-то не так сказала? – перестав улыбаться, я смотрела на Эрима, который скрылся внутри дома вместе с моим затихшим котом.

- Нет, Насть, ты как раз все так сказала, - ответил муж мягким голосом, пропуская прядь моих распущенных волос сквозь пальцы, - просто, чаще, после первого впечатления, Эрим может услышать что-то вроде «С тобой невозможно в одном помещении находиться» - повысив голос и с другой интонацией, муж, кого-то копировал и это было очень смешно, а еще, обидно за Эрима, который, снова помрачнел.

- Глупости говорят, значит, - защитила Эрима, который, уже вновь вернулся к нам и молчал, а по тому, как дергались уголки его чувственных губ, я поняла, он сдерживал улыбку.

- Идем? - спрашивает Рим, и после моего кивка тянет за собой в дом. Теперь, это и мой дом тоже. Даже, не верится.

Попав внутрь, первое, что привлекло, это те самые панорамные окна во всю стену и мягкий свет, исходивший с каких-то скрытых светильников. Много места, простора. Все минималистично и я подозреваю, снова скрыто в стенах. Сами стены были в серых, бежевых и черных тонах и это радовало.

Второе, что меня привлекло при входе, нашу обувь, которую не надо было снимать, чистило какими-то лучами, после чего, мои белые кроссовки стали такими белыми, какими были лишь в день покупки. Перевернув подошву, я присвистнула, так как она была тоже идеально чистой.

- Ничего себе, - вырвалось удивленное и следом, принюхавшись, поняла, что ощущаю приятный запах приготовленных блюд, - вкусно пахнет, - улыбнулась, вызвав улыбку на лице Рима.

Пройдя вглубь дома, напоминающего огромную студию, я попала в зону кухни и гостиной, где и был накрыт потрясающе сервированный стол, на котором, кроме разных блюд и посуды, стояли свечи и цветы.

- Мы почитали, что на Земле так сервируют столы, а землянки любят цветы, - прокомментировал Рим, всматриваясь в мои глаза.

- Да. Так, - улыбаюсь, мне было приятно, что мужья готовились, старались сделать мне приятно.

Делаю шаг к Риму, тяну его за шею к себе, и он опускает голову, обдавая свежим дыханием мою щеку.

Не сомневаясь, касаюсь мягко губ Рима и от этого невинного касания, перехватывает дух.

- Спасибо, это очень трогательно, - шепчу в мягкие губы мужу, вновь обнимая.

Отстраняюсь, и уверенно иду к Эриму, который, присел на одно колено перед переноской с Васькой, открывая замочки и явно намереваясь выпустить моего кота на волю.

С ним, я тоже не сомневаюсь, подхожу со спины, слоняюсь и просто обнимаю мужа, смещаясь, целую в мягкую щеку.

- Спасибо, - шепчу и Эриму, который, тут же повернул ко мне голову и весело чмокнул в ответ, только в губы, взбудоражив сердце и подняв настроение.

Присев рядом с мужем, мы открыли переноску, но недовольный Васька лишь облизывался и водил ушами.

Когда, рядом с нами опустился и Рим, мой кот вылупился на него с глухим протяжным «мяу» и предпринял отчаянную попытку слинять, и судя по попытке, он был готов к схватке не на жизнь, а на смерть.

Васька прошмыгнул между нами тенью и скрылся в недрах кухни, впрочем, следом, он с глухим звуком вписался в окно и развернувшись, заметался, полетев пулей куда-то вглубь дома.

- Ваааася! Ну, ничему тебя жизнь не учит, - сокрушалась я громко, сочувствуя своему бестолковому трусливому коту.

- Может, его поймать и в капсулу? – хмурится Рим, - он же мог голову разбить.

- Не надо. Их лоб крепкий, и проделывает подобное он не впервые. Привыкнет и вылезет, - отвечаю беспечно, - хотя, вылезет он раньше, уже пора кушать, а чувство голода у него куда сильнее, чем чувство самосохранения.