Глава 45. Конец дружбы

Губы Тима приближаются к моим, и только когда я уже чувствую его дыхание на себе, я опоминаюсь. Потом буду в шоке пребывать, а сейчас надо честь свою спасать!

Я дёргаюсь под ним, пытаясь лягнуть его по мужским причиндалам, но не выходит. Даже не знала, что он такой сильный. Ох уж эти футболисты! Спортсмены, блин, у которых всё в порядке с физической формой.

Куда мне… слабой девушке бороться.

Мой максимум – отвернуть голову в сторону.

И тут же чувствую влажные губы на своей щеке. Тошнота мгновенно подкрадывается в горлу. Сейчас точно вывернет… Тим, да ёлки-палки!

– Не слюнявь меня, – взвизгиваю. – Боже! Тим, что ты творишь?!

– Я тебя люблю, Алиса. Давно уже. С первой встречи, – шепчет как обезумевший.

Его руки только сильнее стискивают меня в объятиях, я задыхаюсь от этого напора. От его горячего дыхания в район моей щеки. А он снова целует. Будто сошёл с ума. Будто не осознаёт, что мне это не нравится.

– Пусти меня, Дубов!

По щекам бегут слёзы, а ему вообще пофиг. Продолжает покрывать меня поцелуями. И я понимаю, что ещё немного и он доберётся и до моих губ. Этого я точно уже не перенесу.

Обидно. Больно. Это… это просто предательство! Как вообще Тим мог?

Влюбился и ни разу не показал, ни разу не намекнул, что что-то чувствует ко мне. И я не знаю, как бы прореагировала… Я то ничего подобного не испытываю, но… это было бы честно! Если бы он признался, всё было бы точно по-другому.

– Это ещё, блядь, что такое?!

Поплывшим от слёз взглядом я пытаюсь рассмотреть, как приближается к нам. Вижу только кроссовки. Шаги ускоряются. Скольжу глазами выше и выше… Макаров!

– Помоги мне, Артём! – выкрикиваю я.

Тим тут же напрягается. Так увлёкся своими поцелуями, что не заметил опасность. Не понял, что мы тут уже не одни.

Резкий рывок, и Дубов отлетает от меня в сторону. Я, почувствовав свободу, тут же сажусь и тыльной стороной ладони вытираю щёки. Но этого мне кажется недостаточно.

Ощущение, будто меня всю испачкали. Окунули в помои. Просто грязь. Просто на мне чужие запахи и чужие слюни.

Я беру в руки снег. Ладони и пальцы покалывает от холода, но я как ненормальная натираю щеку, пытаясь избавиться от ощущения влажных губ на себе.

Какая мерзость.

И только потом перевожу взгляд на Тима. И шокировано поднимаюсь с места, отбрасывая в сторону кусочки снега.

Артём и Тимофей уже вовсю колотят друг друга. Одежда расстёгнута, оба красные, злые. У Дубова по подбородку бежит кровь, струйкой вытекает из носа, у Макарова – рассечена бровь и губа.

Мальчики, блин… Разговаривать ведь совершенно не надо. Лучше всё кулаками решать.

– Стойте! – кричу я. – Прекратите!

Тим отскакивает от разъярённого Артёма. Оба дышат тяжело, будто по стадиону кругов десять намотали. Дубов сплёвывает на землю. На белом снеге расползается некрасивое красное пятно.

– Вали нахрен отсюда, Дубов! Ещё раз тронешь Алису и без зубов останешься, сука, – рычит Макаров и делает угрожающий шаг вперёд.

– Да какого чёрта? Мы с Алисой что хотим, то и делаем! Ты вообще какого хрена лезешь в чужие отношения?

– Тим! – врываюсь я в эту перепалку. – Иди домой. Я не хочу с тобой общаться. И Артём прав. Не приближайся ко мне больше.

Чувствую, как в груди сдавливает от этих слов. Но это конец нашей дружбы. Он своими последними действиями перевернул всё. Испортил наши отношения окончательно и бесповоротно.

– Алис… Нет, слушай, не надо… – мямлит Дубов, резко теряя запал.

Я отворачиваюсь и иду прочь. Не хочу слышать больше ничего. Скорее бы домой. Под тёплый душ. Смыть с себя весь этот ужас. Поплакать в волю в подушку и забыться сном. Всё испортилось. Всё.

И только уже на полпути к выходу со стадиона, я вдруг понимаю, что иду не одна. Поворачиваю голову и замечаю Артёма. С невозмутимым видом он шагает рядом и молчит. Руки в карманах джинсов.

Он… будто провожает меня, чтобы я не вляпалась больше ни в какую историю. Что за благородные жесты? Или ему что-то надо от меня?

Я останавливаюсь и смотрю на него.

Пытаюсь вытереть слёзы ладонями. Представляю, как сейчас выгляжу. Вся растрёпанная, с красными щеками и красными глазами. Красотка ещё та. Но мне всё равно. Вот вообще на всё плевать.

Я просто хочу побыть одна.

– Что? Ждёшь благодарности? Спасибо, что помог с Дубовым, – устало произношу.

– Да какие благодарности. Я бы не мог мимо пройти.

– Потому что я девушка Кирилла?

– Конечно. Он мой друг.

Я кусаю губу. Внутри меня вспыхивает и закручивается новая спираль злости.

– Друг? Так как ты смог допустить, что Кирилл чуть не разбился?! – выплёскиваю наружу то, что давно там сидит. Будто пружина раскрывается и бьёт по всем нервам наотмашь. – Как допустил, что он пьяный сел на мотоцикл?!

– Алис…

– Что?! Разве друзья так поступают?!

– Он бы всё равно это сделал, – сверкает на меня своими грозовыми глазами и недовольно поджимает губы. – Кириллу было хуёво. Он напивался в баре, потому что хотел вернуть тебя, а ты нос воротила. Из-за грёбанного спора, ясное дело. Но… блядь… Если бы я не приехал к нему в то утро, он бы один погнал. Один бы помчал и расхерачился бы на трассе всё равно. Ясно тебе?

– Значит, такая у вас дружба. В беде и радости. Если нажираться, так вместе. Если творить хрень какую-то, то вместе, да? – горько тяну я.

Если спорить, то вместе… Вертится на языке. Они ведь все в этом участвовали. И оправдания этому найти сложно.

– Да. Да, Алис. Вместе. И если девушку моего друга кто-то будет обижать, я полезу. Без вопросов полезу. Даже если она сама виновата.

– Что?!

Я будто получаю пощёчину. Думает… я провоцировала Дубова? Или что? Думает, я радовалась, что он меня зажимал и облизывал?

– Я не знаю, что здесь между вами с Дубовым происходит. Не моё дело. Идём. Куда ты? К Кириллу или в общагу?

Внутри меня много чего кипит сейчас, но я сдаюсь. Не вижу смысла спорить с Макаровым. Ехать к Кириллу… нет, не могу я его видеть. Не хочу, чтобы он тоже обвинял меня, что я сама виновата в приставаниях Тима.

– В общагу, – шепчу я и иду дальше.

А Артём тихой тенью плетётся рядом со мной.