Глава 19

Просыпаюсь и ощущаю, что во рту настолько все стянуто, что даже глотать сложно. Голова за время сна точно подверглась нападению маленьких человечков, которые теперь внутри обустраиваются: пилят, режут, стучат. Но самое странное - все мое существо пронзает пугающее чувство одиночества. С чего бы это?!

С трудом разлепляю склеившиеся ресницы и вижу, что я в кровати одна. Непривычно. Хочу позвать Диму, но понимаю: точно не в этот раз. Стараясь не делать резких движений, встаю и с удивлением замечаю на себе вчерашнее платье, а на пальце кольцо со слепящим камнем. Вспоминаю: вчера не отдала его, поскольку не хотела ни на минуту отпускать от себя Диму, и не сняла, чтобы не потерять. Снимаю, нахожу сумочку на тумбочке возле кровати и убираю украшение. От движений и наклонов состояние усугубляется. Жесть! Надо же, как я напилась! Меня точно это не красит.

Выхожу из комнаты и иду по коридору на кухню. Диму нахожу за столом перед кружкой уже не дымящегося кофе.

«Удивительно! Он не любит холодный», - проносится в голове. Но я не в состоянии отслеживать причинно-следственные связи и отбрасываю не слишком значимый вопрос.

Обняв за плечи любимого парня, хриплю:

- Привет.

Целую в щеку, не желая выдыхать на него перегар, и добираюсь до воды.

Ох, как же хорошо! Моя засуха залита пол-литрами холодного наслаждения, и я наконец способна разговаривать.

- Почему не спишь?

Сажусь напротив.

- Выспался.

Смотрю на него: мрачный, натянутый. Я вчера вела себя настолько непотребно?! Захожу с другой стороны.

- Почему такой серьезный?

- Хочу сказать то, что тебе не понравится.

Перестаю дышать и зависаю в глазах Димы. Еще не зная, что он мне скажет, я предчувствую катастрофу. Вижу ее в его взгляде и ощущаю во внезапно отяжелевшем воздухе, который становится сложно вдохнуть.

- Нам надо расстаться.

Нервно моргаю. Черт! Я ничего не понимаю. Пытаюсь перебрать в тяжелой гудящей голове все, что было вчера. Это из-за кольца?! Или из-за работы?! Гадать нет желания и сил, и я спрашиваю напрямую:

- Почему?! Я что-то вчера сделала?! Ты сердишься?!

- Уже нет.

Он грустно улыбается, а я пытаюсь просочиться внутрь непроницаемых глаз и разобрать все, что он скрывает, но бьюсь об их ледяную защиту, закрывающую его душу от меня.

Наши отношения все равно обречены.

Происходящее уже совсем не похоже на шутку, и я испуганно выдыхаю:

- Неправда!

Но парень не слышит или не слушает меня.

- Ничем хорошим они не закончатся - мы слишком разные. У нас мало точек соприкосновения, много острых углов. Любовь надорвется и не выдержит.

- Подожди!..

Нет, это какой-то абсурд! Он не может так думать! Дима любит меня! Черт, почему такая тяжелая голова и мысли перемещаются в ней словно сонные черепахи?! Я не успеваю воспринять сказанное, возразить, как он произносит уже другую фразу.

- Сначала Милана указала мне мое место, потом то же самое тебе говорила твоя мать. Тогда я поддался эмоциям и не послушал голос разума. А вчера все встало на свои места. Я словно прозрел и перестал себя обманывать. Помнишь про параллельные?!

Мне определенно не нравится ход его мыслей, не нравится обреченность, которую улавливаю в его голосе, но я растерянно молчу, пытаясь собрать себя по крупицам, на которые распалась после его фразы «нам надо расстаться», и позволяю ему продолжать:

- Мы так и остались ими. Твой мир и мой никогда не станет единым целым! Ты никогда не спустишься ко мне, я не поднимусь к тебе.

- Спущусь! - горячо восклицаю я, словно отыскала компромисс в нашей внезапно обострившейся ситуации.

- Ты же понимаешь, что нет. Не обманывай хотя бы саму себя.

- Спущусь! - упрямо повторяю и плавлю лед его глаз своим горячим взглядом в надежде, что он поддастся и растает.

Вздыхает. Запускает руки в волосы, снова находит мои глаза.

- Сколько стоит твое платье?

Я хлопаю ресницами, не понимая, зачем он об этом спрашивает, а Дима, не дожидаясь ответа, продолжает:

- Я не смогу покупать тебе ничего подобного.

- У меня много вещей!

- И сколько ты их будешь носить?! Всю жизнь?! Не захочешь купить что-то

новое?!

- У меня достаточно денег на карте! - отчаянно обороняюсь я.

- То есть ты будешь жить со мной, но содержать тебя будет отец?! Ты же понимаешь - это ненормально?!

- Я выпросила у отца устроить тебя к нему на работу! - вспомнив радостно восклицаю я. - Он обещал платить приличную зарплату.

- Я не могу так! Не хочу... выпрошенную работу, - металическим голосом говорит он и добавляяет более эмоционально. - Как ты не понимаешь - это унижает!

Молчу.

- Я ничего не могу дать такой девушке, как ты?!

- Любовь! - кидаю в лицо свой единственный козырь.

Новая грустная улыбка в ответ.

- Рай в шалаше придумали фантазеры.

- Неправда!

Он горько усмехается.

- Счастье в шалаше возможно лишь, если эти двое, кроме шалаша, ничего не видели. Тогда да, они к своему скудному существованию добавляют чувство, которое будет все скрашивать. В нашем случае ты хочешь поменять свою яркую жизнь на блеклую раскраску.

- Мы вместе раскрасим нашу жизнь!

Качает головой.

- Даже самая большая любовь разобьется о камни действительности. Ты устанешь, тебе все наскучит, и ты уйдешь. Я не хочу дожидаться агонии.

- Нет!

- Сейчас ты не слышишь меня, но когда успокоишься, подумаешь, то поймешь, что я прав.

- Нет! - практически кричу я и кидаюсь к парню.

Дима встает, не давая мне сесть к нему на колени, убирает с себя мои руки.

- Не будь избалованным ребенком. Принцесса и нищий могут быть вместе только в сказке, - сухо произносит он и, не глядя, уходит.

«Нет! Он передумает! Обязательно. Дима сказал все это сгоряча. Надо дать ему время!» - повторяю, как мантру. Она помогает не сломаться.

Я жду его до обеда, бесцельно слоняясь по квартире, потому что находиться на одном месте не могу, но он не появляется. Обижаюсь, психую и решаю поехать восстановиться в мамин салон. После массажа и Spa-процедур я чувствую себя лучше, да и похмелье отпускает.

Возвращаюсь в квартиру уже около трех и застаю Диму у шкафа с сумкой на полу. С бьющимся через раз сердцем задаю вопрос, стучащий в висках:

- Собираешься выставить меня за дверь?

Он поворачивается и смотрит так, что при тридцатиградусной температуре в помещении пробегает мороз по коже.

- Нет. Можешь оставаться сколько захочешь.

Наконец до меня доходит суть происходящего.

- Ты...

- Я уезжаю, - озвучивает он мои мысли, и я выдавливаю чужим голосом:

- Куда?!

- Друг отца давно звал поступать в магистратуру в Москве. Он просит помочь с модернизацией фирмы.

- А я?..

Глотаю слезы, которые, несмотря на все старания, все-таки хлынули из глаз.

Он медленно подходит ко мне, пронзает взглядом, отчего сердце пытается взломать ребра и выскочить ему навстречу, проводит костяшками пальцев по щеке, стирая слезы... Мне кажется, вот-вот - и он, как обычно, по-хозяйски сгребет меня и скажет: «Прекрати реветь, как я смогу от тебя уехать!», но вместо этого Дима произносит:

- Будь счастлива!

Его рука разрывает прикосновение, он отходит, хватает сумку и, даже не застегивая молнию, проносится в коридор.

- Проваливай! - ору я ему вслед. - Я обязательно буду счастлива! Обязательно!

Даже крича проклятья в пустоту, где уже простыл след Димы, я все еще не могу поверить, что то, что произошло, случилось на самом деле. Нет, это какой-то дурной сон! Он сказал все, чтобы позлить меня за вчерашнее. Дима не может по-настоящему уехать!

Но, к сожалению, это произошло на самом деле. Он продемонстрировал мне, что я не центр его вселенной. Наверно, у меня не получилось влюбить парня. Разве бы иначе он бросил?! Судьба посмеялась надо мной и поменяла нас местами.

Говорят, вся наша жизнь - игра... Что ж, эта моя игра проиграна - game over...