Глава 17. Влюбишься!

Стягиваю с себя его рубашку, попутно обнюхивая её как маньячка.

Проклятье! Надо запретить ему пользоваться этим парфюмом! Это же вынос мозга, экстаз всех обонятельных рецепторов… Если я начну урчать вслух от удовольствия, меня в дурку сразу сдадут или повременят?

Медленной, наглой походкой этот мачо направляется ко мне. Со всех сторон доносится визг его новых фанаток. А я едва соображаю и всеми силами приказываю себе не пялиться на него так же, как эти идиотки.

Я сильней. Хренушки. Не покажу ему, насколько круто было это зрелище. У него итак корона небеса задевает, а будет ещё хуже.

Самовлюблённый болван!

Только открываю рот, чтобы возмутиться его выходке, как он вдруг укладывает руки на мою талию и вжимает меня в свой обалденный пресс. Ммм… Чёрт возьми, не поддаваться. Ни в коем случае не реагировать.

Маша, Маша, ну от чего ты отказываешься? Это были бы краткосрочные, но какие же яркие отношения. Жаркие, уж точно. Тут сомневаться не приходится.

– Вот и ты получила свой трофей, киса, – заявляет с усмешкой мой личный демон-искуситель.

– Пфф, – фыркаю недовольно и закатываю глаза. – Какое счастье.

Пытаюсь от него отстраниться, и сама понимаю, как жалко это выглядит. Вместо того, чтобы твёрдо упираться ладонями в его плечи и увеличивать расстояние, я чувствую, как подрагивает моя рука.

Увы, двумя сопротивляться вообще не вариант. Во второй руке зажата его рубашка, а под мышкой мой поднос, который нужно было нести на кухню, но вместо этого я тут стриптиз стояла и смотрела.

А ещё… чёрт. Его горячее тело под моей кожей… Невольно сводит меня с ума. Хочется переместить ладонь выше на его сильную шею, а потом коснуться русых прядей и пропустить их через пальцы…

Конец. Я желаю своего соседа. Наглого, вредного мажора. И, кажется, не только желаю. Он мне, блин, нравится! В самом худшем смысле этого слова. И это проблема. Большая, невероятно большая, глупая проблема.

– Может поиграем ещё в эту игру? – ухмыляется он.

– Ещё? – заторможенно переспрашиваю, гипнотизируя его губы.

Моя грудь упирается в его. Всё очень неприлично топорщится от его близости, и я уверена, что он чувствует. Опять будет говорить о том, что я неровно к нему дышу и поэтому так реагирую.

Даже если это так, нечего тыкать мне в это, как котёнка в лужу.

– Да, Маш… Ты что-то ещё снимешь, а я… тоже…

Его голос становится таким магнетическим, таким тянущим, что я просто наслаждаюсь его тембром, не вдумываясь в слова. Но потом мозг начинает анализировать. И услышанное ему не нравится. Очень не нравится!

– Хочешь получить мои трусики, извращенец? – рычу я.

А дальше начинаю его колотить в грудь, представляя перед собой грушу, а не прекрасное мужское тело, которое хочется вообще-то гладить, а не бить. Поглаживать, пощипывать, касаться губами и… языком…

Не отвлекаемся! Тут один наглец вообще-то снова всё в горизонтальную плоскость переводит. Нам этого не надо! Не надо, я сказала. Маша, слюни собери!

– Уф, какая разъярённая тигрица, – смеётся он на мои попытки избить его. – Я имел в виду, что дальше мы будем играть в эту игру наедине. Не надо коготки свои выпускать. Нам же обоим понравится.

– Ага, наедине! Господи! Да ты неисправим, Максим! У тебя все мысли только о том, чтобы затащить меня в свою постель! – возмущаюсь я.

Останавливаюсь перевести дыхание. В голову пролазит вполне разумная мысль позвать охрану. Во-первых, он теперь в неприличном виде тут расхаживает, не положено, а во-вторых, мне пора работать, а не зажиматься с красавчиком, который произвёл такой фурор, что на него до сих пор все пялятся.

– Не скрою, об этом я много думаю, но я прошу ведь о свидании. Я готов ждать.

– Не верю я тебе. На первой же встрече полезешь ко мне!

– С поцелуем – да. Не больше. Могу поклясться.

Я недоверчиво смотрю на него, а потом хочу ударить уже себя. Я не буду раздумывать о его предложении. Передо мной наглый, беспринципный мажор! Что стоит ему сказать на свидании: «забирайся на меня, скошу тебе весь долг». Ну или: «вставай на колени, киса, и забудем о деньгах». Брр…

– Нет! Никогда этого не будет! Никаких свиданий! Найди себе другую цель, котик, – ворчу я и снова пытаюсь оттолкнуться от него.

– Маша, Маша… И чего ты всё время противишься? Это случится. Непременно. Ты влюбишься в меня, соседушка, без вариантов, – насмешливо тянет он.

У меня возмущение в горле застывает. И я молчу. Смотрю в его серо-голубые омуты и внутренне вся закипаю. Потому что в такого не влюбиться сложно. И он, зараза, всё понимает. Ему достаточно вон… раздеться.

– Никогда этого не будет, – выдыхаю я и для достоверности качаю головой из стороны в сторону.

Пытаюсь убедить его. Или себя. Не поддаваться на его уловки, не таять как мороженко, не вестись как последняя дурочка.

– Вот увидишь, – шепчет он, приближая моё лицо к своему. – Ты уже этого хочешь. Твоё тело говорит мне «да».

С этими словами он будто бы невзначай опускает руки ниже с талии на ягодицы и впечатывает меня в себя сильнее. Низом живота осознаю, что он возбуждён. А ещё он вдруг наклоняется и скользит языком по мочке моего уха.

Аххх. Чёрт.

Из груди вырывается что-то похожее на жалкий всхлип. Предательские реакции чёртова организма. Как он может не слушаться свою хозяйку? А ну быстро перестань раскисать от его манипуляций!

Я прихожу в себя, когда из подмышки выскальзывает поднос и улетает прямиком на пол. Хорошо, что хотя бы пустой. Иначе бы штрафа не избежать.

Максим тоже отвлекается от жаркого изучения моего уха и шеи, переводит взгляд вниз на пол. И наконец-то мне удаётся выскользнуть из его объятий.

Я со всех ног бегу в сторону кухни, позабыв о подносе, прижимая к груди его вкусно пахнущую рубашку.

Останавливаюсь возле коллеги, которая, кажется, наблюдала за стриптизом и за моим побегом. И вообще…

– Светка, помоги! Я там поднос… и… ну в общем… – запыхавшись выдаю, пытаясь связать речь во что-то адекватное.

– Я подниму твой поднос. Но… вот это красавчик! – тянет Света и облизывает губы. – Ты на него виды не имеешь же, да?

Бросает на меня взгляд с надеждой.

– Не имею, – выдаю мгновенно.

А внутри, конечно, капец происходит. Дикая, уничтожающая ревность от мысли, что Лене удастся его охмурить. Ну а почему бы и нет? Она девушка яркая. Симпатичная. Да ещё и не против. Максим же не откажется, если к нему в руки прыгнет такая красотка.

– Я бы с таким замутила. Чёрт. Ну почему мы на работе, а? О! Дам ему свой телефончик.

Света расплывается в улыбке, и уже записывает на листке в блокнот свой номер. Отрывает его и складывает в четыре раза. Томной походкой, покачивая бёдрами направляется к Максиму, застывшему с подносом в руках. Сосед смотрит на меня, а на него смотрит добрая сотня девчонок.

Блин. Ну зачем… зачем я заставила его играть в эту тупую игру? Зачем ляпнула, чтобы он тоже раздевался?

У меня в груди растёт новое иррациональное чувство. Прикрыть, блин, его ото всех. Чтобы не смотрели на него так, будто он добыча. Потому что… не надо вот так. Потому что он кот, а не добыча. Он сам кого угодно поймает. Даже ту, кто так отчаянно пытается уговорить себя не делать глупостей.