Глава 14

Арабелль

Гевин схватив меня за руку, выкручивает её, и я вскрикиваю от боли.

— Твой чёртов дружок-фрик едва не убил меня

— Отпусти!

—Не-е-т, — Гевин тащит меня по тропинке к поляне.

Где же Таддеус? Неужели с ним что-то случилось?

— Куда ты меня ведёшь? — оглядываюсь назад, надеясь увидеть Таддеуса.

Гевин молчит, продолжая тащить меня по тропинке. Я же стараюсь сопротивляться, но силы не равны.

— Перестань! — рявкает он и, смерив меня безумным взглядом, сильнее стискивает мою руку.

— Отстань от меня. Ты не можешь заставить меня пойти с тобой.

Он, ухмыльнувшись, пристально смотрит на меня, но не отпускает.

А у меня от его взгляда и самоуверенной ухмылки пересыхает во рту.

— Что ты с ним сделал?                                               

— Мои друзья позаботились о нём, — скалится он.

— Нет!

Я изо всех сил пытаюсь освободиться, но он, продолжая скалиться, крепче стискивает мою руку.

Боже, помоги мне выбраться. Мне нужно вернуться и посмотреть, что случилось. Неужели эти отморозки  всё ещё избивают Таддеуса? Или… или может они и вовсе его убили?!

Страх за жизнь Таддеуса подстёгивает меня. Я дёргаю руку, не замечая пронзительной боли. И о чудо, Гевин ослабляет хватку и мне удаётся вырваться. Не мешкая ни секунды, разворачиваюсь, чтобы бежать к утёсу, но спотыкаюсь о камень и, подвернув лодыжку, падаю.

Гевин вновь хватает меня за руку и дёргает, пытаясь поднять.

— Вставай! — рявкает он, а я не могу. Ногу простреливает адская боль. 

— Отпусти! Отпусти! — кричу в отчаянии.

Вдруг из-за деревьев рядом с нами появляется Таддеус. 

Струйка крови стекает по его лицу из глубокого пореза на лбу. Его взгляд мечет молнии, и он бросается на Гевина.

Тот отпускает мою руку, и я отползаю назад.

Таддеус бьёт Гевина кулаком в лицо и тот падает без сознания.

— Ты в порядке? — Таддеус подходит ко мне и присаживается на корточки.

— Да. Наверное. Что случилось? — я дотрагиваюсь до его лба. — Ты сильно ранен?

— Всё нормально, — он нежно касается моей лодыжки, и я вздрагиваю.  — По-моему, она сломана, — он подхватывает меня на руки и несёт по тропинке.

— А… с ними что? — не могу не задать этот вопрос.

— Живы, — просто отвечает Таддеус и замолкает.

Я крепче обнимаю его за шею и прислоняю голову ему на грудь.

— Спасибо тебе… За то, что пришёл за мной.

Он молчит, но оглянувшись через плечо, ускоряет шаг.

— Что?

— Один из них идёт за нами.

Я закрываю глаза. Боже, этого не может быть. Я никогда не думала, что Гевин и его дружки способны на что-то настолько ужасное. Мне даже не хочется думать о том, что могло бы случиться, если бы Таддеус не вытащил меня из лап Гевина.

Мы добираемся до поляны, и Таддеус  осторожно сажает меня на сиденье мотоцикла. Тут же из леса выскакивает один из отморозков и бросается к нам, но Таддеус сбивает его с ног мощным ударом кулака. Раздаётся тошнотворный треск от того, что голова нападавшего при падении ударяется о бревно.

Выругавшись, Таддеус бросается к нему.

— Что ты делаешь?

— Я не хотел, чтобы он ударился головой, — Таддеус опускается перед нападавшим на колени и кладёт ему руку на лоб.

На несколько секунд боль отражается на лице Таддеуса, но он, стиснув зубы, терпит её. 

— Нам нужно уходить. Сейчас. Кто-то ещё идёт, — вскакивает он.

Он перекидывает ногу через сиденье мотоцикла, и я обнимаю его за талию. Таддеус заводит мотор и срывается с места.

Мы не успеваем выехать на дорогу, как замечаем Гевина, выбегающего на поляну. Его глаза полны бешенства.

Вздрогнув, прижимаюсь к спине Таддеуса.

Что-то подсказывает мне, что Гевин не оставит нас в покое и Таддеус в опасности. И всё из-за меня.

***

Таддеус

Я мчусь по шоссе, стараясь игнорировать пульсирующую боль в голове и сломанные рёбра. Я должен был доставить Арабелль к её квартире, но теперь там опасно. Придётся держать её подальше от напавших на нас отморозков. Мало того что они хотели избить меня до полусмерти, их планы по отношению к Арабелль были ещё хуже.

Чёрт, как же я мог быть таким беспечным? За столько лет я никогда не терял бдительность. Никому не позволял выследить себя. А тут отвлёкся и не услышал машины, следовавшей за нами.

Это я виноват, что Арабелль пострадала. Теперь мне надо отвадить от неё отморозков и навсегда вычеркнуть из своей жизни. Так будет безопасней для неё. 

Убедившись, что за нами нет «хвоста», я держу путь к дому.

***

Арабелль глубоко вздыхает, когда я осторожно снимаю с её ноги сапог. Боль отражается на её лице и в глазах застывают непролитые слёзы.

— Почему ты не даёшь мне исцелить тебя?

— Потому что… тогда… у тебя будет сломана лодыжка, — и, стиснув зубы, стараясь стерпеть боль, Арабелль откидывается на спинку дивана, позволяя мне осмотреть её распухшую ногу.

— Я исцеляюсь быстрее, чем ты.

— Но ты больше не заслуживаешь боли!

Не став с нею спорить, делаю так, как она хочет.

— Я принесу немного льда.

— Спасибо.

***

Я возвращаюсь с кухни с замороженным горошком, завёрнутым в полотенце.

— Может быть, когда опухоль спадёт, мы сможем перекусить, — улыбается мне Арабелль

— Ты смеёшься надо мной?! — пытаюсь быть суровым.

— Пожалуйста, не злись, — она жестом приглашает меня присесть рядом.

Вздохнув, я присоединяюсь к ней.

— Всё в порядке.

Несколько минут мы просто сидим молча.

— Ты не можешь вернуться в свою квартиру. Ты ведь это понимаешь, да?

Она пристально смотрит  на меня.

— А если я получу судебный запрет?

— Клочок бумаги? Думаешь, это его остановит?!

— Если он приблизится ко мне, его арестуют.

— А если он подойдёт ко мне?

***

Арабелль

Таддеус прав. Мы не можем связывать его с полицией. И Гевин, вполне, может убить его, если с дружками появится в моей квартире.

— Ладно. Мы не можем вернуться в мою квартиру, но что нам делать?

Таддеус  нежно берёт меня  за руку.

— Здесь ты будешь в безопасности, пока мы что-нибудь не придумаем.

Я смотрю ему в глаза. Моё сердце бешено колотиться, но не от  страха перед Гевином. Тепло руки Таддеуса посылает по мне электрические разряды, согревающее всё тело. Я хочу протянуть руку и коснуться его лица, но знаю, что он отступит от меня, если это сделаю.

— Знаю, — бормочу и закрываю глаза.

Мне вдруг очень захотелось спать.

— Ты отдыхай. А я пойду, приготовлю нам обед.

Он отпускает мою руку и встаёт. А я, открыв глаза, смотрю, как мужчина выходит из комнаты.

Он что, хромает?

Я перевожу взгляд на свою ногу. Так и есть. Он вновь исцелил меня.

— Тед! — вскакиваю с дивана и иду вслед за ним на кухню. — Зачем ты это сделал? Я же просила тебя не исцелять меня.

Он поворачивается ко мне.

— Прости. Просто так получилось.

Я не могу злиться на него за это. Он целитель.

Не в силах сдерживать себя, подхожу к Таддеусу и обнимаю его. Он молчит и… крепко обнимает меня в ответ.