Глава 35

"Сканировать. Анализировать. Реагировать".

Это касается не только футбола.

Сначала наблюдение, за ним – анализ и только после – атака.

И сейчас я как раз на первом этапе.

На часах уже два ночи, а я залипаю на видеохостинге, просматривая все интервью именитого врача.

Их много.

Оказывается, Владлена очень популярна в медицинских кругах.

Прием за баснословную цену , интервью у топовых блогеров по вопросам здоровья. Даже визиты на федеральные каналы в известные утренние шоу.

Репутация у неё весьма солидная.

И везде этот "уважаемый" врач высказывает свое экспертное мнение по вопросам женского здоровья .

Прямо-таки гуру.

Но ведь бывает так, что ты смотришь на человека и видишь, сука , его лицемерие?

Просто видишь.

Отвлекаюсь от очередного видео и гашу экран, когда слышу, как Вера топает ногами по лестнице.

Спустя пару секунд она уже заходит в кухню, сонно щурясь от яркого света.

– А я за водичкой… – бормочет хрипло.

Псих угрюмо и так же сонно шагает вместе с ней, моргая и недовольно оглядываясь по сторонам.

Будто сторожит её.

Угрозу вокруг ищет.

Пару дней назад у нашего кота началось какое-то непонятное расстройство. Теперь он постоянно ходит за Верой, как её личный телохранитель, и ко всему, что встречается на её пути, начиная со стульев и заканчивая мной, – относится крайне предвзято.

Шлеп-шлеп-шлеп по полу…

Опускаю взгляд на её ноги.

Снова босая!

– Я что говорил про тапки? – психую, хватая её за талию и усаживая на стол.

У нас тут кафель вообще-то.

Холодно!

Но мадам лишь игриво качает ножками, с сонной улыбкой глядя мне в глаза.

– Я просто опять их потеряла…

– А что вообще за привычка такая, оставлять их где попало… – беззлобно ворчу я.– Ноги у женщины должны быть в тепле! Слышала?

Вера прыскает со смеху.

– А че ты смеешься-то? Это аксиома.

– Просто это самое романтичное, что можно от тебя услышать… – весело признается она.

Усмехаюсь, вмиг теряя весь свой ворчливый настрой.

Нравится мне такая хохотушка…

– А хочешь, мадам, – эротично понижаю голос. – Я тебе еще и лекцию о шапках прочитаю…

– Ммм… И о колготках с начесом ?

– О да…

Теперь уже Вера заливисто хохочет.

А Псих, на удивление, даже не пугается.

Сейчас он, как строгий родитель, хмуро наблюдает за нами со стороны . И его подратый хвост, словно хлыст, предупреждающе рассекает воздух.

Но предупреждает он, конечно, только меня.

Ведь, если что, когтями будет драть именно мою кожу.

Вера для нас обоих неприкосновенна. Прямо как священное божество.

И, жадно вслушиваясь в её смех, я уже смотрю на неё, как язычник на своего главного идола.

Красивая…

Очень.

Но, стоит ей заметить мой внимательный взгляд, и смех постепенно гаснет, сменяясь теплой улыбкой.

Её ладонь касается моего лица.

Мгновение…

И мы притягиваемся друг к другу, словно два магнита с разными полюсами.

Прикрыв глаза, я с каким-то нереальным наслаждением касаюсь губами её губ.

Мягких и таких податливых…

Ритмично потираясь об нее, с чувством трахаю её рот языком. У меня в груди будто поселилась черная дыра, и ей теперь все мало…

Мало!

И Вера, будто желая усмирить эту бездну – сама охотно становится её жертвой.

– Хочу… – шепчет, обхватывая меня своими стройными ногами . – Пожалуйста…

Зарывается пальцами в мои волосы. Целует, потираясь о мой напряженный пах.

Требует продолжения…

Блядь, но вот Псих с глазами очумевшего интеллигента, здесь совсем не к месту!

Задрал…

– В душ – хрипло командую я.

Впиваюсь пальцами в её упругие ягодицы. Переношу свою драгоценность в ванную комнату.

Но до душа мы, конечно, не доходим.

Нас обоих уже несет.

И, бросив свою рубашку под ноги, на чертов кафель, я нетерпеливо прижимаю Веру к стене.

Вдавливаюсь членом во влажные складочки… И, не выдержав, сразу дергаю бедрами, врезаясь до упора.

Черт…

Это слишком… Слишком, мать твою, хорошо!

Кусаю её за плечо. Снова, но уже болезненно впиваюсь пальцами в бедра.

– Да…Да…Да – порочно выгибается моя мадам. – М-м-м…

И эти стоны окончательно срывают все мои тормоза.

Я наращиваю темп.

Оставляю на ней отметины. Пальцев, губ, зубов… Пока мой член, как поршень, таранит сладкое-сладкое тело.

И мне снова мало!

Даже когда она всецело моя, даже когда мы оба кончаем и прижимаемся друг к другу, пытаясь перевести дыхание.

Наверное, у меня едет крыша. Все жизненные ориентиры сбиты к чертям, мой компас сломался и проклятая стрелка указывает лишь на неё.

На Веру.

Мне физически больно от мысли, что я могу её потерять.

Не желая от неё отрываться, я заношу её в душ. А потом – в спальню.

– Ложись со мной. Сейчас… М? – ласково просит, когда я укладываю её на кровать.

И в глаза мне снова тепло заглядывает.

Блядь, я тут сейчас расправлюсь от этих её проникновенных взглядов!

– Свет везде вырублю и приду…

Целую Веру в лоб, замечая, как она грациозно, словно кошка, вытягивается мне навстречу, будто желая продлить этот поцелуй.

– Хорошо, любимый… – шепчет покорно.

Зависаю.

– И… – указываю на дверь. – Я там это.. Еще пойду, тапки твои поищу , чтоб утром ногами по полу не шлепала.

– Ну конечно… Куда ж я без тапочек… – ехидно соглашается.

Но, когда, спустя пару минут, я возвращаюсь в комнату и бросаю тапки вниз, Вера уже сладко сопит, закрыв глаза.

А , Псих, собака, уже снова ошивается рядом с ней .

Точнее, не то, чтобы даже рядом…

Он бессовестно лежит прямо на её животе и громко урчит на всю спальню.

Пытаюсь аккуратно его переместить.

Это вообще-то моя территория…

Но теперь пушистый гад непреклонен. И, не желая покидать уютное место, шипит и бьет меня лапой по руке, как только я пытаюсь спихнуть его прочь.

Сейчас я бы, может, и стащил его силой, но он у нас по натуре скандалист.

Еще устроит тут истерику…

А Вера, вообще-то, спит!

Ловеласина хренов…