Глава 18.1

Крис купил дом. Мы с Нелли дара речи лишились, когда экипаж остановился около красивого особняка, и Крис сообщил, что это наша собственность. Да-да, не его личная, а общая.

Когда-то у дедушки был дом в столице, но он его продал. Не знаю, почему – то ли не хотел содержать пустующее здание, то ли из-за воспоминаний, ведь там вырос наш отец. Мы даже не представляем, где находится тот дом и как он выглядит. Может быть, поэтому дедушка его и продал? Освободил нас от прошлого, дал возможность обустроить свое гнездо.

- Я подумал, что во дворце хорошо, а дома лучше, - сказал Крис, определенно наслаждаясь нашим изумлением и радостью. – Вы обе выходите замуж за Альтерри, и опекать вас будут мужья. Я желаю вам счастья, принцы – хорошие ребята. И все же так мне спокойнее. Да и я остановлюсь тут, а не во дворце, когда приеду вас навестить.

Мы с Нелли не стали говорить брату, что ближайший год проведем не в столице. Терриан наказания не отменял. Но зачем портить праздник? Скажем позже. Думаю, Крис и о своих интересах не забыл, то есть об Оляне.

И когда он успел? Видимо, это «игра в бильярд». Нам говорил, что к друзьям едет, а сам занимался домом. Крис и ремонт успел сделать, и слуг нанять.

Особняк небольшой, в два этажа, с небольшим садом. Улица тихая, вдали от центра и городской суеты. Для прислуги – отдельный флигелек, позади дома. Первый этаж занял Крис, вернее, правое крыло, а в левом – общие комнаты: столовая, гостиная. Второй этаж – мой и Нелли. Комнаты пустые, мебель мы выберем сами.

Праздник удался, несмотря на то, что пришлось рассказать Крису о наших с Ларсом проблемах. О семейных тайнах Альтерри мы с Нелли, само собой, умолчали. Неприятно, конечно, что у нас появились секреты от Криса, но что-то подсказывало мне – это ненадолго.

Мы долго сидели у камина, разговаривали и пили фруктовое вино. О Ларсе забыть не получалось, да я и не хотела. Когда закончится это чудовищное испытание? Почему Терриан уверен, что оно не пожизненное, как у него? На каком расстоянии друг от друга мы с Ларсом в безопасности? А ему тоже плохо в моем присутствии? Вопросы, вопросы…

На ночь мы все же вернулись во дворец. Крис хотел, чтобы и кровати мы с Нелли сами выбрали, так что спать в новом доме нам с ней пока не на чем. И вещей там тоже нет.

Лаки, которую я взяла с собой, весь вечер дремала у камина, перед этим вдоволь набегавшись по комнатам. А во дворце проснулась и заявила, что проголодалась. Пока мы ждали ее ужин, я спросила, что мне делать. Не всерьез, конечно, но советы Лаки всегда мне помогали.

«Любить, - ответила малышка. – Мне кажется, вы с Ларсом должны стать ближе, чтобы быть вместе».

Ничего себе задачка! Как нам стать ближе, когда мы в одной комнате не можем находиться?

- А имя Змея не знаешь? – поинтересовалась я.

«Я – нет. Драконы могут знать. Даррен, например».

Хм-м… Действительно, навещу завтра Даррена.

В спальне я обнаружила весточку от Ларса. И как сама не сообразила, что можно обмениваться письмами? Ох, чую у слуг в ближайшие дни прибавиться работы!

Я волновалась, распечатывая конверт, и чуть надорвала листок. И усталость, и сонливость исчезли, как будто их и не было. Но, прочитав письмо, с трудом сдержала слезы: Лаки пожалела, она только уснула после плотного ужина.

Ларс писал, что находиться рядом и не сметь прикоснуться – слишком жестокое наказание. Просил прощения, что сходит с ума от любви ко мне и поэтому уезжает – не просто из дворца, а вообще из столицы. Он подробно описал пять резиденций, где мы могли бы поселиться на время изгнания, и предложил мне выбрать одну из них.

«Я поеду туда с осмотром, отдам распоряжения. Нужно подготовить дом к переезду. Осенью ты отправишься учиться, но до этого времени будешь жить со мной. Если все образуется, конечно. Я очень на это надеюсь. Поэтому напиши, чего бы ты хотела? Я учту любое твое пожелание.

Я вернусь к свадьбе. Люблю тебя, моя малышка Милли. Это навсегда. Не забывай, не поддавайся. Я в тебя верю. Нежно целую. Твой Л.»

Какой тут сон?! Я на цыпочках вышла из спальни, чтобы не разбудить Лаки, и устроилась в гостиной, перенеся туда письменные принадлежности. В гостиной я чувствовала себя ближе к Ларсу, тут стояли подаренные им цветы.

Меня опять душили слезы. Первый листок я закапала ими, так ничего и не написав. Второй, с эгоистическим «Мне все равно, какой дом ты выберешь», отправился в мусорную корзину вслед за пустым первым. Мысли метались между «Он меня бросает» до «Он делает это ради меня». К счастью, здравый смысл побеждал. Я перечитывала письмо Ларса, и последние строки помогали мне не поддаваться сомнениям.

«Я доверяю выбор тебе, - написала я в итоге. – Ты меня чувствуешь, поэтому выберешь место, которое понравится нам обоим. И пожелание у меня одно, чтобы ты был рядом».

Наверное, глупо и пафосно, но именно это я и ощущала – безграничное доверие и любовь. Это же любовь, когда сердце рвется в клочья от одной мысли, что Ларс уезжает? До свадьбы полтора месяца! Я же умру тут без него!

Так зачем откладывать?

Я давно знаю, где находится спальня Ларса. Отбор закончился, я могу ходить где хочу и когда хочу. Наверное, Ларс ждет ответ утром, сейчас мне некого к нему послать, Мари ушла спать. Во дворце тихо и темно, слуги не бегают по коридорам. Отнесу письмо сама. Хочу увидеть Ларса, чего бы мне это не стоило.

На мне только ночная сорочка, и это нисколько не смущает. Ларс видел меня голой, в бассейне, а в сорочке носил на плече. Было бы чего стесняться!

Говорят, дуракам везет? Я добралась до покоев Ларса без приключений. Поскреблась в запертую дверь, переминаясь с ноги на ногу. Опять босиком, вот же ирония судьбы! Не надеялась на чудо, ведь наверняка же Ларс спит, но дверь открылась.

- Милли? – выдохнул Ларс. Изумление, радость… Но он быстро опомнился, я и сказать ничего не успела. – Уходи, немедленно!

Он попытался захлопнуть дверь, но я не дала. Втиснулась внутрь, тараторя, как ненормальная:

- Никуда я не уйду! Это все не сразу. Не сразу голова заболит. И вообще со мной все хорошо. Я хочу тебя видеть! Ларс, хоть пять минут. Я принесла тебе ответ. И вообще, пришла сюда умирать, потому что без тебя мне все равно не жить.

Он растерялся от моего напора, иначе выставил бы в два счета. Все еще мог выставить, он же сильнее. Только теперь я стояла, прижавшись к его обнаженной груди и положив руки ему на плечи. О да, Ларс почти раздет. Брюки на месте, но тонкая рубашка расстегнута.

- Ла-а-арс… - простонала я. – Не гони меня.

- Милли, что ж ты творишь… - прошептал он, крепко меня обнимая. – Я же живой, малышка.

- Тебе тоже больно? – Я подняла голову, всматриваясь в его лицо в полутьме.

- Больно, потому что я причиняю тебе боль. Милли, уходи. Тебе нельзя…

- Не уезжай.

- Это решено.

- Пожалуйста.

- Это приказ отца.

- Ла-а-арс… - Я заплакала, прижимаясь к нему теснее. – Хочешь, я попрошу его…

- Нет, не нужно. Он и так от нас устал. Дэн тоже едет. Милли, как ты себя чувствуешь?

Голова уже начала болеть, но пока терпимо.

- Замечательно, - соврала я. – Я побуду у тебя? Немножко.

- Тебе нельзя.

- Плевать. – Я хотела пройти в комнату, но Ларс удерживал меня на месте. – Погоди… У тебя кто-то есть? Там?

Я отшатнулась и прижалась спиной к двери. Лицо Ларса исказила гримаса.

- Ты никогда мне не поверишь? – глухо прорычал он. – Даже теперь?

Он схватил меня за руку и повлек за собой в спальню.

- Смотри. Можешь под кроватью проверить. И в шкафах.

Я не стала проверять. Молча протянула ему свой листок с ответом и с любопытством осмотрелась. Кровать не смята, и легко догадаться, чем Ларс занимался, когда я пришла. На столе – лампа, листы бумаги, карандаши. Я подошла поближе и увидела рисунок, прикрепленный к небольшой дощечке. Это я? Даже не знаю, что потрясло меня больше, рисунок или тот факт, что Ларс – художник.

Головная боль нарастала, но я решила держаться до последнего. Глупо, да.

Рисунок был выполнен карандашом и не доделан, только и так ощущение, что я смотрюсь в зеркало. Хотя… нет, Ларс приукрасил действительность. Он видит меня такой? Как же это приятно! Да, пикантная деталь – он изобразил меня обнаженной.

- Милли, спасибо.

Я обернулась к Ларсу, вопросительно приподняв бровь.

- Прочитал твой ответ. Спасибо.

Я подарила ему улыбку.

- Ты… не сердишься?

- Мне приятно, Ларс. Если ты о рисунке. Не знала, что у тебя такой талант.

- Всего лишь увлечение, - поморщился он. – Милли, тебе пора. Я схожу с ума от того, что причиняю тебе боль. Пожалей меня, умоляю.

Лаки сказала, что мы должны стать ближе. Еще ближе, чем сейчас?

Я шагнула к Ларсу.

- Еще немножко, пожалуйста. Я страшная эгоистка…

Не знаю, откуда это взялось. Я не увлекалась романами, как Нелли. Только парочку и осилила. Я не видела, что происходит между мужчиной и женщиной, когда они остаются наедине. Теорию знала, конечно, но только о соитии. Никто не читал мне лекций об интимных ласках, и учебников таких я не видела. Кто подсказывал мне, как поступить? Наверняка, не древняя магия, устроившая нам такое испытание. Любовь? Любовь. Я ощущала их за спиной – два крыла, которыми можно было укрыть нас обоих.

Ларс ошалел, когда я положила руки ему на плечи, под рубашку, заставляя его раздеться. Когда я поцеловала его сосок, он застонал, запрокинув голову.

- Милли, остановись. Милли… умоляю…

Я поцеловала другой, провела ладонями по его широкой спине.

- Милли, ты пожалеешь… Я не смогу остановиться…

- Не пожалею.

Он впился в мои губы поцелуем, и на этот раз мне не было ни страшно, ни противно. Я целовалась так же неистово, как и он. Я прижималась к нему, и моя кожа горела от прикосновений, несмотря на ткань ночной сорочки.

- Милли… - выдохнул Ларс, оторвавшись от моих губ. – Ты должна уйти.

- Ты не сможешь меня выгнать, - заявила я. – Мне не становится хуже, наоборот. Голова почти прошла, так что… продолжай, пожалуйста.

И я не соврала, так и было.

Стать ближе… И откуда Лаки знала? Ох, эти хитрые драконы-тэй…

- Милли, как ты себя чувствуешь? – спросил Ларс много позже, когда мы, утомленные, лежали на его кровати, крепко обнявшись.

- Я чувствую себя счастливой.

- Я же о…

- Да поняла, поняла, - улыбнулась я, проводя пальцем по его руке – от локтя вверх и обратно. – Я же не в обмороке, верно? Значит, все замечательно.

Ларс счастливо выдохнул, зарываясь лицом в мои волосы, разметавшиеся по подушке.

- Все хорошо, да, Милли?

- За-ме-ча-тель-но. М-м-м… Если ты не разочарован, конечно.

- Я?! – Ларс дернулся от возмущения. – Издеваешься?

- Немножко, - призналась я. – И если ты еще раз упрекнешь меня в том, что я тебе не доверяю…

- Никогда.

- Никогда?

- Никогда.

- Я запом…

Ларс прервал меня поцелуем, а после встал, подобрал ночную сорочку и кинул ее мне.

- Пойдем, я провожу тебя. Сейчас оденусь.

- Не хочу уходить.

- Малышка, надо. Зачем тебе сплетни? Скоро встанут слуги.

- Хорошо, - вздохнула я.

Да, тут он прав. Мне нельзя компрометировать имя Лэррис.

Мы попрощались тепло, и я уснула, чувствуя себя счастливой и умиротворенной, впервые за долгое время. Видимо, усталость взяла свое, я спала до самого обеда. Потом долго принимала ванну, прихорашивалась. К Нелли заглянула, не надеясь застать ее в покоях. Однако она сидела в гостиной с вышиванием.

- Где Дэн, чего скучаешь одна? – спросила я после приветствий. (3303c)

- Да уехал же, - грустно ответила Нелли. – Вместе с Ларсом, по распоряжению императора. Разве ты не знаешь?

- Знаю… - пробормотала я. – Прости, запамятовала. Ларс мне писал…

Значит, уехал. После того, что вчера было. Любить – больно. Даже когда есть крылья.