Глава шестая · Изобличительная

Эх, как же сладко я спала ночью… Но выспаться мне не дали.

На грани слышимости еще сквозь сон я услышала, как кто-то меня тихонечко зовет. Чуть-чуть приоткрыв глаза, я огляделась. Реф спал крепко, да и судя по темноте в спальне, до рассвета еще было далеко.

— Кира, — опять раздалось знакомым голосом тихо-тихо из-за входной двери.

Кое-как отогнав сонливость, я сообразила, что голос уж точно принадлежит Аниль. Но что ей понадобилось среди ночи? И, похоже, это тайна какая-то, раз вот так вот едва слышно зовет меня одну, а не в дверь громогласно стучится.

Я осторожно, чтобы не разбудить Рефа, выбралась из его объятий. Быстро и бесшумно оделась в брюки и тунику, кое-как найдя вещи в темноте, и выскользнула за дверь.

В гостиничном коридоре и вправду топталась понурая Аниль. Причем, похоже, она спать еще даже не ложилась.

— Что случилось-то? — тут же спросила я на всякий случай шепотом.

— Да вот, — она вздохнула, — мучаюсь сомнениями. Ты извини, что тебя еще разбудила, просто мало ли…

— Мало ли что?

— Ну вдруг я не права…

— Аниль, расскажи ты все нормально, — я чуть не взвыла.

— Хорошо, хорошо. Только давай выйдем отсюда. Подальше вообще ото всех.

Мы покинули гостиницу через заднюю террасу. Здесь как раз была благоустроена площадка для отдыхающих с удобными скамейками в тени деревьев и видом на море. Естественно, в столь поздний час здесь никого не было.

К счастью, Аниль не стала долго ходить вокруг-да-около:

— Понимаешь, Кира, я же хотела как лучше… — пробормотала она чуть нервно. — Я же не думала, что так получится… В общем, перед прибытием сюда я Дарле в чай потихоньку зелье добавила… Кира, не смотри на меня так, пожалуйста, там зелье безобидное. Я у Грана взяла, у него же всегда с собой на всякий случай запас самых ходовых. Так вот, выбрала там такое, которое любого человека успокаивает, делает вежливым и мирным…

— Но зачем? — я все-таки не выдержала и перебила.

— Я ведь помочь хотела! — Аниль только что носом не захлюпала. — Подумала, что Дарла с ее характером непременно поссорится с родителями Бирогзанга, а они из-за этого в свою очередь свадьбу магически запретят. А у зелья все равно эффект временный, как раз бы успели пожениться…

— А сегодня вечером ты, значит, посмотрела на Дарлу и тебя начала мучить совесть? — мрачно уточнила я.

— Вроде того, — Аниль опустила глаза. — Но вот, — достала из кармана на платье темный запечатанный пузырек, — нужно как можно скорее Дарле это дать.

— А это что? — я помрачнела еще сильнее.

— Это тоже из зелий Грана, оно идет как противоядие к предыдущему зелью. Противозелье, так сказать. Просто я осторожно повыясняла про свойства того зелья… Оказывается, Дарла может такой до конца жизни остаться. Подобный вот побочный эффект проявляется при наличии некромантской магии.

— Ну ты даешь! — я чуть не взвыла, кое-как успокоилась. — Ну теперь хоть понятно, почему Дарла такая коматозная… А это противозелье точно поможет? Что Гран говорит?

— Ты что, он не знает! — Аниль даже головой замотала. — Я очень осторожно его расспросила про зелье, он даже и не догадался. Мы с тобой просто сейчас быстренько сходим к Дарле, дадим ей это спасительное зелье и все. Но ты ни в коем случае никому ничего не говори. И Рефу в том числе! А то он непременно расскажет Грану, а Гран на меня рассердится, — она даже всхлипнула.

Я тяжко вздохнула. Понятное дело, что все Граново «рассердится» выразилось бы лишь в легком укоряющем взгляде и просьбе «Любимая, больше так не делай». Но наша чересчур впечатлительная Аниль с некоторых пор стала еще впечатлительней. И сейчас смотрела на меня так, словно от моего решения зависела, как минимум, ее жизнь.

— Я не хочу врать Рефу, — возразила я. — Вообще ни в чем. Даже в ничтожных мелочах.

Аниль завсхлипывала сильнее, пролепетала:

— Но ты же и не будешь врать, просто вообще ничего не скажешь. Мы с тобой сейчас быстренько исправим мою досадную ошибку и забудем об этом, словно ничего и не было. Я бы и тебя тревожить не стала, но одна вряд ли справлюсь. Кира, ну пожалуйста, — и умоляющий взгляд, которому бы позавидовал бы даже кот из «Шрека». — Ты же понимаешь, мне нельзя нервничать, а сейчас я ужасно нервничаю.

Я чуть зубами не заскрипела, но все же сдалась:

— Ладно-ладно, никому я ничего не скажу, только не плачь. Пойдем скорее Дарлу спасать.

Идти пришлось пешком. Просто экипаж мы не нашли. Благодаря прогулке с Рефом я знала, что вполне можно добраться до особняка арт Детрвайер, следуя вдоль пляжа. Так мы с Аниль и сделали. По пути еще прихватив с собой Тавера.

Наш несчастно влюбленный артефактор как раз бродил у моря, сочиняя трагичные стихи, и был вполне не прочь составить нам компанию. Правда, ему тоже пришлось дать клятвенное обещание, что никому ничего не расскажет.

А я мысленно очень порадовалась. Все-таки переживала ведь за Тавера. Он как-то вскользь обмолвился, что даже стихи больше писать не может. И явно же из-за разбитого сердца. А теперь вот, похоже, начал потихоньку оживать.

Признаться, мы ведь с Дарлой одно время даже строили хитромудрые планы по налаживанию личной жизни Тавера и Мирабель, но Реф отговорил меня вмешиваться. Настойчиво сказал:

— Тавер сам справится, зря вы его недооцениваете. Если он любит по-настоящему, то не станет просто тоскливо вздыхать в стороне. Просто дайте ему время и очень прошу, не лезьте в их отношения. Сами во всем разберутся.

Но пока что-то все не разбирались. И все равно меня очень порадовало, что Тавер хоть за стихи снова взялся — значит, потихоньку приходит в себя. Правда, я даже не загадывала, будут ли они с Мирабель вместе. Но очень надеялась на их совместное счастье…

Ну а пока надо было спасать совместное счастье Дарлы и Бирогзанга. Еще по пути к особняку родителей некропупса обсудили, что будем делать. В такое время прийти якобы в гости было явно недопустимо. А до утра, по словам Аниль, тянуть — слишком рискованно, ведь противозелье уже не подействует. Оставался один вариант: тайно проникнуть в спальню Дарлы. Скорее всего, через окно.

Добравшись до особняка, мы тихонечко обошли его. Тавер безошибочно определил, где именно комната Дарлы, все-таки он прекрасно чувствовал уникальную магию.

К счастью, нужное нам окно оказалось открытым. К несчастью, располагалась спальня на третьем этаже. Но зато здесь хватало на стенах плюща и вроде бы вполне крепкого.

— Ну что ж, — Тавер взял у Аниль зелье, — я полез.

— Удачи, — шепотом пожелала я.

Но артефактор вдруг резко остановился.

— Слушайте, — осенило его, — это как-то… А вдруг меня заметят? И что тогда про Дарлу подумают, раз к ней ночью через окно парни всякие забираются?

— Ой, и правда, — Аниль перевела взгляд на меня.

— Ладно, давайте сюда, — я забрала у Тавера зелье.

Лазанье по плющу уж точно не относилось к моим выдающимся способностям. Благо, вился он на специальных подпорках с перекладинами, так что получалось, словно по лестнице карабкаюсь. Стараясь лишний раз не смотреть вниз, я худо-бедно достигла нужного окна и забралась в комнату.

Дарла спала, пришлось ее будить. Она даже никаких вопросов не задала. Я просто попросила выпить зелье, она тут же выпила и снова легла спать. Я, конечно, думала, она сразу станет как раньше, но, может, просто сейчас слишком сонная, ну или эффект противозелья уже утром проявится. И с чувством выполненного долга я снова выбралась на «плющевую лестницу».

Но тут в окне ниже загорелся свет. Я с перепугу дернулась в сторону и так неловко, что руки соскользнули… И загреметь бы мне с высоты третьего этажа, но ноги запутались в плюще. Так я и повисла головой вниз, раскачиваясь как маятник. Один раз даже мимо освещенного окна чуть не пролетела, едва успела затормозить о стену руками. Но зато заметила, кто же это там бодрствует.

Неспящими оказались две сестрицы Бирогзанга. Имя одной я не запомнила, а вторая — Фелитта, которая еще Рефу глазки строила. Из-за открытого окна я прекрасно слышала их разговор. И с первой же реплики заклокотала от злости.

— А ты уверена, что получится? Он все-таки женат, — скептически напомнила безымянная сестрица некропупса.

— Мелочи какие, — фыркнула Фелитта. — Я ему за ужином в вино незаметно зелье добавила. Ну ты же знаешь, я это умею. Так что проснется он утром и, едва свою жену увидит, тут же его накроет отвращение к ней до такой степени, что он точно с ней навсегда распрощается. Ну а я его быстро охмурю. Не могу же я упустить такого шикарного красавца. Тем более он из очень знатного рода.

— Ну да, мама говорила, что из арт Лиар…Лер…

— Лордейн, — подсказала Фелитта. — Арт Лордейн. Запомни уж, скоро и я буду этого рода.

Если сначала у меня и мелькали сомнения, мол, мало ли, о ком вообще речь, и чьему именно мужу во время какого-либо ужина эта лохудра зелье добавила, то теперь сомнений не осталось.

Честно, не держи меня так крепко плющ, я бы прямо сейчас забралась в комнату и основательно этой Фелитте объяснила, что она не права. Боевой магией бы объяснила. Но окончательно запутавшись в плюще, я могла лишь клокотать от злости и ждать, когда до меня доберется Тавер, сразу рванувший спасать.

Между тем, парочка сестриц продолжала вовсю обсуждать степень шикарности Рефа. Это услышал и как раз поднявшийся ко мне Тавер. Сразу же оценил мой лютый вид и едва слышно прошептал:

— Кира, даже не думай, ты же всех нас выдашь.

Едва не скрипя зубами, я кивнула. Тавер помог мне высвободиться из плюща. И надо было бы спускаться, но я жаждала хотя бы мелкой мести. Осторожно, чтобы уж точно не засекли, я тихонечко глянула в окно. Сестрицы по-прежнему были заняты разговором и в мою сторону не смотрели. И злая я прицельно швырнула в Фелитту довольно безобидным магическим сполохом. Шевелюра на затылке роковой красавицы тут же загорелась.

Честно, я такого эффекта не ожидала, но все равно ему позлорадствовала. Под аккомпанемент испуганных воплей сестриц некропупса мы с Тавером в мгновение ока спустились со стены и вместе с Аниль рванули прочь, пока нас никто не заметил.