Глава 3

Смотрела на дверь и боялась сделать шаг. У меня предчувствие, что если зайду туда, то вся моя жизнь изменится. Может, если останусь тут, всё будет как прежде? А если закрыть глаза? Может это вообще страшный сон. – Долго тебя ждать? – заломила бровь секретарша, и, сделав вдох, мне пришлось зайти в кабинет, где я попала под суровые взгляды. На меня смотрели мои родители, директор, заместитель директора, Аяз Даудович и, кажется, его родители. – Это и есть наша юная Саяра? – с прищуром уточнил директор. – Она. – кивнул с усмешкой Малик Абрамович. – Саяра, – голос папы напугал меня, и я опустила голову – О чём говорит Малик Абрамович? – Папа, дверь заклинило. Я не смогла открыть её. – прошептала в тишине. – Послушайте, здесь нет ни вины Омаровой, ни моей. – уверенно заявил учитель Аяз – Кто-то решил подшутить над нами и заперли спортзал. – А мне сказали, что вы сами заперли его. – ухмылка на лице Малика Абрамовича заставляла дрожать – Тем более я сам видел ключ у вас в руках, когда открыл дверь. – Я взял ключ из кабинета и собирался открыть дверь. – с нажимом ответил учитель. – Почему тогда не открыли? – Может, потому что вы открыли на несколько секунд раньше меня? – Ну да, ну да. – кивнул Малик Абрамович и перевёл взгляд на наших родителей. – Вы же понимаете, что это непростая ситуация? – Понимаем. – суровый баритон предположительно отца Аяза Даудовича, заставил сжаться и сделать шаг назад. – Ты меня боишься? – прищурился он. – Простите. – прошептала, опуская взгляд и делая шаг в сторону родителей. – Хм, занимательно. – склонил голову, набок изучая меня, пока я не спряталась за спиной отца. – Пап, произошло недоразумение. Девочка тут ни при чём. Просто кое-кто решил отомстить мне и подставить. Только он перешёл грань и подставил ни в чём не повинную девушку. – с надеждой уставилась на учителя Аяза – Ваша дочь не виновата и не сделала ничего плохого. Я к ней даже не притронулся. – Саяра? – повернулся ко мне папа. – Он сказал правду. Он не трогал меня. – но тут в мыслях проявляется момент, когда он взял меня за подбородок и я чувствую, как щёки начинают пылать. – Саяра! – в голосе отца появляется строгость. – Он дотронулся, когда Малик Абрамович и другие ушли, а я начала плакать. – Так, пока вы не надумали себе ничего, дополню. – взглянув на учителя, Аяза, чуть не сгорбилась под его убивающим взглядом. – Я взял её за подбородок, решив, что ей плохо стало. Она просто плачет у вас так, будто задыхается. – И в зале, наверное, тоже успокаивали. – насмешливо дополнил Малик Абрамович. – Прекратите! – жёсткий взгляд отца, учителя Аяза обвёл всех. – Устроили балаган. Мухсин, вы верите своей дочери? – Верю. – ответ папы обрадовал меня – Моя дочь ни разу не дала повода сомневаться в ней. У неё свадьба через две недели. – А вы не думали, что ваша дочь таким образом решила избавиться от выбранного вами жениха? – заломил бровь Малик Абрамович, а во мне поднялось возмещение от его слов. Но вслух так ничего и не сказала, папа разберётся. – Не думал. – сухо ответил ему папа – Замуж выходить я свою дочь не заставляю. Она сама выбрала себе будущего мужа. – Вдруг девочка влюбилась в молодого и более опытного учителя. Решила, что вы не позволите ей расторгнуть помолвку, и заперлась с ним в спортзале. – Нет. – ответила с ужасом смотря на Малика Абрамовича – Никогда. – Я что-то не понимаю, вам какое дело до влюблённости моей дочери? Не в вас и в вашего сына ведь влюбилась. – Вы правы, Мухсин. – хмыкнул отец учителя Аяза – Дети наши, а нос свой суёт всюду Малик. – Вы… – свирепо начал было заместитель директора, но отец Аяза Даудовича одним взглядом подавил его возмущение. – Не забывайтесь, Малик Абрамович. Я не всегда готов следовать своим принципам и могу дать ответ за ложь. – сурово свёл брови отец учителя Аяза. – Что произошло с нашими детьми, вас не касается. Мы сами разберёмся в ситуации и как нам поступить. Ваше дело было сообщить, и на этом всё. – Вы правы. – кивнул директор – Малик Абрамович, выйдите. – Конечно, выйду. Но запомните, что видели их вместе многие студенты и слухи уже гуляют по всему учреждению. – и глядя в глаза папе, произнёс – Я бы свою дочь из дома не выпустил и этого заставил бы жениться. – Но это не ваша дочь, так что не вам решать, что мне с ней делать. – ухмыльнулся папа. За всеми этими разборками я не заметила, когда мама успела взять меня за руку. Благодарно взглянула на неё. Поддержка мне сейчас точно не помешает. – Дауд, я не имею никаких претензий к вашему сыну. Бывают такие случаи, но мы уже современные люди, и я не стану заставлять вашего сына жениться на моей дочери. – Я рад, что вы современных взглядов. Тем более у вашей красавицы есть жених. Мой сын не предел совершенства. Он совершает ошибки. Но он никогда не стал бы покушаться на честь девушки. – Папа прав. Мне не было смысла позорить вашу дочь. Она для меня такая же студентка, как и все остальные. У меня тоже есть сестра, и я понимаю, что значит честь девушки для её родных. Прошу прощения за случившееся недоразумение. – склонил голову Аяз Даудович. – Тебе не за что извиняться, сынок. – улыбнулся отец. Он всегда уважал людей, способных попросить прощения и склонить голову перед взрослыми. Даже за малейшие проступки. – Как я уже говорил, у нас нет к вам претензий. – Ну что же, раз вы договорились, думаю, надо забыть об этом и жить как и раньше. – встал директор и протянул руку для пожатия мужчинам.