Глава 11

Иви обернулась на звук, но, к сожалению, рядом со столиком стоял ничем не примечательный официант. Скорее всего, это была его дежурная фраза, ибо, исполнив свой долг, мужчина быстро покинул их общество, променяв его на общество бармена.

Начали подтягиваться люди. Первыми заполнились столики в центре, на своеобразной сцене, с которой открывался прекрасный вид на любую точку зала. Пожалуй, это единственное обстоятельство, которое оправдывало выбор Исы. Подавальщица мирно потягивала коктейли. Музыканты играли нечто мелодичное и совсем нераздражающее. Иви ощутимо расслабилась и поймала себя на том, что едва не отхлебнула из бокала просто по привычке. Отодвинув коктейль подальше, ведьмочка имела честь наблюдать, как приглашают на медленный танец Ису, как спутница, смутившись и растерявшись – она ждала приглашения от другого кавалера, – все же идет на площадку для танцев, что была освещена намного лучше. Хотя яркий свет не всегда лучше, а потому это спорный вопрос.

– Не занято? – Приятный баритон раздался у ведьмочки за спиной.

Иви обернулась и расплылась в улыбке. Этот знакомый ей господин, обладатель прекрасной стрижки и ослепительной улыбки, был не кем иным, как блондином из гостиницы.

– Для вас – нет, – широко улыбнулась девушка и отпила из бокала. За свое здоровье она не опасалась, но лишний раз прибегать к силе для такой мелочи считала кощунством, допустимым лишь на благо дела.

Блондин Мальвиар ощутимо расслабился, заметив ее поступок.

– Польщен, – расплылся в улыбке мужчина. – Полагаю, пользуясь вашим расположением, я могу рассчитывать на танец?

– Думаю, да, – чуть смутившись, ответила девушка, надеясь, что ее щечки покраснели правильно, а не как в прошлый раз – гневными пятнами.

– Позволите? – Блондин встал, обошел столик и подал ведьмочке руку, помогая подняться.

Резкий удар, словно она коснулась охранного поля, предназначенного для отпугивания, и девушка подняла недоуменный взгляд на мужчину. В его глазах раздражение смешалось с каким-то странным удовлетворением. Необъяснимым, но не сулящим ничего хорошего.

Не говоря друг другу ни слова, они прошли мимо танцующей Исы. Подавальщица уже поменяла кавалера, и сменит его вновь, судя по движущемуся в ее сторону Мастеру. Танцующие расступались, как будто прекрасно знали этого человека в лицо. Впрочем, Микаэль мог себе позволить устроить театр для одного зрителя, и, чувствовали пятки Иви, так оно и происходило.

Пары расступались, стоило им подойти, и смыкались хороводом у них за спинами. Мальвиар держал руку у нее на талии, направляя, но Иви не могла отделаться от ощущения, что он заявил на нее права. По крайней мере, у темных так и бывало. Право касаться, право обладать, право распоряжаться. Впрочем, пока блондин не переходил границ, позволенных танцем, а потому она не скидывала его руку. Тем более если у темного заняты руки, он не сможет сопротивляться в полную силу.

Мелодии сменяли друг друга, а пара все не останавливалась. Казалось, они проверяли друг друга на выносливость, то застывая в неимоверных поддержках, то меняя па с такой скоростью, что больше всего это напоминало бой. А бой шел, и нешуточный. Бой за авторитет, за признание собственного «я», за право распоряжаться. И пусть никто в зале не мог оценить по-настоящему их борьбы, для темных сейчас происходил передел мира.

Первым не выдержал блондин. Более привычный к битве с помощью силы, он оступился и отступился, остановившись. Их прерывистое дыхание. Аплодисменты зрителей. Никто не смог сравниться с этой парой. Постепенно круг вокруг них все более расширялся, пока танцевать не остались лишь они. Теперь, наконец закончив, партнеры вновь вернулись к реальности и ее проблемам.

Мальвиар усмехнулся и поклонился девушке, словно признавая ее победу, поцеловал кончики пальцев и резко дернул на себя, увлекая ее в объятия.

– Нельзя! – зло выдохнула ведьмочка, резко убирая локоть назад. Так, чтобы он вошел прямехонько в солнечное сплетение. Колдун пошатнулся, но выстоял. Впрочем, хватка ослабла достаточно, чтобы Иви, прогнувшись, вынырнула из кольца его рук. – Смотреть можно – трогать нельзя.

– Я учту, – пообещал блондин спустя полминуты, глядя, как девушка прощается с Исой и направляется к выходу.

Иви неспешно, словно полностью уверенный в собственной безопасности хищник, слегка вразвалку, шла к выходу. Выяснять отношения на чужой территории она считала недостойным высокого звания ведьмы. Нет. Если уж драться, то на нейтральной, а лучше и вовсе на своей. В том, что блондин пойдет за ней, девушка не сомневалась. Уверенности ей добавлял и один очень занятный амулетик с кровной магией, который она вытащила у партнера в пылу танца. А что? Плата за ее общество, многим такое счастье и не снилось.

Почему-то тут же вспомнился эльф и его цветы. Иви нахмурилась. Наверное, она поступила неправильно. В полной уверенности, что она, так уж и быть, извинится перед эльфиком, ведьмочка покинула клуб.

Потянувшая ее в тень рука и последовавшая реплика мигом переубедили Иви в правильности решения:

– Что ты себе позволяешь?!

Мгновенно растеряв всю доброжелательность к этому странному ушастому типу, девушка сбросила с плеча его руку, развернулась на сто восемьдесят градусов и ледяным тоном поинтересовалась:

– Есть возражения?

Пожалуй, даже если они и были, то, взглянув на заледеневшее лицо ведьмочки, на котором самыми живыми оставались глаза, обещавшие кончину и, судя по блеску, уже видевшие ее, и губы, искривленные ухмылкой, эльф сдержался.

– Вернись в гостиницу, – попросил Илистан.

– Нет.

– Риви, – начал было он, но хлопнула входная дверь, и девушка быстро толкнула эльфа в тень. Вывалившемуся из тени уже в гостинице мужчине оставалось только зло скрипеть зубами и обещать своевольной ведьме все кары мира, которые, впрочем, он не собирался приводить в исполнение.

– Риви, значит?

Мальвиар сделал шаг к девушке, но подходить ближе не стал, остановился в метре от нее. Рукой он опирался на стену, а ноги были скрещены, как будто темный не опасался нападения. На первый взгляд так и было, вот только глаза слишком внимательно следили за каждым движением ведьмочки, подмечая маленькие детали.

– На большее фантазии не хватило?

– Узнал, значит, – хмыкнула девушка. – Сыграем в открытую? – расплылась в улыбке она и сладко протянула: – Ты умрешь.

– Даже не сомневаюсь, – ответил он смешком. – После Иви Истхоль никто не выживал. Элиан же всегда отдавал смертные приговоры своей лисе, верно?

– Верно, – чуть скривилась при упоминании своей детской любви Иви. – И ты должен три сотни раз подумать, прежде чем идти на конфликт.

– Предположим, я хотел убить Ривину, от Иви мне нужно иное.

– Даже не представляю, что тебе так необходимо, – притворно ужаснулась темная. – Совсем не представляю.

– Я напомню, – пообещал мужчина так, что стало понятно: напоминать он будет долго и со вкусом. Металлическим и соленым, на ее губах.

– Даже не сомневаюсь, – вернула Иви реплику, одновременно уходя в тень и выныривая за спиной мага. Три тонких лезвия воткнулись в стену – Мальвиар успел отреагировать.

– Неплохо, – оценил он, отправляя девушке ответный подарок.

Чтобы уклониться, Иви пришлось почти уткнуться лбом в землю, что не прибавило ей доброты. Отправив в колдуна проклятие помощнее, девушка сорвалась на бег. Кровь бурлила, требуя продолжения поединка, но выяснять отношения при всех? Не-э-эт, убийство слишком интимный процесс, чтобы демонстрировать его широкой публике.

Лес встретил влетевшую ведьмочку равнодушно, только листья предупреждающе зашумели, как бы напоминая о нейтралитете стихии. Иви это полностью устраивало, она улыбнулась, добралась до сравнительно чистой от деревьев полянки и, скинув обувку, запрыгнула на ветку.

Иви закрыла глаза, снимая все ограничения, которые ставила на собственную силу. Вся тьма, что была в ней, довольно заурчала, вырываясь в реальный мир.

Когда Мальвиар появился на полянке, она больше напоминала пустыню. Мертвая трава, деревья, объятые тлением, даже луна, казалось, сменила цвет. А посреди этого темного великолепия стояла девушка, чья фигурка была полностью окружена темным флером, отчего она выглядела еще более хрупкой, чем в жизни. Но эта хрупкость была так обманчива… Колдун едва успел среагировать, когда к нему со всех сторон устремились волны силы, хотя больше они напоминали плети. Любое касание отзывалось болью – плети просто разрушали кожу, мышцы, пока наконец не добрались до костей.

Мальвиар уклонился почти от всех плетей, закрылся щитом, но сила девушки была больше, чем он предполагал, больше, чем он помнил. «Что же с тобой случилось?» – Задался он вопросом и выругался. Око. Временно усилило ее темный дар? Тогда… нужно просто выждать, пока иссякнет сила. Довести ее до изнеможения. Благодаря амулету она не почувствует грани, перейдет ее, тогда останется только снять артефакт с трупа. Вот только выстоять против истинного темного с усиленным потенциалом – задача не из простых.

Мальвиар уклонялся и закрывался в бешеном ритме, но девушка словно не замечала его попыток, пропуская через себя такие дозы силы, что даже одного удара оказалось бы достаточным для гибели всего Тлиса. Поток не останавливался. Сила текла, а канал все разрастался.

Темный пропустил тот момент, когда фигурка девушки окончательно слилась с тьмой и все кончилось. Мальвиар облегченно выдохнул, начал подниматься и упал. На сей раз на колени.

Даже ни разу не видев покровительницу, не узнать ее не смог бы, пожалуй, ни один из темных. Она пришла, и Мальвиар почувствовал такой прилив силы, который возможен только рядом с Сагарой. Богиня как-то совсем по-детски рассмеялась, покружилась, словно наслаждаясь прикосновением босых ног к холодной земле, и замерла. Чуть склонив голову, взглянула на темного, замершего в коленоприклоненной позе и не смеющего поднять глаза, поморщилась, взглянула на болтающийся на шее своего воплощения амулет.

– Миралиса? – хмыкнула Сагара, двумя пальцами подняла цепочку и скривилась. – И здесь она.

– Повелительница?

– Да? – раздраженно откликнулась девушка, разглядывая Око.

– Не могли бы вы…

– Разумеется, нет.

– Но…

– Вопрос можешь не задавать. Ответ уже дан.

– А…

– Око тоже останется у нее.

– И…

– И я не заберу. Не будь этого спора с сестрой – взяла бы, а так…

Сагара как-то совсем по-человечески махнула рукой, негодуя, и Мальвиар почувствовал, как поток силы схлынул. Это оказалась больно – терять постоянную подпитку. Всего пара минут, а привыкание – словно провел годы в этом блаженном состоянии.

Девушку тоже ломало. Судя по муке, отражавшейся на ее лице, ощущения были не из приятных. Наконец она расслабилась, но звуки тяжелого дыхания разносились по всей полянке. Колдун подошел ближе, взглянул на восковую маску, на которую больше, чем на что-либо другое, походило лицо ведьмочки, присел и поднес пальцы к шее. Пульс был. Решив исправить это досадное недоразумение собственными руками, колдун извлек из голенища сапога кинжал и примерился.

– Нельзя, – раздался злой голос Сагары. – Мое! Ослушание – смерть.

– В вашу честь, госпожа! – одновременно произнес Мальвиар, и сталь пробила сердце девушки насквозь.