Глава 97. Приехал отец с Викой в гости к матери

Раны у бабушки заживали медленно, но зато без осложнений. Через неделю остались только рубцы на руке и, по большому счёту, и на ноге. Она уже могла свободно шевелить рукой, хорошо, что сухожилия были не перекушены, хотя и немного задеты. Так или иначе она уже начала принимать посетителей. Приходили со своей проблемой и взрослые, и детей приводили. Катя со своей идеей детского садика пришла к бабушке. Спросила, как она видит это все? Не получится ли хуже? – А почему ты думаешь, что будет хуже? У нас же был садик раньше. Сейчас это здание под жильё переделали, которое сзади правления. А раньше там был садик, две группы, одна с года до трёх, вторая с четырех до семи. Раньше в декрете сидели, пока год не исполнится, а потом на работу, а ещё раньше вообще два месяца. На работу нужно было выходить. Законы такие были. А сейчас вырождается село, детей почти и нет. На весь округ менее десятка детишек наберётся. Ты вот к Ниловне сходи, она раньше нянечкой в Круговом работала. Она моя одногодка, она должна согласится. Ведь не все детей поведут. Думаю, человек пять или шесть будет. И то нормально. Мы ведь можем и сами справиться, но Андрюша парень общительный, ему компания нужна. Не чувствую я проблемы в том, что организуется такой садик. Я вот передам по деревням, что есть задумка насчёт садика. Если кто-то выразит готовность, сходишь к Ниловне, поговоришь. Вместе с Андрюшкой. Тебя люди уже на работе ждут. Но, конечно, как сама решишь. Может, ты захочешь до трёх лет дома сидеть, может быть, до года. Так и получилось, что согласились не все, с Андрюшкой набралось шестеро детей, которых родители с удовольствием отвели бы в садик. Потом Катя поехала коляской, захватив с собой Андрея, к бабушке Полине Ниловной, спросила, не смогла бы она заниматься с детьми, правда, разновозрастными, у себя дома. Та замялась, обещала подумать, хотя Катя видела, что она согласна. Тогда Катя спросила, сколько бы она хотела бы, чтобы ей заплатили? Да и с едой как решить, есть ли где спать детям? В общем, задала задачу, было над чем Ниловне подумать, да и деньги не лишние. Она женщина одинокая, пенсия как нянечки, у неё небольшая. Но и детей она любила, часто вспоминала своих воспитанников, многих их них встречала. Потом Катя сразу же поехала к председателю. У того через два месяца выборы, предвыборная агитация шла вовсю. Катя ему сразу о садике, о том, что Полина Ниловна согласилась (хотя та не сказала ещё, что согласна), но есть вопрос питания. Председатель задал несколько уточняющих вопросов, спросил, когда она планирует выходить на работу. Узнав, что в этом году, вздохнув облегченно, ещё один плюс ему. Дорогу уже начали делать, за автобусы очень легко договорился. Он не знал, что у Фёдора Афанасьевича есть свой лоббист, которая помогла протолкнуть вопрос. Все шансы были у Сергея Павловича остаться на следующий срок, правда, многие ему в лицо говорили, что он долго сидит, к креслу прирос. Сейчас он планировал вынести на собрание вопрос с садиком. Как бабушка и предсказывала, все получилось. Через неделю к бабушке Полине Ниловне (и как только не коверкали дети её имя и отчество), привели шестерых малышей. Привели двух девочек и четырёх мальчиков. Каждая мама выделила по простыне, на смену. Полотенце, кружка, ложка и две тарелки, глубокая и мелкая, были принесены родителями, моющее средство, мыло, тазики, игрушки, книжки принесли фермеры. Они и часть продуктов выделили, часть выделило правление. Оно же и пообещало дрова на зиму. В общем такой себе мини – детский сад заработал. Дети туда бежали с удовольствием, ведь там и играли, читали книжки. Правда, там спать заставляли, у бабушки Полины была кровать большая и кровать поменьше. Потом, к осени, привели ещё одного мальчика. Но это потом, а пока Катя вела своего сына первый раз в садик. Она не чувствовала никакой опасности, хотя, как и бабушка, не могла видеть будущего своих кровных родственников. Совсем недавно, когда дочке исполнилось десять дней, к ним приехала детский врач, посмотрела дочку, привезла с собой весы. Врач просто физически не успевала приехать сразу после родов, как было положено. Один врач ушёл в отпуск, другая заболела, та и моталась по району, хорошо, новорожденных было не так много. Здесь было сразу двое, в Ильинском и в Маковой. Родились практически одновременно. Но и то хорошо, к Андрюшке приехали только когда тому исполнился год. У них была тогда нехватка средств, да и специалистов и так не хватало, а ведь нужен был хирург, окулист, если не ошибаюсь, невропатолог. Можно было и самостоятельно всех пройти, но Катя знала, что её сын здоров, зачем его осенью или зимой везти в район между чихающими и кашляющими? Она уже возвращалась домой, и тут позвонил телефон. Это звонил отец, он уже знал, что Катя родила, но сейчас он звонил сообщить, что едут в гости к бабушке с Викой, она обещала Вике помочь поступать. Он сказал, чтобы их встретил на станции Сергей. Валентину с работы не отпустили, а они едут буквально на три дня, завтра, в пятницу приезжают, а назад в понедельник вечером. Как оказалось, были проблемы с билетами, а двадцать восьмого последний день приёма документов. Катя была рада, что увидит отца, рада, что пусть и так, но они пообщаются. А у Вики есть будущее, она также, как и бабушка, это видит. И видит, что будут пересекаться дороги её и Викины, но в хорошем смысле. На станцию она не поехала, ну куда с грудным маленьким ребёнком? Зато пришла к бабушке с детьми и ждала, когда папу и его падчерицу привезет муж. Она видела, как ждала бабушка сына, как снова обняла его, прижалась. И он обнял маму, что-то шептал ей на ухо, прижав её голову к своей груди. Потом отец посмотрел на внучку, сказал, что вся в её папку. Конечно, дед сразу взял внука на руки, подарил ему машинку, костюмчик, правда, на вырост. Они все немножко посидели, пригласили к себе в гости и уехали домой, а бабушка с сыном и его приёмной дочерью остались. Завтра должна была быть хорошая погода и бабушка предложила им сходить на плотину. – А…так мы…начала Вика, переживая, что самое главное, за чем они приехали, причем ехали на вторых полках на боковых местах, бабушка не сделает. – Это само собой, для этого вы мне не нужны. Оставите документы, которые должны подавать и можете заниматься своим делом. К Катерине зайдёте, не забудьте, – бабушка улыбнулась. Сделает она, как и обещала. Не зря сын хвалил её, что хорошо девочка учится. Вон и позвоночник у неё ровный теперь, красавица выросла. Сын пошёл с мамой поправить-то в сарае, Вика разложила вещи, потом пошла к ним. А Катя только вернулась домой и стала кормить дочку, как в калитку постучали. Она увидела через окно, как вышел муж к пришедшему мужчине, а с ним и Андрюшка, как же без него? Дочка кушала медленно, ленивая была к этому делу, хотя вес, вроде бы набирала. Тут вбежал Андрюша и закричал с порога: – Мама, мама, там дядя руку разрезал! Кровищи куча! От крика Аня проснулась и снова принялась за еду. Катя на него шикнула, дочка ещё почмокала минут пять и уснула. Тут зашёл Сергей. Пришлось отдать ему ребёнка, привести себя в порядок и поспешить с мужчиной в медпункт. Ну а что делать? Отправлять в город? Автобусы дополнительные ещё не ходят, те, кто занимается извозом в частном порядке, разъехались. Перетянула руку повыше раны и пошла смотреть, правда, перевязочная не была покварцована, но на это нет времени. Обработала все, промыла, хотела зашивать, но заметила, что есть какая-то точечка, в самом глубоком месте, пришлось мыть ещё раз с напором. Рассмотрела потом – грязь была. Скобок, как у хирурга, у неё не было, сшивала стерильными нитками. Сказала, чтобы завтра пришёл, она посмотрит шов. Сделала укол и отправила домой. А сама посмотрела перевязочную, продезинфицировала её, думая о том, что нужно купить ещё шовного материала.