Глава 26

— Малышка? О! Ты сделала это! Умница!

Голос демиурга звучал как-то издалека, приглушенно и безумно раздражающе. Руки Вэена так и продолжали меня сжимать, а энергия смерти буквально вызывала тошноту и дикую головную боль.

Сквозь прикрытые веки я безмолвно наблюдала, как сияющая демиург подлетела ко мне и легким взмахом руки оттащила бесчувственное тело Вэендхельда. Я даже опешила от такой демонстрации силы. Особенно когда тем же ненавязчивым движением швырнула его тело прямо на сердце.

— Милая, иди сюда! Остался последний штрих, — и мне с улыбкой протянули сияющий кинжал. Тонкая игла, покрытая алмазной пылью, легла в мою ослабевшую руку. — Это должна сделать ты.

Убить? Вот так просто лишить жизни беспомощное существо, ведь Вэен сейчас был без сознания. Да, он сделал много плохого, но ведь теперь он не опасен? Сам умрет, от старости, от отсутствия магии…

— Ты должна, — жестко произнесла демиург. И в этот миг я смотрела в глаза далекого от человеческой морали существа. — Он всегда будет представлять угрозу. И не простит случившегося. А мне надо покинуть этот мир. Делай это, иначе…

— Иначе что? — с трудом облизав губы, прошептала.

— Сделай, — вдруг раздался тихий голос Вэена, и, повернув голову, я увидела его замутненные глаза, но ледяной был в сознании. — Я все равно мертв. Не продолжай мою агонию. А она уничтожит тебя и весь мир… кхе-кхе… — он закашлялся.

— Он прав, — равнодушно произнесла демиург. — На моей клетке трещина, и я все равно выйду. У тебя два пути — смыть его кровью последнюю печать, либо я ломаю свою тюрьму сама, но тогда этому миру не жить. Впрочем, я не сильно расстроюсь. Эстерхольд мне до безумия надоел, и я сдерживаюсь из последних сил. Итак, твой выбор?

— Не могу…

Я еще не успела закончить фразу, как все решилось без меня. Рывок, и Вэенарт из последних сил приподнялся с сердца и, схватив меня за руку, сам направил острие себе в грудь. Лезвие вошло гладко, как раскаленный нож в масло.

— Прости, — выдохнул он, и последний правитель Эстерхольда умер, лежа на сердце мира, ради которого он столько сотворил.

А я смотрела на распростертое тело и не могла понять, что чувствую. Одно я знала точно, радости не было. Горечь, печаль, даже боль, немного облегчения и очень много пустоты. Вэенарт, мой первый мужчина, моя первая любовь, тот, кто дал мне силу и уверенность, научил противостоять миру и дал надежду…

— Ну полно, нашла о ком плакать, — фыркнула демиург. — Пойдем, Восхождение уже заканчивается, у нас мало времени, — вспышка, и тело Вэена стало плавно утопать в сердце мира. Словно оно его поглощало.

А мы пошли, точнее, меня вытащили за шкирку во внешний мир, где шел бой. Звон металла, крики и стоны. Народу, кстати, в зале стало еще больше. А вот нашего появления никто даже не заметил. И похоже, уязвленное самолюбие демиурга этого не пережило.

Недовольный прищур глаз, и всю толпу буквально вымело в соседний тронный зал. Это было даже забавно — смотреть, как воины катятся и сбивают с ног других, представляя собой груду тел. Только мне смешно не было. Я просто молча шла следом за демиургом.

Светлейшая остановилась посреди помоста, обвела взглядом творившееся безобразие и преобразилась. Теперь ее нельзя было спутать с простой женщиной. Демиург на пике могущества. Хлопок в ладоши — и на мир опустилась тишина, а тела, как марионетки, вздернуло и поставило по стойке «смирно».

А дальше началось то, что я и объяснить бы не смогла. Она не кричала, нет, она даже не раскрывала рта. Молчала, но при этом от нее начала исходить такая мощная ментальная волна, что ни скрыться, ни спрятаться, ни защититься. Там даже слов не было, и картинок тоже. Просто приходило знание, но именно то, которое нужно было ей.

Предательство рода Мирдрохейд. Проклятье и отречение от магии. Их злые чары, паразитирующие на мире. Виновность в медленном истощении и умирании Эстерхольда. И… неожиданное добровольное самопожертвование Вэенарта, как последнего законного царя, ради спасения мира. Он герой! Вот уж чего я не ожидала от нее. А я — спаситель, надежда и новый правитель, освещенный ее милостью. Именно мне Вэенарт оставил правление, как признанной супруге и хранительнице всех миров Розы.

Я чуть было позорно не открыла рот от всего этого бреда, но ментальная воля демиурга не позволила мне этого. И хоть я и сохранила истинную память о произошедших событиях, но, похоже, поведать свою историю миру не смогу. Впрочем, наверное, она в какой-то степени была права. Принять меня правителем только по воле демиурга им было бы сложнее, чем по воле правителя И демиурга. А так моя власть вроде как подтверждена со всех сторон.

— У меня мало времени, — раздался мысленный голос демиурга, — и я хочу сделать тебе подарок. Скажи, чего ты хочешь? Вспомнить прошлое? Наказать врагов? Сделать так, чтобы они никогда больше не смогли тебе навредить? Полностью овладеть своими возможностями?

Неожиданное предложение. Вот уж не ожидала от нее подарка. Впрочем, и тут не обошлось без подвоха. Надо выбрать одно, а ведь в ее власти даровать все вместе. Но ведь так будет неинтересно… ей! На секунду я замерла, даже не зная, чего я хочу больше.

Наказать врагов? Тут проще. Многие мои враги уже наказаны. А слово «никогда» подразумевает только одно — смерть. Но смерти той же Эви или Уфаниэля я не хотела. Их козни мне теперь не страшны. А после гибели Вэенарта, который, как мне показалось, в самый последний миг все-таки осознал свои ошибки, я поняла, что ничего нельзя исправить после смерти. Пусть живут. Возможно, когда-нибудь они сами осознают, в чем были не правы.

Овладеть собственными способностями? Конечно, хотелось. Но с этим я справлюсь. Пусть не сразу, но самый большой шаг я уже сделала. Надо лишь тренироваться. А времени на это у меня предостаточно.

Вспомнить семью? Безусловно. Я столько лет мучилась, порой так мечтала, представляя лицо матери и отца… Да, этого я хотела безумно, но… всего один взгляд в толпу, и решение пришло само. Когда-то дракон сказал: знание прошлого не сделает меня счастливее в настоящем. И он был прав. Сейчас у меня есть шанс изменить собственную судьбу. Сделать ее если не лучше, то правильнее. А потому…

— Разорви связь пар с Дейраном.

— Что? — кажется, мне удалось удивить демиурга.

— Я хочу разорвать связь пар с Дейраном, — повторила. — Я останусь здесь правителем, а он должен править на Урвасе. У нас нет общей судьбы, а связь заставит только мучиться.

— И дело только в этом?

— Нет, — честно призналась. — Он не любит меня. И не устраивает меня как личность.

— Но ты понимаешь, что, когда вы соединитесь, все изменится? Он будет вынужден тебя полюбить.

— Нет. Это будет смирение, привычка, похоть и необходимость. Не любовь. Да и потом, быть парой не означает счастье. Посмотри на его родителей. Они пара. А толку? Ревность никуда не делась. Доверия нет. А это означает только одно — нет уверенности в супруге. И счастье тоже у них неполное. Итог — предательство. Теперь вообще непонятно, как они будут жить. А я так не хочу. Я хочу настоящей любви.

— А ты хорошо осознаешь, что связь пар разорвется не только с Дейраном? — с намеком произнесла она.

Киртан. Об этом я старалась не думать. Боги, я ведь только поняла, что люблю его. По-настоящему. Именно за него я больше всего испугалась тогда в Алтаре. Именно при виде него сердце радостно вздрогнуло, и именно о нем я думала сейчас, отказываясь от того, о чем многие не смели мечтать. Больше нет затмевающих разум чар, и ничто не мешает быть счастливыми. Кроме моей совести, горько хмыкнула. Но где-то в глубине души я понимала, что так будет правильно. Он и так настрадался из-за меня. И пусть дальнейшее решение примет сам, а не благодаря магии. Ну, или связи пар. Не его связи, а навязанной ему Дейраном и его отцом.

— Да, — твердо произнесла. — Осознаю.

— Что ж, это твой выбор. Я разрываю связь пар между тобой, Дейраном и Киртаном. Да будет так!

И я увидела ее. Тонкую нить, соединяющую меня с мужчинами. По их ошарашенным глазам я поняла, что последние слова демиурга они услышали и связь теперь стала видна не только мне.

Киртан подался вперед, и я лишь поразилась его силе воли в попытке остановить, закричать, что-то мне сказать, он даже смог преодолеть волю Создателя. Немного, но у него получилось, и это было лучшим свидетельством его мужества, благородства и неординарности. А вот Дейран замер, словно не зная, как реагировать. Просто ждал. И смотрел с непонятным выражением лица, как рвется связывающая нас нить.

Все закончилось в тот самый миг, когда первый луч солнца коснулся хрустального купола тронного зала. Он пронзил его сердцевину и отразился в многочисленных гранях, вмиг озарив все вокруг. В тот же самый миг, словно связанная невидимой нитью с рассветом, вспыхнула фигура демиурга и… пропала. Как и тонкая нить связи пар. А я осталась одна перед толпой ольдейхаров и несколькими десятками пробившихся в этот мир воинов Розы. У трона, в сверкающей на голове короне, с родовым амулетом на шее и кольцом на пальце. Видимо, напоследок демиург решила сразу облачить меня во все регалии, чтоб уж ни у кого сомнений не возникло.

Медленно обведя все еще находящуюся в шоке толпу, краем глаза отметила живых Кэра, Эрлина и Асмина. Хмуры, в крови, но живы. Рядом с ними Дейран, мрачный, как грозовая туча. На Киртана вообще было страшно смотреть. У входа застыл дед. Живой! Ярмииль, Эрлиасса, ДароВулэ, Сафиор, ЭсоКартен — вот уж кого не ожидала увидеть. Несколько смутно знакомых эльфов и вампиров. Оборотни. Демоны. Пришли. Отозвались на зов.

— Что ж, — откашлявшись, хрипло произнесла, стараясь, чтобы голос звучал как можно тверже и громче, — я, Тайлисан Армиэль рио ОсароТэй ивво Талалионэль орро Ярмииль АэраноБэй эссе Ронд-Хар аде Аларди йорд Мирдрохейд, хранитель миров Эльсантриль, Урвас, Леот, Эол и Эстерхольд, по праву брачного союза, наследия крови и воли демиурга отныне ваша царица. Вы можете быть согласны или нет, но выбора у вас нет. Потому что, несмотря на искупление Вэендхельдом йорд Мирдрохейдом ценой своей жизни проклятья, Эстерхольд на грани гибели. Причину вы знаете. В своей жажде власти Рехельдор йорд Мирдрохейд забыл о законах мироздания, и демиург не завершила ритуал. У Эстерхольда так и не появился хранитель. А без хранителя ни один мир долго не просуществует. Вы еще живы, потому что сама демиург была связана с сердцем вашего мира. Но теперь она ушла. Открытие путей в Розу лишь отсрочит гибель, не более. Эстерхольд погибнет, только вместе с ним будут уничтожены другие миры. Сейчас вам безразлична их участь. Главное, жить самим. Но неужели вы думаете, что остальные миры Розы будут покорно ждать своей участи? Вот только, — я выделила голосом, увидев, как начали переглядываться представители иных рас, — закрытие портала тоже не выход. Гибель одного из миров приведет к медленному угасанию остальных. Поэтому наш демиург нашла решение. Во веки веков именно хранители заботились о магии и сохранении жизни в мирах. Теперь в живых из всех потомков хранителей осталась только я. И отныне я, волей Светлейшей, не только хранитель мира Эстерхольд, но и правитель. Я остаюсь хранителем других миров и не отрекаюсь от своего наследия. Мои дети примут хранительский статус, когда придет время. Старший станет правителем и хранителем Эстерхольда, остальные примут право крови в других мирах. Так я сказала. Такова моя воля и воля Светлейшей!

— Ты не ольдейхар! Пусть ты хранитель, но правителем тебе не быть! — выкрикнул кто-то. Впрочем, кем-то он был для меня всего секунду. Стоило лишь напрячься, и я знала о нем все. Двоюродный племянник Вэендхельда, мечтающий о власти.

— Во мне есть кровь ольдейхаров. Ее влил в мои вены ваш царь Вэендхельд йорд Мирдрохейд еще десятилетие назад. И обновил во время брачного ритуала. Есть магия ольдейхаров, — спокойно ответила и, сама от себя не ожидая, улыбнулась, — усиленная и закрепленная в памяти крови самим демиургом. И этого достаточно. Не вам осуждать решение Светлейшей. Род Мирдрохейд более не достоин освященного правления и не связан с источником магии. А я связана. И я нареченная высшей силой хранителем и царицей. Или вы думаете, что я стану тут у вас штатным магом, молча выполняя указания? Нет. Ваш род Мирдрохейд предал и осквернил божественное творение. И вот сейчас, после искупления Вэендхельда, вы снова, как свора шакалов, кинулись растаскивать то, что еще не собрано. Но я вижу, что мои слова ничего не значат для вас. И дабы не быть голословной, я покажу мощь хранителя. Ейхельдаль йорд Мирдрохейд, — я посмотрела прямо на племянника Вэена, — третья кровная линия, мечтающий о власти, я лишаю тебя магии, но в качестве жеста доброй воли оставляю ее твоим потомкам. Но помни, ольдейхар, подумаешь о вреде царскому роду или моему ближнему кругу, то умрешь в тот же миг, а твои потомки потеряют магию до тех пор, пока имя твое не будет предано забвению.

Мир откликнулся легко. Даже слишком. Словно только и ждал приказа. Я почувствовала улыбку, азарт. Он так соскучился взаперти. Теперь, благодаря мне, он может показать тебя, повлиять на реальность. Смешно, но он даже приукрасил мое распоряжение. Ейхельдаль вдруг окутался голубоватым сиянием и закричал, упав на колени. Через пару секунд сияние погасло, а бледный, точнее, слегка посиневший (так вот как бледнеют ольдейхары!) мужчина отирал капли пота с лица.

— Что ж, думаю, показательно. Воины Розы, — повернулась к пришедшим, — благодарю, что откликнулись на зов. Мое благословение хранителя на всех пришедших! — я не успела договорить, как белоснежные искорки осыпались на замерших иномирян, включая деда, квинту и даже Дейрана. А часть искорок влетела в портал. Прямо на глазах у них затягивались раны, а силы и здоровья прибавлялось, как и магии. Да, похоже, сегодня я и впрямь стала почти богом. И народ это понял. Я видела, как вспыхнули сначала недоверием, а потом благодарностью их глаза. И словно по команде они опустились на колени. Все, кроме Дейрана. Даже дед с гордостью и торжеством склонился в поклоне, не сводя с меня сияющего взгляда. И Киртан тоже встал на колени, но в отличие от деда, наоборот, склонил голову. — Друзья, вы можете вернуться домой, можете остаться здесь. Но я обещаю, что каждый из пришедших сегодня может прийти ко мне или обратиться с просьбой. Но только не сегодня, — мягко улыбнулась. — Уверена, во дворце найдется достаточно покоев, чтобы вы отдохнули. Кто здесь управляющий? — Из толпы взметнулась рука, и вперед начал протискиваться ольдейхар. — Имя?

— Нертэ Ульхер, ваше величество.

— Позаботься о наших гостях.

— Как пожелаете, — и он, отвесив учтивый поклон, направился к выходу из зала. Видимо, пошел давать указания прислуге.

— Далее. Официальную коронацию проводить не будем. По сути, она уже состоялась, — криво усмехнулась. — Так что с официозом покончено. Сейчас все свободны. А завтра я хочу видеть представителей совета Эстерхольда, будем решать, как жить дальше, — и я начала спокойно спускаться с помоста. Устала. Единственное, что мне хотелось, это упасть и уснуть. Но оставалось еще одно дело. — Ульхер, — я заметила вернувшегося управляющего. — Мне нужны покои, где я могу отдохнуть. И подготовь еще шесть — восемь, находящихся рядом, для моих друзей.

— Конечно, миледи, — и он поклонился, — я уже распорядился об этом.

— Прекрасно, — улыбнулась ольдейхару и ускорила шаг, заметив, как интересующие меня персоны, развернувшись, начали продвигаться к порталу. Все, кроме деда. — Подождите! — пришлось практически кричать, за что я удостоилась парочки странных взглядов от ледяных. Ну конечно, правители ведь ни за кем не бегают. — Ребята, Кир, — пришлось даже схватить парня за руку, потому как он сделал вид, что не слышит меня. — Подождите.

— Тай, — первым, как всегда, не выдержал Асмин, — ты… это… — он замялся, не зная, что сказать, лишь неуверенно оглянулся на Кира.

— Я не это, — выдавила улыбку. — Я все та же. Просто мне не оставили выбора. Честно, я все расскажу.

— И мне? — раздался голос подошедшего деда. А за его спиной мрачно возвышался Дейран, но его я предпочла игнорировать, хотя понимала, что разговор нам еще предстоит.

— Конечно. Но ты ведь меня не бросишь, а вот эти ребята собираются.

— А мы тебе еще нужны? — спросил, как ни странно, Кэрртрэнт, но смотрели все. Кроме Киртана, который хоть остановился, но продолжал смотреть куда-то мимо.

— Вы мне всегда нужны, что бы ни происходило. А сейчас особенно. Вы же знаете, я не мечтала стать повелительницей целого мира. Прошу вас, останьтесь. Хотя бы до завтра. Если вы решите уйти, то только потому, что сами захотите, а не потому, что вам показалось, что я изменилась или вы мне не нужны. Пожалуйста. Дайте мне хотя бы возможность объяснить, — и я умоляюще оглядела их всех по очереди, особенно задержав взгляд на Кире. И он наконец-то посмотрел меня. Не знаю, что он рассмотрел на моем лице, но спустя минуту все-таки кивнул. И у меня вырвался вздох облегчения. Оказывается, я даже не дышала все это время. — Спасибо! — и, поддавшись эмоциям, обняла стоявших рядом Эрлина и Асмина. А следом Кэр сам шагнул к нам, обнимая. Остался только Кир. Мой умоляющий взгляд, ребята тоже на него посмотрели, и… я видела, что ему тяжело решиться, но он все-таки сделал шаг к нам. Слава богам! — Спасибо, — шепотом повторила. — Я вас очень люблю. Не бросайте меня.

— Не бросим, — твердо произнес Эрлин.

— Мы тебя тоже любим, — улыбнулся Асмин. — И конечно, останемся. Я даже поверить не могу! Седьмой мир! Демиург! Ты — царица! Сколько всего!

— Ас, — со смешком одернул друга Кэр, — давай все-таки не будем больше компрометировать Тай. И вообще, отдохнуть нам всем не мешает.

— Конечно, — и я с трудом оторвалась от ребят. — Ульхер, проводи нас. Дед, если ты не понял, то тоже остаешься.

— От меня так просто не отделаешься.

— Я тоже останусь, — произнес Дейран, на что я только кивнула.

Правда, сразу уйти не удалось. Меня остановили Ярмииль, Сафиор, Картен и ДароВулэ.

— Пожалуйста, не сейчас, — взмолилась. — Оставайтесь, но давайте поговорим, когда я хоть пару часов посалю.

— Ладно, Аларди, — усмехнулся Картен, — живи пока. Но от разговора тебе не сбежать.

Дальнейшее я помню смутно. Мы куда-то шли, кажется, Ульхер что-то бормотал извинительно-просительное, что мои покои еще не готовы и я потом сама пройдусь по замку и выберу. По-моему, нас всех поселили рядом. Это единственное, за что исчезающее сознание зацепилось. Я очень боялась остаться одна.

Потом какая-то комната, единственное, что меня заинтересовало в ней, — кровать. Большое белое пятно. Но мягкое. По-моему, сапоги с меня стаскивала служанка, но я уже не уверена.

А вот проснулась я от рычания собственного желудка. Есть хотелось неимоверно. И еще пить. Во рту была пустыня. Увы, за время сна полностью отдохнуть не удалось. Все тело ломило, и голова была тяже тая, но поваляться мне удалось только пару минут. Повторное рычание организма и невозможность даже сглотнуть заставили оторвать голову от подушки и оглядеться.

Первое, что попалось на глаза, — большое окно, завешенное темно-синими шторами, но судя по пробивавшимся сквозь них лучам, сейчас был разгар дня. Осталось уточнить какого. Голубые шелковые обои, светлое дерево шкафа напротив и письменного стола у окна. Кстати… там, на столе, оказалось то, что полностью завладело моим вниманием, — кувшин с водой.

Я даже подскочила, хотя думала, что сейчас на это не способна. Но уже через миг была рядом, слушая мерное журчание воды, льющейся в стакан. Правда, стоило поднести стакан к губам, как я замерла.

— Да, Хольд, ты прав, — усмехнулась в ответ на тревожный скулеж мира, — яд портит вкус воды. Похоже, не все готовы принять случившееся.

Но разбираться с этим будем позже. Пить все же хотелось безумно. Интересно, а ванная тут есть? К моему счастью, ванная нашлась. И даже вода в кране оказалась безумно вкусной и чистой. Утолив жажду, с сомнением покосилась на ванну. Нет, помыться, конечно, хочется, но сперва другое.

— Госпожа, — к моему удивлению, в комнате меня ждала незнакомая девушка-ольдейхара, — я ваша служанка на сегодня, если пожелаете. Меня зовут Эльха. Есть ли какие пожелания?

— Поесть, — коротко велела, раздумывая, причастна она к яду в кувшине или нет. — Все равно что, только побыстрее и чтобы было мясо.

— Да, госпожа.

Управилась она быстро, притащив целый поднос с холодным мясом, сыром и булками. А еще тарелку каши и чайник с травяным чаем. Но главное, все было чистым, без яда и других примесей, что порадовало.

А вот приготовленное платье я проигнорировала. Не время. Сейчас важнее было другое. Точнее, другой. Киртан. Мне необходимо было с ним поговорить, признаться, рассказать и ждать вердикта. И уже от того, какое решение он примет, планировать дальнейшую судьбу. Пока у меня было несколько идей, но все они были завязаны на то, что квинта останется со мной. Но если Киртан решит уйти, ребят разбивать я не буду.

— Эльха, — позвала девушку, все время, пока я ела, ожидавшую за дверью. Не могу я есть, когда на меня смотрят. Нет, могу, конечно, но не люблю. — Скажи, сколько прошло времени с… — я пощелкала пальцами, пытаясь подобрать слова.

— С вашей коронации, госпожа? Всего восемь часов. Сегодня все еще тот же день. Не волнуйтесь.

— Хорошо. Много вчера иномирцев осталось во дворце?

— Много, госпожа, — голос девушки дрогнул, и я с удивлением отметила, как она розовеет. — Они так отличаются от нас. И одновременно похожи. Мы уже и не помнили про другие народы, — скомканно закончила. — Но они вежливые.

— Это радует. А мои особенные гости?

— В покоях рядом.

— Меня интересует Киртан. Высокий, темноволосый…

— Я знаю, госпожа. Я уже отнесла ему сегодня завтрак. Он встал на пару часов раньше вас.

— Проводи меня к нему, — я постаралась затолкать неуместную ревность, но откуда она знает его имя?

Кусая губы, я шла следом за служанкой и даже не сильно удивилась, обнаружив, что он занял самую дальнюю от меня комнату. Стуча в дверь, мне казалось, что я слышу не удары костяшек пальцев о дерево, а стук сердца о ребра. Не знаю, сколько я стучала, мне казалось, что бесконечно долго, и наверно, он ушел к ребятам, и мне надо уходить, но когда я уже решилась, дверь распахнулась и разозленный мужчина оказался на пороге, рыкнув:

— Я же сказал, что занят.

— Прости, — облизав губы, прошептала, — я не слышала. Через сколько мне зайти?

— Тай, — он, казалось, тоже был изумлен. — Это ты… Но почему ты стучала?

— Мне зайти позже? — повторила.

— Нет… нет, заходи. Ты хотела поговорить?

— Да, — почти беззвучно проговорила, проскальзывая внутрь.

И замерла на пороге, не зная, что делать дальше, что говорить. Как рассказать, что чувствую…

— Может, позвать остальных? — Киртану, похоже, тоже было неловко.

— Нет. Сначала мне надо поговорить с тобой. И… от того, что ты решишь, будет зависеть то, что я скажу остальным.

— Тайлисан, я не могу принимать решение за квинту… то есть, ну да, квинты больше нет, — жесткая ухмылка искривила губы. — Давай я все же позову ребят…

— Кир, пожалуйста, выслушай меня. Я и так не знаю, как рассказать… объяснить…

— Ну хорошо, — он прошел мимо меня к столу и залпом выпил стакан воды. Без яда, слава богам! И резко развернувшись, оперся о край стола и уставился на меня немигающим взглядом. — Говори!

— Легко сказать, — вздохнула.

— Я тебя не заставляю!

— Кир, пожалуйста, я знаю, что ты… злишься, но не надо срываться на меня. Я не виновата в произошедшем.

— Да что ты говоришь?!

— Это не я сделала тебя тенью Дейрана! Прости… просто послушай. Все так запуталось… — я закрыла глаза и медленно осела в стоявшее рядом кресло. — Все началось так давно… Вэенарт, он столетиями отслеживал хранителей. Искал их, скрещивал… Ему нужен был всего один хранитель, но обладающий мощью всех. И когда у моих родителей родилась я… Не знаю, был ли он рядом или просто узнал… он так и не рассказал мне, что произошло, — я встряхнула головой, отгоняя мысли, — сейчас это неважно. Не могу сказать, какой именно был у него план, но сейчас мне кажется, я догадалась… Ему нужна была марионетка. А как лучше всего управлять женщиной? Только влюбив ее в себя. Но узнав, что я еще в детстве встретила свою пару, он попытался его убить, а меня приворожить через его кровь. Что повлияло и на твою судьбу…

— Тай, — начал Кир, но я, так и не открывая глаз, замотала головой.

— Нет, подожди, мне и так тяжело. Так вот… увы или ура, но память ко мне так и не вернулась, а потому не могу сказать, что произошло в детстве и потом, когда сбежала, но когда он нашел меня в Академии, то решил не рисковать и практически сразу надел мне на палец вот это родовое колечко, — и я подняла палец, на котором до сих пор красовался перстень, — только вот забыл сказать, что повесил на нем мощные приворотные чары.

— Что?!

— Да. Увы, в то время моя сущность, в том числе как оборотня, была заблокирована льдом… как раз его льдом, видимо, в результате того обряда, когда он делал из меня смеска, я потеряла память и не смогла почувствовать в тебе пару. А вот ты почувствовал, да? Связь с Дейраном заставила ощущать меня и твоей парой тоже… Столько лет ты из-за магии чувствовал меня своей парой, любил по принуждению, а я в то же время любила Вэенарта, и тоже из-за магии. Смешно?

— Не очень, — мрачно хмыкнул Кир, но сейчас злости в его голосе не было, и это придало мне уверенности.

— И тем не менее. Магия кольца не позволяла его снять и удерживала во мне наведенную любовь. Когда эмир демонов сорвал с меня кольцо, магия развеялась и приворот спал, открывая мне глаза. Я люблю тебя, — тихо проговорила и распахнула глаза, чтобы увидеть, как мужчина вздрогнул и недоверчиво посмотрел на меня. — Не веришь? — грустно усмехнулась. — Но вот такая насмешка судьбы. Я поняла, что люблю тебя тогда же, когда поняла, что твои чувства тоже ненастоящие. Да еще связь пар с Дейраном восстановилась. Поверь, за эти сутки я вполне прочувствовала все прелести осознания. И когда демиург предложила на выбор вернуть мне память или полностью подчинить силы, я решила разорвать этот круг. Дейрана я не люблю. Но к нему тянет из-за связи. А тебя люблю, вот только ты привязан ко мне магией… Не знаю, как объяснить, — я со вздохом снова закрыла глаза и откинула голову.

— И что ты хочешь от меня?

— Чтобы ты принял решение.

— Какое же?

— Хочешь ли ты остаться со мной, — я снова посмотрела на него. — Любишь ли сам, без магии, без навязанной связи. И если да, то…

— То что?

— То останься со мной.

— И в каком качестве?

— В каком захочешь. Главное, чтобы рядом.

— И даже мужем?

— Особенно им.

— А если нет?

— То… не знаю. Как решите с ребятами. Увы, частью квинты я больше быть не смогу. Но если захотите остаться здесь, то я буду рада.

Вот и все. Я раскрыла свою душу. Смогла ли донести до него то, что с трудом сама смогла осознать, не знаю. Но если в его душе осталось хоть немного любви ко мне, он должен понять, почувствовать… А если нет, то, наверное, пусть лучше вообще уйдет, чтобы я смогла хотя бы попытаться стать счастливой и жить дальше.