Глава 28

— А теперь поговорим, — с улыбкой произнесла, проходя к трону.

Усаживаюсь нарочито медленно, спокойно обвожу взглядом зал, пытаясь уловить каждую мелькнувшую эмоцию. Не могу сказать, что в восторге от происходящего, но какое-то темное удовольствие определенно испытываю.

— Что вы себе позволяете?! Да как ты посмела…

— Имя, — перебила вскочившую женщину.

— Мианра орд Сенхольд, — вместо нее ответил Каронх.

— А ты предатель!

— Прекрасно, — улыбнулась, — значит, вы не признаете меня законной царицей?

— Да!

— Кто еще? Не стесняйтесь, высказывайтесь, здесь же все свои.

Я, честно говоря, ожидала, что они сейчас все встанут и уйдут, но, к моему изумлению, ольдейхары не спешили «бросаться камнями». Никто не поддержал эту Мианру. Да и она оглядывалась уже не так уверенно.

— Что вы молчите? — не выдержала она. — Оглядитесь, что происходит! Она выкинула нашего царя! И нас выкинет следом! Она уничтожит наш мир!

— А! Так вот в чем дело? — я улыбнулась. — Вы конкретно за себя боитесь. Что ж, правильно вообще-то. Но, — я подняла палец, — я дам каждому из вас три месяца, чтобы проявили себя. Сядьте, леди Мианра, либо уходите, но тогда вы должны осознавать, что с этого момента вы больше не член совета. Так как?

Женщина еще несколько секунд сверлила меня взглядом, но села. Вполне предсказуемо.

— Что и следовало ожидать, — не удержалась я от язвительной реплики. — Давайте расставим точки. Первое, что вы должны понять, — вы ничего не можете изменить. Я царица Эстерхольда, и я же его хранитель. Мне не нужны ваши вассальные клятвы, потому что вы уже мои. Максимум, на что вы способны, — это попытаться меня убить. Вряд ли у вас получится, но тут два варианта, как всегда. Первый, более вероятный, у вас не получится, как сегодня не получилось отравить, но в этом случае я узнаю, кто это сделал. И, поверьте, больше снисхождений не будет. Умрут тот, кто это сделал, и все, кто знал, но не попытался этому помешать. И второй вариант, менее вероятный, — у вас получится меня убить, и тогда ваш мир проживет не больше сотни лет.

— Запугиваете? — хмыкнул один из присутствующих, но кто это, я не знала.

— Пытаюсь донести до вас ваше незавидное будущее. Честно говоря, я не совсем понимаю ваше упорство. Вы что, так хорошо жили? Откуда эта преданность роду Мирдрохейд, когда он тысячелетиями паразитировал на вас и вашем мире? Посмотрите на себя. В Эстерхольде постоянная зима. Вы хоть сами-то помните, каким был ваш мир до предательства Рехельдора?

— А вы как будто знаете?!

— Знаю. Память мира сохранилась. Я видела Эстерхольд таким, каким он был раньше. И он снова станет таким. Скоро мир проснется. Я сделаю все, чтобы вернуть в него жизнь и магию.

— А если не получится?

— Получится. Увидите. Но вы ведь боитесь не этого. Вы, высшая аристократия, правительство, вы боитесь не за мир, а за свои места. Что ж, не буду скрывать. Всех, кто не проявит себя, я исключу из совета. Я вообще планирую внести ряд серьезных изменений.

— Это каких же?

— В первую очередь они коснутся магии. Как только потоки, восстановятся, магические способности начнут просыпаться у ольдейхаров повсеместно. И не только среди аристократов. Нужны будут школы, академии, учителя. Вслед за ними придется создавать службу контроля. Отбирать магов для армии и стражи.

Вы не задумываетесь сейчас об этом, но там, где есть свободные потоки рано или поздно появляется нечисть. Не вся она опасная. Но ее тоже надо контролировать. А вот с нежитью придется и побороться. Сейчас Эстерхольд к этому не готов.

Дальше. Сегодня вы все видели представителей Розы. Отныне портал открыт и ваш мир вошел в связку миров. Нужны будут дипломатические посольства. Служба разведки. Этого тоже ничего нет. Не говоря уже о таких простых вещах, как внешняя торговля или туризм. А с ними могут появиться контрабандисты, мошенники и преступники.

У вас отсутствует целительство. Да, ольдейхары обладают прекрасной регенерацией, но смертность при родах и детская смертность у вас зашкаливает. У вас вообще тут два варианта — либо выжил, либо умер. А если выжил, тот как смог — шрамы, отсутствие конечностей, уродства… во всей Розе целители с таким справляются.

Как видите, работа предстоит очень большая. И многое из того, к чему вы привыкли, придется менять. Не сможете приспособиться, вам придется покинуть совет.

— И вы на наши места тут же наберете своих приспешников?

— Это не приспешники. Кстати, познакомьтесь. Мой дед — лорд Авир рио ОсароТэй, он из мира Урвас и в совет точно входить не сможет. А это моя боевая квинта, если это вам о чем-то говорит. Они останутся здесь, но какие места займут, пока говорить рано. Но им я доверяю полностью.

— То есть вы сама не ольдейхара, ваши… кхм… друзья не ольдейхары, но при этом вы будете править Эстерхольдом?

— Да. Во-первых, я — ольдейхара в той же мере, что и человек, эльф, дроу, оборотень, вампир и демон. И не надо так удивленно смотреть. Во мне действительно кровь всех этих рас. Но выгляжу я как обычный человек. Кровь ольдейхаров теперь тоже есть, но главное, во мне магия ольдейхаров, прямая связь с этим миром, и с кем бы я… ни соединила свою судьбу, с кем бы ни соединяли ее мои потомки — магия ольдейхаров из нашей крови никогда не исчезнет. Так что за это можете не волноваться.

Во-вторых, вы так и не хотите признать одну простую истину. Кровь, раса, положение — это не критерий благородства или ума. Именно ваш царский род привел ваш мир к упадку. Истинный, чистокровный. А вы этого даже не поняли. Что же тут удивительного, что поднимать его с колен будут чужаки? Но у вас есть шанс в этом поучаствовать.

— И каковы ваши требования?

— Все на самом деле просто, — пожала плечами. — Разбираться в том, чем занимаетесь, радеть за благополучие народа, а не за свой кошелек, быть готовым к переменам и конструктивной критике и, главное, не предавать. Как видите, ничего запредельного.

— Вы собираетесь изменить систему управления?

— Для начала я бы хотела в ней разобраться. И начнем мы сейчас.

— Сейчас? Но уже вечер.

— Не надо было тянуть время, уважаемые. Для начала я хочу выслушать тех, кто напрямую отвечает за свои ведомства. Потом остальные шестнадцать — кто чем занимается и что подразумевается под вашим понятием «совет». Итак…

Совещание затянулось на целых шесть часов. Выслушать двадцать трех ледяных, большинство из которых всячески пытались доказать, что без них Эстерхольд просто развалится, но все их доказательство сводилось к бесконечному потоку ничего не значащих слов. Бред чистой воды. Но одно можно сказать точно, характеристика братьев пока подтвердилась.

— Хорошо, — когда высказался последний, я мысленно вздохнула с облегчением. — На сегодня достаточно. Послезавтра я хочу поговорить с каждым из глав ведомств поподробнее. Проблемы, предложения, особенности. Беседу проведем в том же порядке, как вы сегодня представлялись. Лорд орд Имрольд, жду вас в десять в кабинете. Фарий Дейр, — повернулась к секретарю, — подготовьте кабинет.

— Как скажете.

— И еще. Завтра я жду от вас текст официального объявления для городов и сел.

— Э? Что вы имеете в виду, ваше величество?

— Странный вопрос, фарий Дейр. А как положено сообщать новости на Эстерхольде? Но если вы не знаете, что писать, то я продиктую: первое — что отныне у вас новая царица, благословленная демиургом, и она же хранитель мира. Второе — открытие портала в Розу. Мы начнем тесное сотрудничество с мирами, но уже на дружеских началах. Третье — в Эстерхольд будет возвращаться магия во всех ее проявлениях.

Как видите, вам есть что написать. Подготовьте текст. Он должен быть полным, но при этом максимально лаконичным и понятным. Текст должен быть готов к завтрашнему вечеру.

Со всеми остальными не прощаюсь. С вами я тоже хочу поговорить, но уже послезавтра. Фарий Дейр составит график. Всего доброго, уважаемые. Надеюсь, вы все хорошо обдумаете и придете к правильному выводу. До завтра, — кивнула на дверь.

Они расходились быстро, но почему-то у меня складывалось впечатление, что нехотя. Скорее всего, просто у них на языке вертелось множество вопросов, которые они так и не сумели задать. Может, хотели о чем-то попросить. Интересно, они будут сейчас сплетничать или побоятся?

— Ну как? — тихонько спросила, когда дверь за последним ольдейхаром закрылась, а моя семья подошла поближе.

— Честно? — Дед был хмур. — Ты сделала все неправильно.

— О? Почему? — такого ответа я не ожидала.

— Слишком мягко, — вместо него ответил Кэр. — Поверь, они так ничего и не поняли. И клятву вассальную надо было принять.

— Но она мне не нужна…

— Ты не понимаешь, — перебил демон, — это вопрос психологии. Пока не потрогаешь — не поверишь. Если бы они принесли, то были бы уверены, что за проступок будет наказание, а так, — он пощелкал пальцами, — это все абстрактно.

— И армия, — снова продолжил дед. — Они должны видеть тебя. Знать, что именно ты правитель. Эх… поверь моему опыту. У тебя бунт на бунте будет. Если только…

— Что?

— Если только это не твоя идея — подчистить генофонд.

— Смешно. И что мне делать?

— Честно? Не знаю. Это твой мир. Твое правление. Твои решения.

— Дед!

— Ладно. Слушай. С объявлением ты хорошо придумала. Правильно. Народ должен знать положение дел. Так будет проще тебе. Но послушай старика. Первым делом завтра иди к стражам. Потом к тайной страже. И напоследок загляни к военным. Пусть тебя братцы представят.

— И к гостям не забудь завернуть, — добавил Эрлин. — Тебе еще дипломатические мосты наводить, а они и так сегодня весь день просто гуляют. Мы их, конечно, поразвлекли, но сама понимаешь. Местные уже никуда не денутся.

— И на площади бы собрать народ тоже неплохо, чтоб тебя простые жители увидели да услышали новости от тебя, а не от пересказчиков, — кивнул Асмин.

— Боги! — я закрыла лицо руками. — Я ничего не успею.

— Ничего, мы поможем, — усмехнулся Кир, мягко беря за руки и вытаскивая из кресла. — Кэрртрэнт организует встречи с нашими гостями, заодно прощупает, на что они нацелены. Асмин проконтролирует твоего секретаря, а заодно организует выступление в городе. Лорд Авир разберется пока с системой правления и ключевыми фигурами, а Эрлин изучит дворец и слуг.

— А ты?

— А я буду с тобой, — улыбнулся мужчина, и мое сердце дрогнуло. Как я могла быть столько времени слепа?

— Спасибо вам. Если бы не вы…

— Мы семья. Сама сказала, — улыбнулся Асмин.

— Ладно. Я так понял, день завтра будет насыщенный, — смущенно хмыкнул Эрлин, — так что я — спать. Кстати, я завтра заодно комнаты нам присмотрю. Не против?

— Нет. Не думаю, что захочу жить в покоях бывших царей.

— Я так и думал. Ладно, пошли.

— Подожди, Тай, — дед дернул меня за руку, когда ребята уже вышли, — ты кое-что забыла.

— Дейран? Я не забыла, — вздохнув, пробормотала. — Просто не хочу…

— Понимаю. Но надо. С отцом Дейрана я сам поговорю, объясню, но с ним надо тебе, Тай.

— Кир?

— Он тоже это понимает. Иди.

Легко сказать. Я видела, как дед удержал Кира и что-то ему шепнул. Мой мужчина нахмурился, но кивнул. Остальные вообще сделали вид, что не заметили, как я отстала и свернула в сторону покоев Дейрана. Перед дверью я на несколько минут замерла, решаясь, но потом резко постучала, еще не зная, что скажу. Но, дождавшись разрешения, решительно вошла.

Дейран сидел в кресле у окна, крутя в руках бокал с вином, и разглядывал из окна столицу. В комнате было практически темно. Лишь одинокий светильник на столе разгонял мрак, но света хватало лишь на то, чтобы не биться о мебель.

Оборотень бросил на меня взгляд и поджал губы. Взгляд был мрачен, фигура напряжена, и стало очевидно, что разговор легко не пройдет.

— Добрый вечер, — произнесла и, приблизившись, присела на соседнее кресло.

— Добрый? — хмыкнул мужчина. — Ну-ну. Зачем пришла?

— Поговорить. Объяснить, — пожала плечами. — Не хочу, чтобы расстались врагами.

— Не хочешь? Не хочешь?! Да ты… — и тут он вдруг рассмеялся, да так, что я невольно отпрянула. — Ты унизила меня. Оскорбила. Променяла на ублюдка, а теперь говоришь, что хочешь остаться друзьями? Ты нормальная?

— Прости, — выдавила. — Но разве ты меня любишь? Меня? Тайлисан Аларди? Я же тебя бешу!

— А ты, значит, лучше меня знаешь, что мне надо?

— Хорошо, ответь мне на вопрос, только честно. Вот сейчас, без привязки ты чувствуешь ко мне что-нибудь? Хочешь меня? Представляешь, что проживешь со мной века? Родишь детей, воспитаешь внуков? Будешь рядом со мной изо дня в день? Ну так как? Я ведь не изменюсь. У меня всегда будет свое мнение, я не буду молча сидеть в своих покоях, полезу в дела. Ты готов разделить со мной не только постель? Ну так что? Молчишь? А что делать с тем, что я должна стать здесь царицей? Ты слышал демиурга. У меня нет вариантов. У моего первенца тоже нет. Если бы привязка осталась, то тебе пришлось бы передавать право Первого брату, а здесь быть консортом. Ты принял бы это?

— Нет, — процедил он сквозь зубы.

— Вот видишь… Знаешь, все должно было быть по-другому. Мы познакомились в детстве, после совершеннолетия соединились бы… Наверно, были бы счастливы. Я была бы другой. Мягче, спокойнее. Ты был бы другим. Между нами не было бы других мужчин и женщин. Были бы только мы. С детства. Знали бы друг друга, полюбили. Привязка, общие интересы, история. Мы были бы счастливы, просто даже потому, что не знали бы другого. Но нас этого будущего лишили. А в этом настоящем нам вместе не быть.

— Уверена?

— Увы, но да. Зато теперь у тебя есть шанс полюбить по-настоящему, а не быть заложником инстинктов. Ребенок тоже будет. По сути, мы ничего не потеряли.

— Ты ничего не потеряла. Ты не зависишь от амулета. Да и пару ты себе нашла… кхм… достойную, — съязвил он.

— Знаешь, я от твоих… кхм… скажем, девиц тоже не в восторге. Вот! Видишь, опять!

— Да, совместная жизнь была бы веселой, — хмыкнул он.

— Дейран, я понимаю, что приняла решение, касающееся нас, в одиночку. Я должна была посоветоваться, но там не было времени, сам видел. За это прошу прощения. Но только в этом. Если ты подумаешь, то поймешь, что я права. Мы бы не смогли жить на два мира. Да и Киртан… Привязка связала нас троих. А с учетом того, что мы квинта… Меня разрывало между вами. И ни ты, ни я не смогли бы ничего сделать. Так у нас счастливой жизни бы не получилось.

— Может, ты и права, — он молчал долго. — Счастья бы у нас не было. Знаешь, я почему-то никогда не мечтал встретить пару. Забавно, да? Мой народ бредит половинкой, но не я. Наоборот, даже боялся встречи. Наверно, подсознательно чувствовал, что ничего хорошего не выйдет. Подсознательно помнил маленькую девочку и понимал, что после того, что она пережила, эта девочка уже не будет такой, какой я ее запомнил — веселой, мягкой, доброй, послушной. Я тебя вспомнил, да… Ты не спорила. Если была не согласна, то пыталась убедить, но не дерзила, а уговаривала. И отступала, если не получалось. Не могла на меня сердиться. И тебя требовалось защищать, оберегать. Ты была такой неуклюжей, но очаровательно милой. Ты права, мне до сих пор нравятся женщины, похожие на тот образ. Вот только ты стала от него такой далекой… Не обещаю, что станем друзьями, но войны можешь не опасаться. Ты ведь за этим пришла сюда?

— За этим тоже. Но главное в другом. Дейран, как бы это смешно ни звучало, но ты один из тех, кто… не чужой мне. Пусть так получилось, но мироздание ведь когда-то решило, что мы подойдем друг другу. Ведь не просто так. Наверное, что-то увидело в нас. Я верю, что мы сможем стать друзьями.

— Не перегибай, — поморщился принц. — Иди, Тайлисан. Иди к тому, кого выбрала. И благодари богов, что я действительно не люблю тебя. Завтра я вернусь на Урвас и поговорю с отцом. Он поймет. Не сразу, но поймет. А ты не затягивай с официальным приемом посольств. Через три месяца встретимся. Иди. И будь счастлива.

Кивнув, я молча встала, но что-то меня словно дернуло. Быстрый шаг, пока не передумала, наклоняюсь и мягко прикасаюсь губами к щеке. Прощальный поцелуй. Но почему-то я уверена, что все у нас наладится. Не мой любимый, но не чужой. Не был и не будет.

Комнату я покинула в молчании. Дейран не остановил, хотя и был удивлен моим поступком. Все правильно. Вместе нам не быть, но и такой враг мне не нужен.

— Привет!

— Кир! Проклятье! — я схватилась за сердце. — Зачем пугаешь?

— Я? — А сколько искреннего недоумения в глазах.

— Нет, это я стою тут в темноте, как призрак! Меня сторожишь?

Мужчина лишь пожал плечами и с легкой улыбкой двинулся ко мне, протягивая руку. Мне оставалось лишь покачать головой. Нет, приятно, конечно, что ревнует, но неужели он думал, что я сейчас кинусь к Дейрану в объятья? Или просто боялся за меня? Смешно и приятно одновременно.

— Пошли спать, — прошептала, взяв протянутую руку.

Мы шли, не разговаривая. Не знаю, о чем думал Киртан, но мне в голову лезли всякие глупости. Наверное, он не так представлял себе ночь, о которой мечтал столько лет. Не в чужой постели, не после сумасшедшего дня в стане врага. И я все еще в подвенечном наряде после свадьбы с другим. Всего сутки как вдова… да… Почему-то было страшно, а еще немного стыдно.

В моих покоях царил полумрак. Лишь одинокий голубой кристалл над дверью скупо дарил холодный неуютный свет. Видимо, не только мне он показался неприятным, потому как Кир, стоило нам переступить порог, тут же шепнул: «Погасни». А следом одновременно с темнотой меня укутали теплые объятья.

— Если не готова, я подожду.

— Мы и так ждали слишком долго, — я пыталась рассмотреть его лицо, но света звезд из окна было недостаточно. Впрочем, немного перенастроить зрение, и я уже вполне отчетливо все вижу. — Только…

— Что?

— Ты заслужил лучшего. Не так… не в чужой кровати… и я… в порванном платье, а не в красивом белье…

— Глупости, — Кир обхватил ладонями мое лицо, — это всего лишь антураж. Декорации. Неужели ты действительно считаешь, что мне важнее платье, чем та, кто в нем? Да, не буду скрывать, не так я представлял нашу ночь. Еще вчера ты была чужой женой, его кровь на твоей одежде, на пальце его кольцо, которое ты теперь никогда не снимешь, и фамилия того, кого я ненавижу, и ее ты тоже никогда уже не сменишь. И мне придется взять ее. И мы всегда будем помнить о… нем. О том, что он изменил наши судьбы… Но, знаешь, сейчас я ему благодарен. Ведь не появись он на нашем пути, ты бы уже давно была женой Дейрана. Наверное, даже любила бы его. У вас бы уже были дети, а я… я бы так и остался безродным сиротой и сгинул бы давным-давно, — он вдруг прикрыл глаза и глубоко вздохнул. — Когда-то я его ненавидел, потому что считал, что он отнял тебя у меня, но на самом деле он мне тебя подарил. И сейчас, сейчас у меня нет к нему ненависти. Глупо ненавидеть того, кого нет. Глупо придавать значение мелочам, когда у нас теперь есть главное. Мы. Наши друзья. И целый мир, который мы можем создать таким, каким хотим. Я люблю тебя, Тай.

Любит… Последнее слово было произнесено прямо в губы. Он выдохнул его вместе с частицей своей души, и оно вошло в меня, проникло в мою душу и связало нас. Мягкие, почти невесомые прикосновения, поцелуи, как робкое касание крыльев бабочки, и оглушающий стук сердца.

Платье скользнуло с моих плеч и легло у ног невесомым облаком, заставив на миг поежиться от прохладного воздуха комнаты, но уже в следующую секунду обжигающие прикосновения грубых, слегка шершавых ладоней обожгли мою кожу. Это было похоже на удар тока, адреналин побежал по венам, и тело зажило своей жизнью, утратив контроль разума.

Руки рванули рубашку Кира, оголяя мускулистую грудь, к которой мне всегда хотелось прикоснуться. Сколько лет я смотрела на его тело и запрещала даже думать о нем, ведь мы были квинтой. Поддайся я зову плоти, и все бы стало слишком сложно и неправильно, ведь я продолжала любить Вэена. А оказалось, что мое тело лучше меня знало истину. Ведь ни к Кэрртрэнту, ни к Эрлину, чьи тела были ничуть не хуже, меня никогда не тянуло. Только к Киртану. Только за его тренировками я подглядывала не в силах отвернуться и только после них бежала в душ, пылая. И вот сейчас я наконец-то могла прикоснуться. Провести по скульптурно вылепленному торсу руками, губами…

Когда и как мы оказались на кровати, я не помню. Сумасшествие оказалось заразным. Мы срывали друг с друга одежду, сжимали в объятьях и покрывали тела поцелуями, шептали какие-то глупости и не могли насытиться прикосновениями.

Глаза в глаза. Он замер на миг, его глаза сверкали так, что даже в темноте комнаты я видела их свет. Шепотом одно слово «люблю» — и наконец-то единение. Наши тела, души и судьбы переплелись навсегда. Больше не было его и меня, отныне стали мы. И мы сейчас взлетали куда-то туда, далеко и высоко, чтобы в следующий миг замереть в невесомости и рухнуть вниз с высоты под грохот наших сердец и стоны наслаждения.

— Боги, — Кир выдохнул и вдруг рассмеялся, — сколько лет я мечтал об этом!

— Надеюсь, не разочарован?

— Разочарован? Ты серьезно? — он недоверчиво вгляделся в меня. — Девочка моя, любимая, самая лучшая, — шептал он и после каждого слова целовал так, что я терялась в пространстве и времени, — да я уже мечтаю все повторить. Боюсь, этой ночью ты не уснешь… И следующей… и вообще, ты мне восемь лет должна. Придется отрабатывать!

— Что ж, — нахмурилась, — ну раз должна, буду отрабатывать… любимый!