Глава 35

Мужчина покинул мое лоно, чем вызвал во мне пустоту разочарования, но я понимала, что нужно еще немного потерпеть. Армин, продолжая время от времени меня царапать, отвязал мне правую ногу, согнул ее в колене, чуть отвел в сторону и крепко привязал к бортикам стола. Тоже самое он сделал и с левой ногой, раскрыв меня как бабочку.

Затем он снова прошелся игольчатым роликом по моим ореолам, а после поднялся к лицу.

— Высуни свой язычок, малышка Афина, — Армин надавил мне на щеки, чтобы я не смогла сомкнуть челюсти, и дождался пока я выполню его приказ. — И смотри на меня. Я очень хочу видеть твои глаза.

Опьяненная этим страстным безумием, я глядела на Армина с высунутым язычком и ждала новой порции сладостных пыток. Тогда мой Доктор каким-то механизмом немного собрал стол, заставив ту часть, на которой раньше были мои ноги задвинуться внутрь. Теперь мой Доктор Армин беспрепятственно прижался к моей промежности пахом и склонился над моим лицом.

Игольчатый ролик дошел до моего язычка и впился в меня сотнями иголочек. Трепетно заскулив, я снова зажмурилась, но тут же опомнилась и вновь устремилась взглядом в черные глаза моего Доктора.

— Моя хорошая девочка, — прошептал Армин и сильнее прижался ко мне напряженным пахом. — Люблю тебя такую послушную, трепетную, терпеливую. Только мою…

Я удивленно раскрыла глаза. До меня только сейчас дошло, что Армин уже в третий раз признался мне в любви, а я была так занята своими мыслями, что пропустила два предыдущих раза мимо ушей. Сначала он сказал в палате, что для человека, кто меня полюбит я буду прекрасна всегда. Потом сказал, что не отпускает то, что любит. А сейчас… он ведь сказал это почти прямым текстом! Неужели он правда любит меня? Но за что? Я никак не проявила себя перед ним, чтобы меня можно было полюбить. Может быть он все говорит это с какой-то другой окраской? В том смысле, что ему только нравится быть со мной?

Армин нетерпеливо отбросил игольчатый ролик и, обхватив мое лицо, жадно впился в меня губами, спасая мой уже засохший язычок. Второй рукой он тут же раскрыл мои складочки как можно шире и вошел в меня одним толчком, мгновенно заполнив собой и обозначив свое господство над моим телом.

Я застонала одновременно от слегка болезненных растягивающих ощущений, и от сладостного исполнения моего желания. Армин во мне. Как я этого хотела! Уже вся извелась!

Не давая мне привыкнуть, мужчина тут же толкнулся в меня еще глубже, срывая новый стон с моих губ. Армин как дикий зверь поглощал один мой стон за другим, не давая мне перевести дыхание. Я заметалась в своей обездвиженности, желая прикоснуться к моему мужчине, почувствовать жар его кожи, твердость его мышц, но все, что я могла это лишь чуть-чуть податься вперед бедрами и головой.

— Непослушная девчонка, — Армин оторвался от моих губ и сердито обхватил меня за шею. — Вздумала она отшить меня сегодня!

Толчки стали резкими и частыми, а я сходила с ума от нового перевоплощения моего Доктора в Господина. У меня немели ноги от такой трансформации, и я словно напрочь лишалась способности мыслить.

— Ты принадлежишь мне, Афина, — рыкнул он, сжав мне шею и бедро. — Только мне. Попробуй еще хоть раз заикнуться о расставании!

А я этого больше и не хотела. Не знаю, что со мной произошло днем, но сейчас я упивалась моим строгим Господином. Несмотря на его грубость, я чувствовала себя любимой и защищенной.

Армин входил в меня максимально глубоко, да еще в конце терся пахом о мои распухшие нижние губки. А я так хотела нашей близости, что была уже на пределе.

— Господин Армин! — сорвавшимся голосом позвала я. — Пожалуйста… можно мне… кончить… для Вас?

— Нет, — с особым наслаждением произнес он, не прекращая двигаться во мне. — Будешь терпеть столько, сколько я скажу.

У меня перехватило дыхание.

Терпеть?! Как можно терпеть? Я сейчас с ума сойду!

Я только было собралась попросить об этом еще раз, но Армин накрыл мой рот ладонью.

— Все правильно, — Армин чуть замедлился и теперь его толчки стали мучительно плавными. — Ты же не думала, что я оставлю твой поступок безнаказанным?

Я пискнула ему в ладонь.

У меня больше нет ни секунды! Я не выдержу! И что будет, если я сделаю это без разрешения Армина?

Я снова пискнула, едва не плача от отчаяния.

Как это остановить?!

— Хорошо, — коварно улыбнулся он. — Кончи для меня.

Я взорвалась протяжным криком и замерла от долгожданного удовольствия. Все мое тело пылало от перенесенных прикосновений от ролика и «царапок» Армина, голова кружилась от недостатка кислорода, в горле саднило от стонов, но мне было так хорошо в руках моего мужчины.

Армин сильнее сжал меня и сам стремился к финалу, но я уже плохо соображала, окутанная эйфорией и безумием.

Как хорошо…

Наконец, мужчина замер во мне, наполнив горячей волной, а после немного ослабил хватку.

— Тебе больно, малышка Афина? — он словно только сейчас опомнился от своей чувственной злости.

— Нет, — прошептала я. — Обнимите меня, пожалуйста.

Армин поспешил освободить меня от оков, а после сгреб меня со стола и крепко прижал к себе.

— Скажи, что ты моя, — строго потребовал он. — Сейчас же!

— Я Ваша, Господин Армин, — сонно проговорила я. — Я хочу быть Вашей. Простите меня за сегодняшний день.

— Все хорошо, — наконец успокоился он. — Я позабочусь о моей любимой малышке Афине.

Проснулась я только утром. Я почувствовала, что Армин перестал обнимать меня и поднялся с кровати.

— Господин Армин? — сонно спросила я. — Вы уходите?

— Да, малышка, — сообщил он. — Мне нужно проводить брата в аэропорт.

— У Вас есть брат? — удивилась я. — Вы же говорили — только сестры.

— Рихард — мой двоюродный брат, — ответил он. — Он был вчера у тебя в палате, не помнишь?

— Нет, — честно призналась я.

Точнее я помнила мужчину, немного похожего на Армина, когда я оказалась в палате. Но я была настолько сбита с толку вчера, что даже не задалась вопросом кто он.

— Не бойся, одна ты не останешься, — мужчина подсел ко мне на постель. — Минут через двадцать приедет Гая и посидит с тобой. Я с ней вчера договорился.

Я благодарно посмотрела на Армина, вновь и вновь любуясь его красивым волевым лицом и таким завораживающим шрамом.

— Афина, — он погладил меня по щеке. — Если ты будешь на меня так смотреть, то я никуда не смогу уехать.

Я улыбнулась и засмущалась чуть-чуть, но тут в дом Армина позвонили.

— Оденься, — приказал Армин. — Наверное это Гая.

Армин оказался прав и через пару минут в нашу спальню вошла Гая, а следом за ней и Юнона.

— Мы приехали пораньше, чтобы не задерживать Вас, — отчиталась моему Доктору бойкая Юнона. — А… Господин Никель, можно мы поедем с Вами?

Армин даже завис немного от смелости моей сестренки.

— С кем же тогда останется Афина?

Я невольно улыбнулась тону Армина. Если с Гаей он всегда говорил холодно и вежливо, словно намеренно подчеркивая свое уважение к ней, то с Юноной он явно немного терялся и ему хотелось быть с ней мягче, чем он есть на самом деле.

Если бы я задала такой вопрос, то Армин бы строго отказал мне и объяснил свою позицию. Юноне же ему отказывать не хотелось, поэтому он пытался сгладить углы.

— Она поедет с нами, — Юнона пожала плечами, как будто такое решение проблемы было очевидным.

— Афине не желательно сейчас выходить на улицу, — терпеливо объяснял он. — Риск занести инфекцию — крайне велик. Не стоит так рисковать.

— Даже если Вы завяжите ей глаза? — тут же нашлась сестренка.

Я лишь удивлялась ее напору. Юнона в принципе всегда была не больно похожа на меня с Гаей. Всегда более общительная и свободная в своих высказываниях. Но сегодня она была прям очень смелой. Я бы никогда в жизни не позволила себе так заговорить с Армином, хотя я — близкий ему человек. А представить, что я говорила бы так смело хотя бы с мужем Гаи я точно не могла. При том, что Господин Эдер относился ко мне более, чем лояльно.

— Афина, ты хочешь поехать? — обратился ко мне Армин, вновь не желая отказывать Юноне напрямую, но я лишь испуганно пожала плечами.

Мне не хотелось самой принимать решение. Все-таки я не врач и не могу знать всех тонкостей восстановления после подобных операций.

— Хорошо, — сдался Армин. — Афина, у тебя десять минут, чтобы собраться. Позавтракаете уже по пути.

Юнона обрадовалась и даже вызвалась помочь мне собраться.

Наконец, дождавшись пока я умоюсь, оденусь и заплету косы, Армин обработал мне глаза, закрыл их стерильной марлей, тщательно заклеив ее по периметру пластырем, а затем надел на меня большущие очки, которые закрывали мне пол-лица.

— Не волнуйся, — сообщил мне он, — под очками не видно, что у тебя повязки.

Я и не волновалась. За это время я настолько привыкла ходить с повязкой, что не воспринимала ее как нечто неудобное или некрасивое. А то, что меня при этом будет еще время обнимать Армин — самое приятное.

Не успела я додумать свою мысль, как мой Господин подхватил меня на руки, и мы все отправились на улицу.

По дороге Армин купил нам ароматных булочек на завтрак и, когда Рихард присоединился к нам в салон, мы с аппетитом принялись поглощать сдобу.

— А у Вас тоже какие-то дела в аэропорту? — удивленно спросил Рихард.

— Нет, — живо отреагировала Юнона, — мы решили Вас проводить.

— Разве Вам не нужно на учебу? — сухо спросил Рихард.

— Нет, — ни капли не обиделась на его тон Юнона. — Сегодня я официально прогуливаю.

— Крайне неразумно, учитывая, что Вы еще не определились с целями по жизни, — отчитал ее Рихард, но Юнона вновь не приняла это как оскорбление.

— Не беспокойтесь, — парировала она. — Если я проведу это время на уроках, то мне это тоже никак не поможет определиться. А так, может я наполнюсь новыми идеями.

— Юнона, в Вас нет ни капли дисциплины, — заметил Рихард. — Тяжело Вам придется по жизни.

— А я и не ищу легких путей, — съязвила она. — Мне неважно каких сложностей мне будет стоить моя мечта, главное, чтобы процесс и результат принес удовольствие.

Тут Рихард промолчал. Возможно, Юнона сказала что-то, что откликнулось его сердцу, и он решил подумать над этим, а может просто потерял интерес к беседе.

Наконец на прощание, когда все формальности были соблюдены, Рихард сухо попрощался со всеми. Даже Армину он не уделил больше внимания, хотя Армин крепко сжал брата в объятьях. Однако в последний момент он вернулся и тихо попросил брата раздобыть номер телефона Юноны или страничку в соцсети.

Очевидно, что моя сестренка ему понравилась, но ведь Рихарда не будет в стране так долго! Вряд ли моя ветреная Юнона будет флиртовать с ним в переписке три года. Да и Рихард не был похож на человека, который стал бы вообще флиртовать.

Однако после того, как Рихард окончательно ушел, всем стало грустно. Даже мне и Гае. Рихард обладал какой-то притягательной энергетикой, и несмотря на свою сухость и строгость, с ним действительно хотелось общаться.

Я забилась «под крылышко» моему Армину и крепче обняла его.

Как хорошо, что мы вместе! Мне стало тоскливо на душе, когда я представила, что вчера я могла расстаться с моим Господином Армином. Какой же я была дурочкой! Но главное, что сейчас мы вместе.