Глава 32

Руслан

– Галина Степановна, это что, мать вашу, такое? – рычу я, указывая на девочку, отличающуюся от меня в детстве разве что длиной волос.

– А сам не видишь?! – злится женщина. – Разжевывать все надо, как для дурака? – она снова пытается спрятать ребенка, но та больше не хочет скрываться за спиной бабушки.

Сажусь на корточки, чтобы быть примерно на уровне глаз малышки. Внутри буря поднимается. Сердце долбит, точно выскочит сейчас.

В голове желе вместо мыслей. Все перемешалось. Сумбур настоящий. Для полного счастья только шума в ушах не хватает.

– Привет, – как можно более мягко говорю я.

Маленькая прижимает подбородок к груди, и лукаво смотрит на меня исподлобья. Стесняется. Хлопает длинными ресницами, но ничего не говорит.

Сколько ей? Получается, не больше двух с половиной лет… Она маленькая, худенькая и настолько милая, что, кажется с этой девочкой не сможет сравниться ни один другой ребенок.

Я тяну к дочери ладонь, но она только сильнее зажимается, но при этом не перестает едва заметно улыбаться.

Мне же хочется схватить ее на руки. Прижать. Крепко так прижать. Узнать, как она пахнет. Какая она на ощупь.

– Я твой папа, – как-то само собой вырывается у меня, хотя сам не знаю чего ожидаю от этого признания.

Малышка поднимает голову на Галину Степановну.

– Бабушка?! Папа Антон, – непонимающе произносит она тоненьким детским голоском.

– Дядя просто шутит, солнышко, – женщина подхватывает внучку на руки и прижимает к себе, а та укладывает голову ей на плечо. Потом снова поднимает, чтобы опять посмотреть на меня.

Лучистый открытый взгляд не сможет оставить равнодушным никого. Дочь похожа на меня, но взгляд Сашин. Такой же притягательный, в саму душу смотрящий.

– А нам пора уходить. Пойдем? – продолжает Галина Степановна, она с обожанием смотрит на девочку, наигранно улыбаясь.

– Вы никуда не уйдете с моим ребенком! – заявляю я.

– Этот ребенок не твой, Руслан. Никогда твоим не был и никогда не будет, – откликается женщина. – Если надумаешь что-то сделать, то я обращусь в полицию.

Хм. В полицию она обратится! Будто не знает, как просто сейчас установить отцовство. А в нашем случае даже экспертизу можно не делать. Но я решаю не лезть на рожон. Только спрашиваю:

– Почему не рассказали?

– О чем? – Степановна делает вид, что не понимает.

– Почему не рассказали мне о дочери?

– А ты бы стал слушать?! – ухмыляется она. – Да я бы и сейчас тебе ее не показывала, будь моя воля! Саша не хотела иметь с тобой ничего общего. Нам от тебя ничего было не нужно. И сейчас не нужно тоже. Послушай, не порти Саше жизнь. Я прошу тебя по-человечески, Руслан! Я не хочу, чтобы все повторилось, – губы Галины Степановны начинают дрожать на последних словах, в глазах появляются слезы.

– Бабушка, – говорит девочка, обнимая тонкими ручками шею женщины.

На меня вдруг находит озарение. Саша бы не стала прятать дочь, будь она корыстной и беспринципной. На моих доходах можно было бы здорово нажиться, обеспечить себя безбедным существованием и не драить унитазы в этой глуши, не жить в стареньком деревенском доме.

Да и сейчас она ни разу не обмолвилась о ребенке, точнее о том, что девочка моя. Этот способ получить бабло был бы намного проще того, по которому она якобы пошла.

Осознание этого факта больно ударяет по вискам. Идиот! Я должен был послушать разум с самого начала! Я должен был зацепиться за свои сомнения. Если не тогда, то хотя бы сейчас, здесь.

Получается, все это время я причинял ей новую боль, унижал, заставлял исполнять мои желания, потому что думал, что так правильно, а в итоге – оказался самой настоящей скотиной.

Волосы на себе хочется рвать. Выть хочется. Но я все внутри держу. Нельзя терять рассудок. Обдумать все нужно. Если я ошибался, то Саша в опасности. Ее нет дома не первый день.

– Руслан Игоревич, – слышу голос управляющей. – Там вас гость ждет, о котором я звонила.

– Этих, – показываю на Сашину мать и дочку, – из здания никуда не выпускать до моего возвращения! – отдаю распоряжение, а сам быстрым шагом направляюсь к лестнице.

– Руслан Игоревич, а как же гость? – взволнованно бросает мне вслед женщина.

– Скажи, что если что-то не нравится, пусть на все четыре стороны проваливает! – безразлично отвечаю я.

Сейчас у меня есть дела намного важнее, чем какой-то недовольный отдыхающий. Пусть лесом идет!

– Руслан! – теперь уже ко мне обращается Галина Степановна. – Мне нужно найти дочь!

– Я найду Сашу, – это последнее, что я произношу перед тем, как покидаю холл.

В голове складывается картинка. Пока иду в серверную, сопоставляю факты.

Очевидно, что это Тима. Он постоянно напоминал мне о том, что Саше нельзя доверять. Сейф вскрыли именно тогда, когда друг жил в отеле, не раньше. Да он всегда был против моей любимой женщины. Постоянно на мозги капал. Но я понятия не имел, что близкий человек там поступит со мной.

Сжимаю кулаки. Убью.

Мне остается только проверить камеры. Камеры… Тимофей убедил меня в том, что Саша засветилась на видео, отговаривал просматривать его самому.

Только мой добровольный отказ от просмотра спас Тиму. А я в очередной раз лажанулся. Любимая снова пострадала из-за меня и на этот раз даже хуже, чем три года назад.

В серверной называю дату и примерное время. Нетерпеливо стучу по столу пальцами. Ожидание кажется невыносимым.

Сначала просматриваю свой этаж. Тима беспрепятственно заходит в мой номер. Потом возвращается оттуда с темным непрозрачным пакетом.

– Сука! – произношу вслух, вскакивая со стула.

Мечусь по маленькой комнатке, точно тигр в клетке. Моя жизнь рушится по кусочкам, по частичкам разлетается на осколки. Злоба и разочарование душат. Орать в голос хочу.

– Рабочий этаж, – командую мужчине. – Время примерно то же.

Здесь же меня и вовсе одолевает ярость. Вижу, как Саша проходит по коридору, как на нее сзади нападает Антон. Как он подхватывает жену на руки и тащит на выход. Меня трясет всего от злости. В том числе на себя.

– Парковка через пять минут, – выдаю очередное распоряжение, и мне на экран выводят необходимое изображение.

Антон усаживает Сашу в свой автомобиль и уезжает. Дальше я не могу проследить маршрут. По сути, он может увезти ее куда угодно. Мне остается только гадать.

– Сука! – снова рычу я, и с размаху ударяю кулаком о стену. На костяшках появляются ссадины.

Выхожу из серверной. Ищу “друга”. В отеле его, конечно же, нет. Затем спускаюсь в холл. Дочь спит, уютно устроившись в руках бабушки. Та же с надеждой смотрит на меня.

– Где Антон? – спрашиваю ее я.

– Не знаю, – она качает головой. – Ты что, намекаешь на то, что это он похитил Сашу.

– Я не намекаю. Я прямо говорю. Только что видел все своими глазами. – Так где он может быть? – снова задаю свой вопрос.

– У родителей, возможно, – оживляется женщина. – Хотя, они такие милые люди, что вряд ли позволили бы сыну держать кого-то в доме против воли. Это исключено, Руслан.

– Хорошо. Может, есть еще какие-то места, где можно спрятаться?! Склады, сараи? Соберитесь, Галина Степановна, это очень важно!

– В детстве они часто играли в заброшенном доме в лесу, но я там даже не помню когда была в последний раз, вряд ли смогу показать дорогу.

– Значит найдите того, кто сможет, пока мы наведаемся к родственникам вашего зятя.

Саша

Антон кормит меня и уходит. Позже возвращается вечером.

Жду того, что снова накинется, залезет под платье или еще хуже, но муж игнорирует меня. Делает все молча, потом опять заставляет есть. С ложки кормит. И я ем. Не хочу сдохнуть здесь.

Я вообще умирать не хочу. Мне бы только продержаться… Руслан уедет, меня отпустят (так я поняла со слов Антона), но только для того, чтобы снова взять в плен, но уже в собственном доме.

Ближе к обеду следующего дня (это по моим ощущениям) мужчины снова возвращаются. Тимофей вскрывает пленку на коробочке с тестом на беременность. Достает полоску и передает ее Антону.

– На. Помоги ей.

Муж недовольно вырывает полосочку из рук подельника. Подходит ко мне. Я боюсь даже представить, как мы будем это делать!

Мои руки до сих пор связаны, мне кажется, я уже даже не чувствую их, хотя вчера вечером Антон немного ослабил путы, и даже принес мне старое ватное одеяло, чтобы мне не пришлось снова спать на грязном полу. Хотя от этого я, в общем-то, все равно не перестала быть его личной комнатной собачкой.

Вопреки ожиданиям, он развязывает мне руки. Плечи ужасно ноют, когда я завожу их вперед. Запястья тоже саднят, и первое за что я принимаюсь – растираю их закостеневшими пальцами.

– Без глупостей, – Антон протягивает мне тест.

– Отвернись, – только и говорю я, глядя ему прямо в глаза.

– Чего я там не видел, – рыкает он, но мою просьбу все же исполняет.

Я сама опасаюсь того, что увижу там. У меня было время поразмыслить, и теперь я точно понимаю, что последние дни меня мутило вовсе не от стресса, хотя и его в моей жизни было достаточно.

Я будто оказалась в не смешном фильме. Драме, которую никогда бы не хотелось ощутить на собственной шкуре.

– Ну что там? – в нетерпении спрашивает муж.

– Нужно подождать несколько минут, – отзываюсь я, хотя вторая полоска начинает проявляться прямо на моих глазах.

– Если ты окажешься беременной – мы сделаем аборт. Тащить еще одного отпрыска Катаева я не собираюсь, – рассказывает Антон, пока у меня внутри собирается паника.

Я и не подумаю избавляться от малыша. И никто меня не заставит. Ребенок не должен платиться собственной жизнью за мои ошибки.

– Ну что там у Вас? – Тимофей возвращается в дом за результатом.

Муж смотрит на меня, а я прижимаю тест к груди. Его лицо искажается злобой, потому что он прекрасно понял все по моему жесту, разглядывать полоску на наличие второй линии теперь нет никакой необходимости.

– Сука! – лишь изрекает он. Чувствую, что муж начинает снова терять контроль над собой.

– Тихо! – вдруг обращает на себя внимание друг Руслана. – Кто-то по лесу идет, слышите?!

Я не слышу, но решаю воспользоваться шансом. Хуже, чем есть все равно не будет.

– Помогите! – кричу я, что есть мочи, но ее не так уж и много.

Этого оказывается достаточно для того, чтобы Антон за шаг добежал о меня и зажал рот ладонью.

– Молчи! Молчи! – цедит он.

Тимофей выбегает из домика в лес. Я очень надеюсь, что там охотники, которые с удовольствием пристрелят его вместо какого-нибудь дикого кабана.

Мои уши заложило. Шумовая завеса не дает возможности услышать что происходит за дверью, но Антон точно в курсе, потому что не отпускает, потому что сжимает меня все сильнее. Мне кажется вот-вот, и я потеряю сознание от недостатка кислорода.

Дверь распахивается совершенно внезапно. Я ожидаю увидеть там Тимофея, потому что в чудесные спасения не верю. Я не в сказке, чтобы решить, что охотникам будет до меня хоть какое-то дело.

Каждый норовит спасти собственную шкуру, а богач из Москвы, помимо всего прочего, может предложить им приличную по здешним меркам сумму за молчание.

Мне кажется, я схожу с ума, когда на пороге домика лесника замирает до боли знакомая фигура. В лучах света, что падают сзади, Руслан кажется ангелом во плоти, который спустился на грешную землю, чтобы спасти меня.

Скорее всего, я уже просто потеряла сознание, верно? Он не мог прийти за мной. Не стал бы искать. Зачем ему ничего не значащая шлюха, вроде меня?! Послушное постельное развлечение, такое же как тысячи других?!

Я абсолютно точно не стою его времени, не стою того, чтобы мой Руслан пришел за мной.