Часть 11

Большой каменный стол с множеством бумаг и писем на нём, следом за ним окно с закрытыми тяжёлыми тёмными занавесями. По краям вдоль стен тянулись высокие шкафы, сплошь забитые книгами. Толстыми и очень толстыми, старыми и очень старыми, в кожаных переплётах и с какими-то непонятными тусклыми символами.

Всё не так уж и плохо, правда? Вот только вместо ножек у каменного стола были два каменных дракона, на передних лапах и крыльях держащие столешницу. Спинки деревянных стульев были увиты витиеватой резьбой каких-то жутких монстров. Светильники на стенах были в виде летучих мышей, что в лапах держали большие светящиеся шарики. На стене справа висела большая мрачная картина, на которой кто-то большой и рогатый разрывал пасть кому-то тоже рогатому, но маленькому.

Жуть!

В этом месте было жутко настолько, что я против воли поближе придвинулась к Аяру, опасливо оглядываясь по сторонам.

Темно и мрачно, как-то гнетуще… А ещё в воздухе ощутимо пульсировала магия. Её пульс был чистым, ровным и сильным. Я и сама не поняла, в какой момент начала прислушиваться, отодвинув весь остальной мир на задний план.

Тук-тук. Тук-тук.

В ритм магии едва ощутимо дрожала и вся комната.

Тук-тук. Тук-тук.

Громче и сильнее.

Тук-тук-тук.

Магия почувствовала моё присутствие и её ритм начал ощутимо ускоряться. Я и не поняла, в какой момент начала мелко раскачиваться, подстраиваясь под неё.

Тук-тук-тук-тук! Тук-тук-тук-тук!

Этот стук был где-то внутри меня, раздавался в самой голове, заставляя моё собственное сердце стучать быстрее…

— Вика! — Резкий оклик заставил дёрнуться и вернуться с небес на землю.

Непонимающе моргнув, я с трудом сфокусировала взгляд на слегка обеспокоенном лице Аяра. Мужчина стоял, крепко держа меня за плечи, и, присев, заглядывал мне в глаза.

Это поразило настолько, что я как-то совсем неосознанно удивленно у него спросила:

— Ты что делаешь?

— Подумываю о том, чтобы тебя выпороть! — Раздражённо просветил эор.

Шумно выдохнул, опустил руки, выпрямился и встал рядом со мной, позволяя увидеть того, кому, наверно, и принадлежал кабинет.

Ещё один обладатель жутких глаз. Только у этого они не светились, они просто были полностью чёрными. Как два уголька. Чёрные же волосы в высоком хвосте, спадающие до плеч. Лицо с немного резкими, какими-то хищными и кажущимися опасными чертами, наигранно-ласковая улыбка на тонких губах, насмешливый взгляд и чуть приподнятая, будто в издевке, чёрная бровь.

За наигранной беспечностью скрывалась сила. Она пульсировала в такт магии в кабинете, клубилась вокруг него тёмно-серым туманом и едва ощутимо пахла крепким табаком.

Сила чувствовалась в каждом его движении. Сила, уверенность и могущество. Не такое, возможно, как у Аяра, но будоражащее что-то глубоко внутри, вызывающее панический ужас и желание сбежать и спрятаться.

Он стоял, прислонившись к своему каменному столу, сложив крепкие руки на груди не столь внушительной, как у Аяра, но тоже весьма пугающей своими размерами.

— За что выпороть? — Смотря на незнакомца, тихо спросила я у эора.

И пусть говорили мы на моём родном русском языке, под внимательным взглядом жуткого незнакомца я всё равно залилась краской смущения.

— За то, что взламываешь чужие охранные заклинания. Нельзя так делать.

Как маленькой заявил! Возмущённо фыркнув, я сначала решила на это не отвечать, а потом передумала:

— Откуда же я знала, что это охранные заклинания? И вообще, я не виновата в том, что они так легко взламываются!

Вот после этого Аяр повернулся ко мне всем своим внушительным корпусом и наградил крайне мрачным взглядом. Вот прямо очень мрачным. Таким, что мне впору испугаться было. Ещё и взгляд молчаливого мужчины, скользящий то по мне, то по Аяру.

— А они легко и не взламываются, — посчитал эор своим долгом доложить мне со звенящим раздражением, — настроенные как раз на магов Смерти, они бы с лёгкостью тебя уничтожили.

Тут уж я к нему резко обернулась, глядя снизу вверх широко распахнутыми от удивления и испуга глазами, но наглый Аяр решил не удовлетворять моё любопытство: обаятельно мне улыбнулся и отвернулся, уделив всё своё внимание терпеливо ждущему хозяину кабинета.

Возмущённое «Откуда я знала?!» и «Оно само!» уже было готово сорваться с губ, но я сдержалась, пообещав себе вернуться к этому разговору вечером. И там обязательно будет присутствовать фраза «Предупреждать надо!».

Повернувшись к хозяину кабинета, я виновато улыбнулась под его насмешливым взглядом.

— Какой интересный у тебя маг Смерти. — Хмыкнул он на их странном языке, который я не знаю, как понимала. — Это ради неё ты перешагнул через собственную гордость?

Я как-то сразу после этой фразы поняла, что перед нами тот самый ректор академии, в которой мне теперь придётся учиться. Признаться, не таким я его себе представляла.

— Смотри, чтобы не пришлось переступать через твоё бездыханное тело. — Улыбнулся в ответ эор Аяр.

Улыбнулся, да, а я искренне удивилась, что вот так вот можно улыбаться. Холодно, с достоинством и превосходством и умело скрытой угрозой.

Акар улыбнулся ему точно также.

Сразу понятно, что этих двоих многое связывает, причём уже давно. Не удивлюсь, если всё началось ещё в детстве, когда два несмышленых мальчишки мерились лопатками в песочнице. Или чем тут мериться принято?

— Вика, — обратился Аяр ко мне, не сводя при этом взгляда со своего давнего знакомого, — ректор Акар введёт тебя в курс дела. Постарайся никуда не влипать, хорошо?

А дальше, повернувшись, уже на русском и исключительно для меня:

— Хотя, можешь влипать, я вытащу. Только давай как-нибудь осторожно, договорились?

Я послушно кивнула, потому что просто не знала, что на это можно ответить. Аяр улыбнулся в ответ, подступил ближе, поцеловал меня в лоб и, не прощаясь, исчез в портале.

А я и жуткий ректор остались, причем теперь всё его внимание было уделено исключительно мне.

Честно признаться, находиться с этим существом один на один было довольно-таки жутковато. Настолько, что от его цепкого взгляда у меня по коже ползли перепуганные мурашки, а сердце начало стучать в разы медленнее, будто боялось, что его услышат и найдут.

— Так вот как выглядят айрины, ради которых эоры совершают грандиозные глупости? — Я даже не знаю, для кого, собственно, эта фраза предназначалась.

Такое чувство, будто он сам с собой сейчас разговаривал, пристально меня рассматривая.

— Я не айрина, — решила поведать ему зачем-то.

— А я не эор, — спокойно отозвался черноглазый, — садись.

И указал мне на одно из двух глубоких кресел, что стояли перед столом. Пройти и сесть, ничего сложного, верно? Если бы сам хозяин кабинета не стоял сейчас как раз между креслами, вольготно прислонившись к каменному столу.

Я помедлила, переводя взгляд с него на указанную мебель и обратно, но мужчина, будто не понимая моих намёков, продолжил стоять на месте, чуть улыбаясь и с насмешкой во взгляде на меня поглядывая.

— Да мне и тут хорошо, — поведала ему в конце концов.

Мужик улыбнулся. Так одновременно хитро, насмешливо и ласково — словом, жутко очень. А потом мне вновь приказали, только в этот раз уже как-то угрожающе:

— Садись.

Садиться, да и в принципе к нему подходить было страшновато, но я всё же уговорила себя, помня о просьбе Аяра влипать в неприятности осторожно.

К тому же, стоило мне осторожно опуститься в кресло, неосознанно вжавшись в его спинку, как ректор тут же, хмыкнув, оттолкнулся от стола, обошёл его и занял место с той стороны.

Заданный им вопрос прозвучал уже более серьёзно и официально:

— На кого желаете поступить?

Вариант «не поступать вообще» не рассматривался, поэтому я просто пожала плечами:

— А какие варианты?

Мужик, который не эор, но такой же жуткий, сверкнул непроглядно чёрными глазами и несколько жестко ответил:

— С магией Смерти в крови? Боевая магия с уклоном в некромантию.

Мамочка моя! Мне вот сразу после этих слов совсем плохо стало! И ладно, плевать на боевую магию, я по большей части даже не представляю, что это, но некромантия?! Где я и где некромантия? Там же трупы! Много трупов, которых мне — что? Оживлять придётся? Вскрывать?!

Меня затошнило от одной только мысли об этом. Такой вкусный завтрак, приятно до этого гревший мой желудок, некультурно попросился обратно.

— А нельзя что-нибудь более… безобидное? — Спросила я без надежды, потому что по холодному взгляду ректора уже и так всё было понятно.

Подтверждая это, он непримиримо приговорил:

— Боевая некромантия.

Не знаю, то ли у меня выражение лица было очень страдающим, то ли я опять побледнела, но мужик почему-то сжалился, вздохнул, поджал губы и нехотя пояснил:

— На всех других направлениях вам не будет предоставлен необходимый уровень самоконтроля, а некромантия и боевая магия к тому же гарантируют понимание ценности жизни. Думаю, вопрос на этом можно считать закрытым?

Пришлось рассеяно кивнуть, ещё очень плохо переваривая мысль «Я стану боевым некромантом». Так, подумаю об этом позже!

— К сожалению, зачислить вас на первый курс я не могу, — но в голосе не было ни капли сожаления.

— Почему? — Мне действительно интересно было.

— Недостающий уровень самоконтроля. На первом курсе боевой некромантии изучают в основном теорию, на втором азы некромантии, не выходящие за третий уровень, на третьем — азы боевой магии, также не выходящие за пределы третьего уровня, а уже на четвёртом идёт глубокое изучение себя и своих пределов. Поэтому академия зачисляет вас на четвёртый курс Боевой Некромантии.

С этими словами в его руке появилось пушистое перо, а на столе — длинный золотистый свиток, внизу которого ректор и поставил свою размашистую подпись. Легко и спокойно, возможно, навсегда перечёркивая мою жизнь.

Я так и сидела, застыв от потрясения, и не сразу заметила, что свиток вместе с пером завис в воздухе прямо у меня перед носом.

— Мне тоже расписываться надо? — Хрипло выдохнула я, сжимая ладони на коленях.

— Нет, — вопреки логике, отрицательно качнул головой Акар, — во всех необходимых местах Верховный за вас уже расписался. И да, он имеет на это право. Просто хотел, чтобы вы лично в этом убедились.

А дальше всё лучше и лучше!

Глава 12

Свиток самолично скрутился прямо в воздухе и исчез вместе с пером. Я и моё нервное потрясение остались, внимательно на меня смотрящий ректор, к сожалению, тоже.

— Очень здорово, — проговорила я совсем не радостно, — и что дальше?

А дальше мне протянули цепочку. Ну, как протянули… она просто взлетела с каменного стола, подлетела и зависла у меня перед лицом. Пришлось взять, невольно поёжившись от исходящего от неё холода.

Холодным был не просто металл, из которого был сделан слабо мерцающий наконечник в виде какого-то крылатого животного, обнимающего холодный синий камень. Холод шёл от самой этой штуки. Такой, что у меня мгновенно заледенела кровь в жилах, сердце практически перестало биться, а дыхание сбилось и стало прерывистым.

— Что это? — С шумом выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от мерцающего будто бы сильнее синего камня.

А ещё на какой-то краткий миг мне вдруг показалось, что я слышу сердцебиение. Далёкое, совсем тихое, слабое, но…

— Эксперимент. — Загадочно отозвался ректор, вынуждая меня бросить на него вопросительный взгляд. — Привыкайте, адептка, теперь вас частенько будут втягивать в разного рода эксперименты. Вы, кстати, хоть представляете, во что вляпались?

Представлялось плохо, но отвечать я не стала. Однако же для мужчины и моё молчание стало отличным ответом. Он усмехнулся, совсем безрадостно, неодобрительно покачал головой и почему-то решил рассказать:

— Убив вас, Верховный избавил бы и себя, и вас от многих проблем. Зафиксированных нами случаев передачи магии Смерти не было никогда, и это вам первый эксперимент. С вашей помощью Совет, та его часть, что смирилась и согласилась с решением Верховного, собирается проверять работоспособность своих разработок. Так, например, мы уже выяснили, что попросту последние десять лет посылали Ищеек во все уголки мира, наивно полагая, что маги Смерти их не чувствуют. Думаю, уже вечером вам придётся проверять большинство представителей нашего мира, выясняя, кого же маги Смерти не смогут почувствовать. Искренне надеюсь, что это будут не ароэ — их физически невозможно натаскать до уровня Ищеек.

Я вообще мало что понимала, если честно. Какой-то Совет, о котором я уже что-то слышала, Верховный… Верховный, нужно полагать, это Аяр, раз и подписи за меня поставил, и жизнь мою сохранил. Кто такие ароэ — я вообще даже представления не имела. Но всё равно напряжённо вслушивалась в каждое слово, краем сознания думая о том, что эор Аяр мне рассказывать ничего не захотел.

— Повезло вам лишь в том, — продолжал ректор, — что Верховный заинтересован в сохранности вашей жизни. А так бы вас уже давно заперли в темнице и проводили опыты, выясняя, каким же способом лучше всего убивать магов Смерти.

Ох как! Да, очень хорошо, что Аяр был заинтересован в сохранности моей жизни! Это было просто-таки замечательно и вообще чудесно!

Акар после своих слов ещё более внимательно на меня посмотрел, будто чего-то ожидая. Смотрел-смотрел, а в итоге хмыкнул и с одобрением заметил:

— Даже не побледнели. Хотите совет?

Я уже ничего не хотела, но всё равно кивнула. Во-первых, могла что-то полезное услышать. А во-вторых, мне его, кажется, всё равно бы озвучили.

— Держитесь Верховного, — совершенно серьёзно проговорил мужчина, — он — ваш единственный гарант безопасности. Занимательные, к слову, у вас клинки.

Я тоже про них подумала, а после слов ректора неосознанно опустила взгляд и коснулась одного из них рукой. Какое-то смутное подозрение зашевелилось на уровне солнечного сплетения, его я и озвучила:

— Это же не обычные клинки, верно?

Ответом мне была кривая улыбка и загадочное:

— У Верховного нет ничего обычного. Идите, адептка. Ирэа проведёт для вас экскурсию. В двадцать шесть орэ у четвёртых курсов утренние тренировки, жду вас на тренировочном полигоне.

Кто-нибудь что-нибудь понял?

— Ага, — кивнула я заторможено, относя себя к тем самым, кто ничего не понял, — ну, я пошла?

— Бумаги не забудьте, — протянул мне ректор те самые, что надо было не забыть.

Осторожно их взял, я покрепче сжала в руке экспериментальный кулон, который тоже не пойми для чего мне вообще дали, поднялась и поспешила скрыться с глаз ректора.

Вышло не сразу, дверь отказывалась открываться. Я её дёрнула — она меня проигнорировала. Я на неё навалилась, она меня вновь проигнорировала. А потом щелкнула сразу после тяжелого вздоха ректора и открылась сама, выпуская меня, наконец, из кабинета с мрачной обстановкой.

Когда дверь за моей спиной закрылась, мне даже дышать проще стало. Вот я и дышала, старательно пытаясь успокоиться, когда услышала понимающий улыбающийся женский голос:

— Совсем запугал, да?

Дёрнувшись от неожиданности, я невольно подалась назад, не сразу заметив сидящую в небольшой приёмной за деревянным столом девушку.

Миленькую такую, даже красивую. С рогами, правда, но да все мы неидеальны. А у неё действительно были рога! Красивые такие, крепкие, закручивающиеся назад! И цвет у них был тоже очень красивый, чёрно-алый, переливающийся, прямо как и волосы, ровные и густые, резко обрывающиеся ровными концами у самых тоненьких плеч.

Эта… даже не знаю кто вся была красивой и хрупкой на вид, на кукла, но куклу с потрохами выдавали глаза. Изумрудно-зелёные, красивой кошачьей формы, окруженные пушистыми чёрными ресничками, они выдавали в серьёзной сосредоточенной женщине ту ещё плутовку. Её глаза буквально сияли хитростью и коварством, скользя по окружающему пространству и против ведома своей хозяйки решая, чего бы такого сегодня напакостничать.

— Да нет, — осторожно отозвалась я, отходя от ректорской двери, — а вы, случайно, не Ирэа?

— Случайно нет. Ирэей я стала очень даже запланировано.

Неожиданно. Решила на это никак не реагировать, уже успев понять, что тут все слегка ненормальные. Подойдя ближе к столу секретаря, как надо понимать, осторожно протянула ей стопочку чёрных листов.

— Мне сказали, что вы проведёте мне экскурсию.

Листки забрали, но на них даже не взглянули, прожигая меня пристальным жутким взглядом. Жуткие ненормальные глаза — ещё одна фишка здешних жителей.

— Кто это вам сказал?

— Ректор.

А кто, собственно, ещё сказать мог, если я из его кабинета вышла? Но это всё мысленно, конечно же, внешне же я сделала очень грустное выражение лица, хотя там даже и стараться не пришлось. И вот тогда в этой Ирэа проснулось чисто женское любопытство.

Сжав бумаги в руках покрепче, она подалась ближе, устроившись фактически лёжа на столе, и заговорщическим шепотом спросила:

— Куда зачислил?

В общем, какие бы рога ты не имела, каким бы дурным не был твой характер, уже из глаз светящийся, женскую сущность не подавит ничто.

— Боевая некромантия, — со скорбным вдохом призналась я.

— Ого! — Удивленно-испуганно воскликнула она, правда, шепотом.

— На четвёртый курс, — ещё более скорбно добавила я, опуская голову.

— Кахэш! — Шепот вышел ещё тише, но зато эмоциональнее.

Понятия не имею, что было сказано, но слово явно причислялось к ругательным. Решила на всякий случай запомнить.

— Бедный ребёнок! — Неодобрительно покачала головой рогатая девушка, поднимаясь из-за своего рабочего места. — Ладно, пошли уж!

Я и пошла, вот только идти пришлось недалеко — ровно до входной двери, которая при нашем приближении открылась сама. Будь я на месте рогатой девушки, мне бы обязательно прилетело по носу, но она не растерялась, вскинула руку и ловко остановила дверь, вцепившись в неё тонкими пальцами с длинными чёрными ногтями.

— Страх потерял?! — Прошипела она тут же.

Меня натурально передёрнуло от такого вопроса. Растерявшись в первое мгновение, я не сразу поняла, к чему, собственно, был вопрос. Но всё разъяснилось, когда из почему-то тёмного коридора в приёмную уверенно шагнул парень.

Тёмная кожа, тёмная форма с каким-то странным серебряным символом посередине, тёмные же глаза и отчётливые клыки, сверкнувшие, когда вошедший обаятельно улыбнулся.

Про чрезмерно высокий рост и пугающе развитую комплекцию ничего говорить не буду, потому как уже научилась и это принимать, как данность. Просто ещё одна фишка этого мира. Жуткие глаза и нечеловеческие размеры.

— Что вы, маррэ, — нахально отозвалось заявившееся нечто, — только что вас нашёл!

Как это мило. Особенно, когда маррэ — знать бы ещё, что это значит — обольстительно нахалу улыбнулась. Так очаровательно, соблазнительно даже, что я бы сама поверила и растаяла от такой улыбки, если бы не видела её руку, только что ногтями продырявившую деревянную дверь. Тихо и спокойно.

— Ты сейчас себе неприятностей найдёшь, Лэм. Выкладывай, что надо, и проваливай, пока я опять не засела за изменение протокола академии.

Опять?!

Лэм в ответ на слова девушки только лишь беззаботно рассмеялся, явно не восприняв угрозу всерьёз.

— Ваш любимый раздел, обращение с адептами? — Уточнил он с улыбкой на губах.

— Он, родимый, — заверила очаровательная рогатая дамочка, — так мне за ним идти или сам сбегаешь?

— Да успокойтесь, — вскинул парень обе руки в примирительном жесте, вновь радостно улыбаясь, — сегодня я не по вашу душу, я к ректору.

— О, — явно обрадовалась Ирэа, посторонившись и пропуская парня внутрь, — он как раз не в духе. Проходи-проходи!

Он бы, может, и прошёл, если бы в самый неподходящий момент вдруг не увидел меня. Знаете, это сильный удар по твоему собственному достоинству, когда радостный и улыбчивый парень при виде тебя заметно бледнеет, а его улыбка сходит на нет. Обидно, да. Я с трудом сдержала желание поправить волосы.

— Раха мне в душу, — потрясённо пробормотал он, широко распахнутыми не пойми отчего глазами на меня взирая, — ты ещё что такое?

Очень приятно, спасибо.

Ответить я просто не успела. Парень, на вид которому я больше двадцати трёх и не дала бы, опустил взгляд ниже и увидел скрывающий меня чёрный плащ. Я думала, побледнеть сильнее уже нельзя, но незнакомец наглядно продемонстрировал, насколько сильно я ошибалась.

— Айрина Верховного? — Со священным ужасом вопросил он и даже почему-то на шаг отступил.

Так. Очень интересно.

— Она, — хмыкнула Ирэа, насмешливо глядя на бледного парня.

Мне вот смешно не было, прямо как и ему.

— И что это значит? — Я невольно подалась ближе к нему, желая услышать ответ.

И пусть не надеется, что я поверю в ответ «ничего». С «ничего» так не пугаются!

— Это значит, что ты…вы в полной…

— Адепт Лэм! — От громкого грозного окрика мы с парнем подпрыгнули одновременно, повернули головы и воззрились на застывшего каменным изваянием в дверях своего кабинета ректора. Он же смотрел только на Лэма, у него же ледяным тоном и поинтересовался: — Вы что-то хотели?

Парень уже ничего не хотел, но всё равно кивнул и скрылся в кабинете ректора. Сам глава академии наградил меня и своего секретаря нечитаемыми взглядами и молча удалился прочь.

— Что происходит? — Прошептала я очень тихо, боясь оторвать взгляд от закрывшейся двери.

— Тебе лучше не знать, — прошептала в ответ Ирэа.

Звучало очень жизнерадостно и вообще многообещающе.

Дальше было хуже.