Глава 17

Утром я проснулась счастливой. Наверное, такое впервые за мою взрослую жизнь. Никаких больше сомнений и переживаний по поводу непонятной и скоропалительной свадьбы в моей голове не возникло. Только приятные воспоминания о прошедшей ночи. Всё было гораздо лучше, чем во снах. В сновидениях Алекс выглядел довольно странно, похожий на демона, а тут – обычный человек.

Учуяв приятный знакомый запах, я повернула голову и увидела букет белых роз рядом на тумбе. Приподнявшись, вдохнула их аромат глубже и с блаженной улыбкой бухнулась обратно на подушку. Нет, всё-таки я сплю. Всё слишком хорошо, чтобы быть реальностью. Лучше не надо об этом думать, буду наслаждаться, пока сон не прекратился.

Самого Алекса рядом не было. Либо снова умчался на работу, либо… я потянулась в кровати как кошечка. Предвкушая, что скорей всего найду мужа на кухне, поднялась и, быстро накинув халат, вышла из спальни.

Так и есть! Ещё спускаясь по лестнице, я слышала громкое пение мужа, доносящееся с первого этажа, и наслаждалась вкусными запахами готовящейся еды. Увидев его опять полуобнажённого, хлопочущего у плиты и при этом ещё и поющего, я не смогла сдержать улыбки. “Человек поёт, когда счастлив”, – не помню где я слышала эту фразу, но Алекс выглядел именно таким. 

– Уже проснулась, любимая. Довольно рано. Я намеревался принести тебе завтрак в постель, – произнёс он, опять увидев меня в отражении чайника.

– Сегодня понедельник. В рабочие дни всегда просыпаюсь в шесть утра, сила привычки. Да и не надо завтрака в постель, это лишнее. Цветов вполне достаточно, – ответила я, подходя к нему ближе.

Повинуясь порыву, потянулась, чтобы поцеловать, но он остановил:

– Подожди, – отставил шкворчащую сковороду подальше от нас и, выключив плиту, сам притянул меня к себе. – Вот теперь можно.

Коротким поцелуем я не отделалась. Сама не поняла, как вдруг оказалась сидящей на столешнице и обнимающей мужа всеми конечностями, подобно спруту. Страстные поцелуи Алекса перешли на мою шею, постепенно спускаясь ниже и всё больше распахивая халат.

– Может лучше в спальню поднимемся? А то здесь нас могут увидеть, – беспокойно произнесла я, взглядом ища наличие видеокамеры по углам под потолком, и одновременно поправляя халат. К счастью не нашла. 

– Не бойся, сейчас все спят, даже охранник, – усмехнувшись, ответил он и снова впился в мои губы поцелуем.        

– Завтрак уже готов?! – прервал нас громкий, недовольный голос Ольги. 

Я и Алекс сначала от неожиданности замерли. Затем муж спросил меня:

– Ты что-то слышала?

Сделав вид, что прислушиваюсь, я наигранно ответила:

– Кажется, муха жужжала.

Кузина ещё выше повысив тон, заявила:

– Так меня будут в этом доме кормить, или нет?!

Алекс тоже, слегка повернув голову, показал, что слушает, затем, посмотрев на меня, улыбнувшись, проговорил:

– Нет, это не муха, это комар. 

Мы оба засмеялись и опять принялись целоваться.

– Ну вообще, ни стыда, ни совести, – проворчала сестрица, со скрипом по кафельному полу отодвигая стул. – Ладно! Сама поем, раз в этом доме нет никакого уважения к гостям!

Ольга, демонстративно фыркнув, прошла мимо нас и, взяв сковороду с плиты, не забыв прихватить вилку из кухонного ящика, вернулась к столу.

Просто поражаюсь её наглости. Другая на её месте давно бы ушла, по крайней мере с кухни. Но нет! Ведь это же Ольга! Не понимаю, на что она рассчитывает? Скорей всего хочет досадить нам своим присутствием. Всё просто – сама не ам и другим не дам.

Сестрёнка намеренно громко скоблина вилкой по сковороде, а я и Алекс упорно делали вид, что её здесь нет. Не знаю, сколько этот фарс ещё мог продолжаться, но к счастью, к нам на выручку пришла Анечка.

– Доброе утро, – пробасила женщина-гоблин, проходя мимо.

– Доброе, – хором ответили я и муж, перестав целоваться.

– Ты рано сегодня, – обратился Алекс к бабушкиной сиделке.

– Нинель изъявила желание провести утренние омолаживающие процедуры. Готовится к приезду ваших родственников.

– Что? – удивился он. – Когда они должны приехать?

– Вроде завтра, – ответила гоблин и отправилась дальше.

– Почему я об этом только сейчас узнаю? – продолжил интересоваться Алекс, с ноткой недовольства в голосе.

– Спросите об этом свою бабку, – проговорила женщина на ходу, махнув при этом своей мощной ручищей.

Мне стало очень любопытно: какие такие омолаживающие процедуры будет получать старушка? И заодно узнать подробнее про приезд родственников. Мне ведь тоже следовало бы подготовиться к знакомству с ними.

– Подождите! – остановила я сиделку Нинель и слегка оттолкнула от себя мужа. После спрыгнув со столешницы и на ходу приводя себя в порядок, я подошла к ней, проговорив: – Простите, Анна… – нарочно сделала паузу, чтобы она добавила отчество.

– Анечка – моё полное имя, – поправила гоблин. – Анечка Генриховна Чувырла.

Я на секунду зависла, а Ольга засмеявшись, поперхнулась, так как жевала в этот момент. Алекс быстро среагировал: наполнил стакан водой и подал моей кузине.

Отпив немного, сестрёнка проглотила пищу, прокашлялась и, продолжив смеяться, произнесла:

– Впервые вижу, как фамилия полностью соответствует её носительнице.

Не выдержав, я слегка развернулась и сквозь зубы сделала родственнице замечание:

– Прикрой свой рот. – Вернув внимание к женщине, уже тише произнесла: – Извините.

– Всё в порядке, – поспешила успокоить меня гоблин. – Я давно привыкла, что все смеются надо мной.

Мне стало немного обидно за Анечку. Она ведь не виновата, что такой родилась. Хоть и выглядит грозной, но глаза у неё добрые. С Ольгой всё наоборот: природа щедро наградила её внешностью, но вот душа… Справедливость должна проявить себя, хотя бы сегодня.

Приблизившись к сиделке, я заговорщическим шёпотом предложила:

– Можете наказать обидчицу, разрешаю.

Анечка, довольно улыбнувшись, обнажила свои крупные зубы с торчащими клыками, чем вновь напомнила настоящего гоблина из фэнтезийного фильма. У меня невольно затряслись поджилки и даже стало жаль сестру, поэтому добавила: – Только не переусердствуйте, пожалуйста. Достаточно выставить её из этого дома.

Женщина согласно кивнула и направилась к Ольге.

Увидев рядом с собой здоровую фигуру гоблина, кузина на пару секунд потеряла дар речи. Затем быстро взяла себя в руки и с издёвкой в голосе поинтересовалась:

– Чего тебе, Чувырла? Съесть меня хочешь?

– Ядовитыми змеями не питаюсь, – ответила Анечка и, схватив Ольгу за подмышки, резко подняла со стула и завалила себе на плечо, как проделывала это с Нинель.

– А-а-а-а-а-а-а! Что происходит?! – вопила сестра, дрыгая ногами, пока гоблин несла её к выходу. – Соня! Алекс! Спасите меня!

Мы даже не пытались сдержаться, чтобы не смеяться. Так комично выглядело испуганное лицо Ольги, как будто её и правда сейчас унесут и съедят.

Гоблин со своей ношей скрылась из виду, и вскоре крики о помощи сменились угрозами. Вернулась Анечка уже одна. С довольной улыбкой она отправилась на лестницу, чтобы заняться своими непосредственными обязанностями.

– Теперь можем подняться наверх, – томно произнёс Алекс, приобняв меня за талию и прижав к себе.

Раздался стук по двери и последовали приглушённые Ольгины крики:

– Верните мои вещи!

Тяжело вздохнув, я высвободилась из объятий мужа и пошла за сумкой сестры. Сначала хотела сбросить ей поклажу с балкона, но решила, что это будет слишком унизительно даже для неё. Её и так хорошо проучили, пусть хоть сейчас уедет с достоинством. К тому же сестрёнка уже успокоилась и, забрав у меня из рук сумку, гордо задрав свой хорошенький носик, села в приехавшее такси.

Перед тем, как уйти к себе в спальню, где наверняка меня ждёт Алекс, я захотела для начала навестить Нинель. Всё-таки разобрало меня любопытство о её омоложении. Как сто двадцати двух летнюю старушку можно омолодить? Тем более прикованную к постели.

Только я подошла к её комнате и подняла руку, чтобы постучаться, как вдруг услышала голос мужа.

– Не сейчас. У нас только всё наладилось. Боюсь её напугать.

Моя рука застыла в воздухе, поняв, что речь похоже идёт про меня.

– Чем дольше будешь утаивать правду, тем хуже. Она всё равно узнает, уже догадывается. Так пусть узнает это от тебя.

Внутри меня всё похолодело. Догадываюсь? О чём? Может зайти и прямо спросить? Пусть сейчас расскажет то, что скрывает! Собралась было с духом, чтобы без стука открыть дверь, но что-то удерживало. Страх? Вдруг мне действительно не понравится правда? И что тогда? Собрать свои вещи и уйти? Или делать вид, что меня всё устраивает? Эх, так и знала, что радужный сон быстро закончится. Всё правильно, эйфория не бывает долгой. Видимо я не создана для этого. Семейное счастье не для меня. Мой удел быть гордой одиночкой.

Пока я мучилась в сомнениях, разговор внука с бабкой продолжался:

– Зачем ты пригласила родственников?

– Да они меня замучили! Каждый день названивают и требуют познакомить с твоей женой. Пусть уже приедут и успокоятся.

– Ещё рано. Я должен её подготовить.

– Так готовь уже, начни прямо сейчас.

А что не так с его родственниками? Почему меня надо готовить? Загадок всё больше и больше. Я нервно стала кусать ногти, а думала, что избавилась от этой вредной привычки. Что происходит? Куда я попала? Так и не решившись войти и потребовать объяснений, я, как можно тише ступая по лестнице вниз, вернулась в свою спальню. Легла на кровать и, обняв подушку, продолжила размышлять:

«Ему придётся всё объяснить. Пора прекратить эти тайны.»

Почему-то в глубине души я понимала, что всё знаю, просто боюсь принять это, как данность. Что-то во мне сопротивляется. Может гордость?

Услышав, как в спальню вошёл Алекс, я даже не повернулась к нему. Так и продолжала лежать, обнимая подушку.

– Софи, что с тобой? – его горячая ладонь легла мне на спину, опять вызывая во мне предательские мурашки.

Но почему его близость так действует на меня? Колдун он что ли? Закрыв глаза, я вспомнила его странный облик из моих снов. Может поэтому снился мне в облике демона? Надо бы хорошо обследовать его дом: посетить чердак и подвал. Вдруг найду какие-нибудь магические штуки или пентаграммы? Да что это со мной? Неужели стала верить в этот бред?!

– Софи, – опять обратился ко мне муж, склонившись к моему уху.

Его бархатный голос, казалось, проник в каждую клеточку моего тела, вызывая ответную дрожь. Ужасно сильно захотелось повернуться к нему и, обхватив шею руками, притянуть к себе! И в тот же момент обида на то, что он что-то от меня скрывает, не позволяет поддаться этому порыву.

– Мне немного нездоровится, – выдавила я из себя. – Хочу немного полежать.

Алекс убрал с моей спины ладонь и, немного помолчав, спросил:

– Ты расстроилась из-за Ольги?

– Из-за неё тоже.

– Что значит тоже?

– М-м-м-м, – недовольно промычала я, уткнувшись лицом в подушку. – Просто оставь меня, хочу побыть одна.

– Хорошо. Я уеду на работу, когда вернусь, надеюсь, ты будешь в лучшем расположении духа. А пока, оставлю тебе карту: съезди за покупками, развейся. Трать сколько хочешь, не стесняйся. Завтра прибудут мои родные, не хочу, чтобы они решили, что я скуплюсь для своей жены.

– Так тебя это беспокоит? Как воспримут меня твои родственники? – спросила я, приподнявшись с подушки. – Или всё же, как приму их я?

Мне показалось, что в его глазах мелькнул страх. Или не показалось? Взяв его за руку, я как можно мягче поинтересовалась:

– Что происходит, Алекс? Что ты от меня скрываешь?

– Ты действительно переволновалась, тебе надо отдохнуть, – улыбнулся он, но вот только не выглядел при этом искренним. – Прогуляйся по магазинам.

Он ушёл, а на тумбочке рядом со мной блестела платиновая карточка…