Глава 9

Ратмир

– Маленькая сучка! – долбанул я кулаком в колонну, к которой еще минуту назад прижимал принцессу. Злость и неудовлетворенность, что играли в крови с тех пор, как с ней связался, не давали покоя.

– Малы-ы-ыш, ну куда ты пропал? – обычно забавлявшая меня близняшка, непонятно какая, сейчас неимоверно раздражала, и единственное желание было – отмахнуться от нее, как от назойливой мухи.

Сначала я так и собирался сделать, но, поняв, что глупая принцесса чуть не заставила меня изменить планы, притянул девчонку к себе, прижимая так же, как еще недавно Мадину. Нужно было внушить себе то, во что я всегда верил: одна девчонка всегда может заменить другую. И совсем неважно, что вместо близняшки в своей голове я представлял принцессу, и целовал со всей страстью тоже ее…

Ничья так ничья. Они обе хотели получить выигрыш, и я им дал то, чего они так просили. Это всего лишь тело и механические движения, не задевающие душу. Девчонки тащились от моих мускулов и не переставая гладили и целовали меня, что в конце концов завело.

Но секс не дал ожидаемого удовлетворения, и даже то, что на этот раз в нем участвовали обе сестрички, не ослабило моего напряжения.

Трахал их, а думал о чертовой принцессе… Ненормальный извращенец. Думал о том, как бы вела себя она во время секса. Изгибалась бы, стонала или просто лежала, позволяя себя ласкать?

Возможно, я зашел слишком далеко, и мне следует отстать от принцессы, пока она не стала моей одержимостью? Слишком уж часто она начала посещать мои мысли, что было недопустимо! Не хватало мне только увлечься такой дешевкой!

Мараться о нее – себя не уважать!

– Привет, пропащий! В кои-то веки застаю тебя дома! – упал рядом на диван брат.

– Сам-то ты что тут делаешь?! – не отвлекаясь от игры, в которую рубился, усмехнулся я, выкидывая из головы все мысли про принцессу. – Разве ты не должен быть в ресторане?

– Должен, но заехал переодеться, – ответил брат, беря в руки второй джойстик. – Сыграем?

– Конечно! – с удивлением кивнул я, перезапуская гонки на двоих игроков.

– На самом деле я хотел поговорить с тобой о случившемся…

– И что же случилось? – спросил я, пытаясь сделать вид, что не понимаю, о чем речь. С тех пор как я вернулся из того жуткого лагеря, я только и видел вину в глазах брата.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я… Я же вижу, как ты изменился. Если бы я знал, что задумал отец, никогда бы не допустил подобного…

– Неужели? Разве кто-то смеет противиться его воле? – зло откидывая джойстик и выключая телик, прошипел я. Меня злило даже упоминание о наказании, которому подверг меня этот чертов садист.

– Брат, успокойся, – Омар похлопал меня по плечу и насильно усадил на диван. – Давай ты расскажешь? Станет легче. Я хочу понять, что так изменило тебя.

– Ничего там не было такого, – огрызнулся я, глядя в пол, – обычная армейская жизнь. Ранний подъем, физподготовка, жизнь по уставу…

– От обычной физподготовки не приезжают постаревшим на пять лет, – хмуро сказал брат, не сдаваясь.

Вот зачем он в это лезет? Зачем бередит душу?

– Ты преувеличиваешь, со мной всё в порядке!

– Вижу я твое всё в порядке! Брат, да ты не просыхая пьешь, куришь, девки эти дешевые… – скривился он, качая головой.

– Будешь поучать меня, папочка? – усмехнулся, глядя на него с недовольством.

– Я о тебе забочусь, болван ты такой! – рассердился брат, хлопая себя по колену. – Мне не всё равно. Я хочу, чтобы ты учился и заботился о своем будущем.

– Если хочешь получить искупление, то без проблем, – пожал я плечами, – я тебя прощаю за то, что не помешал отцу. Можешь спать спокойно.

– Какой же ты упрямый и твердолобый! Порой я понимаю отца! С тобой не договориться! Почему ты держишься особняком, брат? Что мы тебе сделали?

– Встаешь на его сторону? – посмотрел я на него исподлобья, задетый за живое. Значит, понимает отца…

– Просто попытайся встать на его сторону, Рат! От тебя не требовалось ничего такого. Просто участвовать в мероприятиях, не позорить честь семьи. Разве тебе не нравился футбол? Ты же стал капитаном. А зачем подвел танцевальную команду? Не вышел на сцену. Ты не дал повода гордиться собой. Что отцу оставалось делать? Я думал, что это принесет пользу… Этот лагерь. Уже потом узнал, что он из себя представляет…

– Слушай, Омар, выбирай невесту, женись и поучай своего сына! – взорвался я, придя в бешенство оттого, что он снова напоминает о моих громких провалах, приведших отца к решению направить меня в тот ад на земле.

Брат ни за что не должен узнать, что со мной там сделали, как издевались, кем обзывали. Разбудили ночью и вытащили на берег реки. Та ночь, ее непроглядная темень, так и стояли перед глазами.

Они прыгали вокруг меня и считали своим долгом нанести как можно более весомый удар. Не люди, звери. Порождения дьявола, которым нравится унижать. Они от этого приходили в экстаз. Потом развели костер, угрожали сжечь меня, повесить на дереве, выколоть глаза, выжечь клеймо на языке, но так и не добились того, чтобы я умолял о пощаде…

Их тогда разогнали, всё же в этом месте имелась охрана, меня отправили в лазарет, но там я пробыл два дня, потом тычки и насмешки возобновились. Эти нелюди не хотели сдаваться. Надо было присягнуть их главному, но я не мог пойти против самого себя и вызвал его на бой.

Он меня чуть не убил, сломал пару ребер, измочалил до полумертвого состояния, но я всё равно победил. Хотя мне не принесло это удовлетворения, просто парни отстали от меня, занимаясь переменами в своей иерархии, а мне на память остались кошмары.

Но что из этого расскажешь Омару? Правильному мальчику с манерами и покорным отношением к отцу? Как объяснишь, что обозлился настолько, что готов вымещать злость на глупой девчонке, из-за которой всё и случилось. Стоит подумать о ее выходке, и злость набирает обороты.

Нет, малышка, я от тебя не отстану. Ты ляжешь под меня без всяких там условий, сама, и, возможно, ночные кошмары перестанут меня изводить.

Мадина

– Мы собираемся отметить день рождения Андрея в клубе, – позвонила Рида вечером того же дня. – Будет несколько близких друзей и Ника. Слышала, вы неплохо сдружились.

– Да, она прикольная, – согласилась я. – И про день рождения я помню, – брякнула я не подумав.

– Отлично! Тогда встречаемся завтра? – воодушевилась кузина, совершенно не задетая моим неуместным комментарием. Не стоило напоминать о том, что я знаю ее мужа ближе, чем стоило бы.

– Мама ни за что меня не отпустит… – вздохнула я, мимоходом продолжая убираться после ужина.

– А дядя?

– Уехал в командировку.

– Так это же отлично! Главное, что нет дяди! Скажи тете, что собираешься на семейные посиделки!

– Не думаю…

– Я даже заеду за тобой! Вернее, мы заедем! Заговорим тетю и вызволим тебя из дома! – довольным тоном заявила она.

– Кто ты и куда ты дела мою вечно застенчивую сестру?! – засмеялась я, удивляясь переменам, произошедшим в ней за какие-то полгода.

– Она выросла и стала другим человеком! – захихикала она в ответ. – Жди меня вечером! Развлечемся!

Завершив разговор, я приступила к мытью посуды, не понимая даже, хочу ли я идти в этот клуб. Мне было так плохо после случая в боулинге, что я до сих пор не пришла в себя. Злость и разочарование в самой себе разъедали душу, и я чувствовала такую пустоту, что моим единственным желанием было спрятаться от всего мира. Не хотелось ни в универ, ни в клуб. А стоило представить, что завтра меня снова ждет очередное унизительное желание от мажора… Мне даже жить не хотелось! Ратмир буквально высосал из меня желание жизни! Каждый день напоминал какой-то непрекращающийся кошмар, где он выступал в качестве палача.

Теперь мне постоянно казалось, что он выскочит из-за угла или напишет мне сообщение, в котором заставит выполнять приказы. А еще тот чертов поцелуй, который почти случился! Неужели я его хотела? У меня что, стокгольмский синдром жертвы? Как можно хотеть поцеловать этого гадкого мажора, который путается со всеми девками в радиусе метра от него? Должно быть, простуда совсем отбила мне мозги.

***

– Ты чего такая грустная? – заметила Ника мое состояние, присев ко мне на диванчик в клубе. Все остальные уже веселились и танцевали, одна я никак не могла поднять себе настроение, варясь в своих безрадостных мыслях. В любой другой день я была бы безмерно рада тому, что мне удалось выбраться из дома.

– Я всё еще продолжаю болеть, – попыталась я объяснить, даже носом для достоверности шмыгнула, но на этот раз Ника не поверила.

– Я давно заметила, что тебя что-то беспокоит, – доверительно сказала она мне, – ты постоянно оглядываешься, как будто чего-то боишься. Что в университете, что здесь. Ты же не можешь постоянно «болеть». Так что расскажи, что случилось, вдруг я смогу помочь.

– Я боюсь не чего-то, а кого-то, – вздохнула я, почувствовав непреодолимое желание кому-то довериться. Во мне скопилось столько злости, что она грозилась разорвать меня на мелкие клочки. – Я совершила одну глупую ошибку, за которую приходится расплачиваться.

Нет, я не смогу ей рассказать. Это слишком постыдная правда. Такое даже не проговорить вслух.

– Продолжай, – поторопила она меня, еще не подозревая, что не услышит ничего интересного и конкретного.

– Прости, Ника, я зря завела этот разговор. Я не могу тебе ничего сказать, это моя ошибка и вина, ты мне ничем не сможешь помочь.

– Не доверяешь мне? Боишься, что я кому-то разболтаю? – обиделась она.

– Нет, ты что? Просто я надеюсь, что ситуация скоро разрешится. Но большое тебе спасибо, что хотела помочь, это для меня очень ценно, – искренне поблагодарила я ее. – Не обижайся, пожалуйста. Я никому об этом не рассказывала, даже Риде.

– О чем болтаете? И почему не танцуете? – она появилась возле нас и схватила за руки. – Вы же сюда не киснуть пришли! Пойдемте скорее на танцпол!

Танцевать совсем не хотелось, но и обижать сестру – тоже. Пришлось пойти.

Его взгляд я почувствовала на расстоянии, как будто знала, что он обязательно сюда придет. Страх забился в горле, руки задрожали, кожа словно покрылась инеем. Я совсем перестала соображать, и если бы меня о чем-то спросили, не смогла бы ответить ни слова. Мне будто вкололи укол с паралитиком, вообще не понимала, как делаю вид, что ничего такого не происходит. Надо не дать понять Нике, что моя нервозность связана с Ратмиром.

Он пришел с каким-то другом, и они находились возле барной стойки. Хамзатов сразу стал накидываться спиртным, и казалось, что его друг недоволен, потому что они спорили и парень даже пытался отобрать бутылку от Ратмира. Клуб был небольшой, здесь не было никакой возможности спрятаться, поэтому я твердо решила уйти. Нельзя мне сталкиваться с ним. С него станется придумать какую-нибудь гадость и унизить меня перед друзьями. Тем более когда он налакается спиртного.

И я бы, возможно, благополучно ушла, но в этот момент Ника решила обновить наши напитки и пошла в сторону барной стойки. Я даже не поняла, что случилось, просто услышала возмущения Ратмира и его друга. Когда приблизилась, оказалось, что Ника пролила на белую рубашку парня розовый коктейль. Кто вообще ходит в клуб в белой рубашке? Пришел бы в черной футболке и синих джинсах, как Хамзатов, не пришлось бы возмущаться.

– У тебя где глаза, малахольная? – рычал парень, нависая над Никой. – Ты испортила мою рубашку!

– Ты удивишься, но я заметила! – фыркнула Ника, и не думая извиняться. – Не надо устраивать драму.

– Ты знаешь, сколько она стоит?

– Сколько? – вмешалась я, доставая кошелек из сумочки. – Я заплачу за рубашку.

Не могла я оставаться в стороне, когда нападали на ту, которая проявила ко мне такое участие.

– Вот еще! Платить! – запротестовала Ника.

Ратмир с живым интересом наблюдал за этой сценой, растягивая губы в гадкой ухмылке. Ему же нравится, когда унижают, мерзавец!

– Сомневаюсь, Халид, что у официантки есть такая сумма, – заметил он как бы невзначай, обращаясь к своему другу.

Что он задумал? Ледяной пот прошиб меня с ног до головы.

– Официантки? – растерялась Ника.

– Могу ошибаться, но вроде бы я вчера ее видел в боулинге. Пиво разносила и мусор убирала.

– Ты обознался! – ехидно сказала я, захлебываясь гневом. – Алкоголь плохо действует на мозг, если ты не знал!

– А что так плохо действует на твои манеры? – оскалился он в ответ и спрыгнул со стула, оказавшись рядом. – Девушка провинилась. Могла бы хоть извиниться ради приличия.

– Извинениями он явно не удовлетворится! – заявила я, понимая, что речь давно не о рубашке и коктейле.

– Если хорошо попросить, кто знает… – пожал он плечами, обшаривая жадным взглядом мою фигуру в обтягивающем черном платье. И зачем я такое надела?

– Мадина, пойдем! Я не буду извиняться перед этими хамами! – заявила Ника и уволокла меня на наше место. – Это он? – не церемонясь спросила она меня, едва мы сели на диванчик.

– Кто – он? – попыталась отвертеться я, хотя было понятно, что Ника слишком проницательна, чтобы не разгадать меня.

– Тот, из-за которого ты в таком напряжении. Дело в Ратмире? Подожди-ка! Ты ведь заперла его тогда! Рида рассказывала мне про случай на конкурсе.

– Пожалуйста, не говори Риде! – тут же схватив ее за руки, взмолилась я. Я прекрасно знала, что сделает кузина, если узнает, что у меня проблемы из-за них с Андреем. Муж сестры попытается разобраться с гадом, и правда о нас с ним всплывет, ведь Ратмир не станет прогибаться под Андрея.

– Я-то не скажу, но ты должна что-то сделать! – возмутилась она. – Что такого он вытворяет, что ты так его боишься?

– У него есть одно видео, где ясно, что мы с Андреем встречались и это я должна была сбежать с ним из дома. Придурок хочет, чтобы я исполняла его желания, – вздохнула я, униженно опуская голову.

– Какие такие желания?! – возмутилась подруга.

– Разные. Вчера, например, я прислуживала ему в боулинге, – призналась я.

– Вот гад!

– Еще какой! Хуже всего то, что я не могу просто послать его. Если отец узнает, он вышлет меня на родину к тетке, жизнь с которой будет хуже ада!

– Да уж, Рида рассказывала мне про нее, – снова вздохнула Ника, бросая злые взгляды на всё еще продолжающего нажираться мажора и его друга. – Не понимаю, почему у вас такие дикие правила? Мы же живем в двадцать первом веке!

– Понятия чести никогда не изменятся, в каком бы веке мы ни жили, – горько прошептала я. – Для отца незапятнанная репутация – это всё. Если кто-то узнает о том, что его дочь собиралась сбежать из дома с парнем, а тем более с сыном от русской любовницы…

– Средневековье какое-то! Сын любовницы! Глядите, какая беда! – фыркнула она.

Я была с ней согласна, но не мною придуманы все эти правила, устоявшиеся в нашем обществе.

– У нас еще терпимо, некоторым девочкам даже из дома не позволяют выходить, не говоря уже об учебе.

– М-да уж, а я еще сетовала на свое бедственное положение. Лучше уж работать и пытаться пробиться, являясь хозяйкой своей жизни, чем жить в такой золотой клетке.

Ратмир

– Нет, ты это видел? Эти русские девки не знают, что такое уважение к мужчинам! – продолжал сетовать Халид, пока я глушил алкоголь под его недовольным взглядом. Приятель был за здоровый образ жизни и редко выпивал.

– Наши, знаешь ли, тоже не отличаются тихим нравом, – вспомнил я про нахальство одной маленькой штучки. Разложить бы ее прямо на столе, за которым она сейчас сидела…

– Можно с вами познакомиться, мальчики? – подошла к нам какая-то размалеванная блондинка, сверкая пьяными зовущими глазами.

– Конечно, красотка, падай! – кивнул я на свободный стул справа от себя.

Хорошая, готовая на всё девка – то, что надо после такого количества выпитого. Да и отвлечет от принцессы, которая самым наглым образом заявилась в ночной клуб после своих громких заявлений о том, что за каждым ее шагом строго следят дома и не выпускают вечером.

– Как насчет того, чтобы уединиться в ВИП-кабинке? Возьму с тебя совсем недорого, – скользнула она рукой мне на пах, и только тут я понял, что девушка-то, оказывается, профессионалка.

– Я не плачу за секс, – усмехнулся я, поворачивая голову в ее сторону и окидывая внимательным взглядом. Девчонка оказалась старше, чем я думал изначально. Грудь третьего размера так и норовила выпрыгнуть из открытого платья, да и ножки были что надо.

– С таким размером неудивительно, – хихикнула она пьяно, продолжая ласкать меня рукой, отчего я завелся и затвердел. Хотя стояк и так не проходил после нашей стычки с принцессой. – Бьюсь об заклад, это тебе приплачивают…

– Мальчики, сделаем друг другу хорошо, и оплата не понадобится, – предложила девка, призывно выгибая грудь и лаская пальцами меня и Халида по бицепсам. Его аж перекорежило, а я был вовсе не против забыться с ней, правда, без присутствия третьего. Который точно не горел желанием присоединиться.

– Исчезни, – шикнул он блондинке и толкнул ее, на что она надула губы.

– Фу, как грубо, я же могу и обидеться.

Халид отвернулся и сложил руки на груди, не удостаивая ее ответом и всем видом показывая, как ему противно.

– Ты тоже правильный мальчик? – глупо хихикнула девка, продолжая липнуть ко мне.

– Я? Ничуть, – рассмеялся я, подтягивая ее к себе и щипая за задницу. – Пойдем докажу?

Сказав это, повернул голову в сторону, ища взглядом свою обманщицу. То, что я увидел, заставило вскипеть в жилах кровь. Она общалась с Андреем и Ридой. Улыбаясь обоим так, будто не мечтала владеть чужим мужем.

А ее сестра в курсе, какая она врушка? Может, она крутится возле них, чтобы снова затянуть бывшего в свои сети? Рида, конечно, милашка, но по сравнению с Мадиной всё же простовата. Ни один парень, глядя на черные кудри принцессы и ее влажные глаза с пышными ресницами, не сможет и думать о другой. И еще это чертово платье, которое обтянуло ее стройную фигуру с выпуклыми, где надо, формами…

– Так мы идем? – заканючила рядом девка противным голосом.

Черт, я уже и забыл о ней. Мозги вышибает одна маленькая дрянь.

Надо заставить блондинистую шлюшку замолчать. И я точно знаю, что для этого нужно.

– Рат, – сухо сказал Халид, подзывая меня.

– Передумал? – промурлыкала блондинка, повиснув у меня на плече.

Он даже не думал отвечать ей, включив полный игнор, будто девки не существует, и обращался только ко мне.

– Ты уверен? Давай просто посидим и пообщаемся. Мы же для этого сюда пришли.

Друг ошибался. Разговоры мне сейчас были ни к чему. Алкоголь и беспорядочный секс помогали забыться, а отключить мозги – это то, что доктор прописал. Взяв с бара бутылку, я опрокинул ее в рот, чувствуя приближение приятного тумана в голове. Кайф.

Всё лучше моих привычных кошмаров и воспоминаний, которые, по идее, должны становиться реже, а они, наоборот, участились и даже наяву преследовали меня, возвращая в тот чертов лагерь.

Халиду не понять. Он примерный сын, капитан команды по футболу, моей команды, членство в которой я профукал из-за своего буйного нрава. Он бы никогда не поступил, как я в тот день, когда бросил команду и заслужил удаление с поля и отмену матча. Халид придерживался четкого плана во всем и легко следовал правилам.

И случайных связей, как я, он бы тоже не допустил.

– Не скучай, познакомься с кем-то, здесь полно классных девчонок, они как раз любят розовое, – пошутил я, намекая на пятно от коктейля, которое продолжало украшать его белую рубашку.

– Черт, – выругался он, пальцами отлепляя от себя влажную ткань. – Пойду в туалет, попробую постирать рубашку и высушить ее.

Он глянул в сторону девчонки, подруги Мадины, которая опрокинула на него коктейль. Кулаки Халида сжались, а на скулах заиграли желваки. Наверняка выстраивал в голове планы мести. По крайней мере, заставить девчонку выстирать его рубашку было бы нелишним.

– Валяй, – кивнул я ему, направляясь в сторону зоны чилаута.

Небольшое помещение с низким потолком, подсвеченное красными и фиолетовыми лампами, тонуло в полумраке. К счастью, там никого не было. Не очень-то хотелось перепиха в туалете. Неудобно, да и воняет. Низкий диванчик куда лучше подойдет для наших с блондой целей.

– Здесь нет дверей, я стесняюсь, – начала протестовать девка, поняв, куда я ее веду.

– Ты хотела тройничок, а сама теперь стесняешься тех, кто может случайно заглянуть на огонек? Поверь, они сразу уйдут, если увидят, чем мы занимаемся. Сейчас тут никого нет, – оглядывался я, подталкивая ее к дивану и кидая на него.

Она тут же перевернулась, встала раком и подставила мне свою попку, оголяя ягодицы с полоской красных стрингов. Ничего себе картинка, но заводила не очень. Какая бы девка ни готова была мне отдаться, насытиться и угомонить своих демонов я не мог. Даже с двумя не получилось, куда уж одной справиться с этой задачей?

Хотя для сброса пара пойдет. Жаль, что она блондинка.

Вот была бы брюнетка, со спины мог бы принять ее за принцессу.

Чертова капризная сука. Одна мысль о ней – и я почувствовал, что готов к подвигам.

– Не могу ждать, – простонала блондинка, крутя задницей и облизывая губы.

– Терпеливых всегда ждет награда, большая награда, – ответил я ей на призыв.

Достав резинку, я повернулся к выходу спиной и расстегнул ширинку, раскатав презик по стволу, подтянул к себе девку за бедра и, сдвинув в сторону клочок ткани, вошел в нее одним уверенным движением.

– Да-а-а-а-а! – тут же пропищала она, отвлекая, на что шлепнул ее по ягодице, потребовав молчать. Не любил, когда девки строили из себя порно-актрис, стоны – одно, но эти их преувеличенно восторженные выкрики всегда подбешивали своей ненатуральностью.

– Вот ведь сука! – прошипел я себе под нос, понимая, что с таким же успехом мог бы просто подрочить в туалете, а не дрючить эту вполне себе симпатичную девку. Дело было не в ней, а в принцессе, которая ошивалась поблизости, не давая получить мне желанного удовольствия. Что-то сидевшее внутри меня твердило, что с ней всё происходящее было бы чем-то бо́льшим, чем просто механикой, и она смогла бы лишить меня разума настолько, чтобы я хотя бы на время забыл об одолевающих меня демонах…