19 глава. Паша/Аня

Паша

Скинув всю одежду с нижним бельем, занырнул в бассейн, проплыл под водой и вынырнул в середине. А мой воробушек стоит и мнется, не решается.

– Иди ко мне.

– Я… немного побаиваюсь. Там очень глубоко? – спросила, кусая свои пухлые губки. Чудная… самое интересное, что она такая и есть.

– Я тебя поймаю. – и подплыл ближе к бортику. – Снимай футболку и трусики. – увидел, как ее лицо при последних словах изменилось, сказал. – Аня, только не начинай, снимай все.

Ничего не ответила, только глаза опустила и одним движением сняла футболку, прижав ее к груди.

– Отвернись.

– Не понял?

– Я стесняюсь.

Я еле сдержал улыбку.

– Ань… я видел тебя всю, и не один раз. Мы возвращаемся к началу?

– Это другое, отвернись… ты меня смущаешь.

Полный пиздец. Я отвернулся, слышу ее негромкие шаги и легкий всплеск воды.

– Ой… мамочки… – пискнула она.

Развернулся, подхватил, притянув к своему телу. А она тут же обвила своими руками, держась за меня как за спасательный круг. Обнял за тонкую талию.

– Ну что, трусиха моя, поплыли?

– Я не очень умею. – замялась.

– Так я умею, ты держись только за мою шею.

– Хорошо. – последовала в ответ.

Лег на воду, поплыл кролем на спине. Аня вытянула ноги, держалась за шею и улыбалась. Доплыл до бортика, остановился, придерживая ее.

– Ну что… покажешь, как умеешь на воде держаться?

Она прикусила губу и ответила:

– Я только в детстве на море была. И только у берега в воде барахталась.

– Ну, значит, будем учиться плавать. Никогда не поздно начать учиться. Сегодня попробуем вместе. Давай, сделаем так. Смотри, я сейчас лягу на спину, а ты ложись так, чтобы голова была на моем животе, а тело между моих раздвинутых ног. Я буду работать руками, а ты ногами. Ногами барахтать умеешь в воде?

Она стала показывать.

– Да, вот так. Только более плавно, тогда у тебя волна пойдет, а не беспорядочные брызги.

Я лег на воду спиной, она на меня, и мы поплыли. Не сразу, но на втором круге стало получаться и она стала кричать, перекрикивая шум воды:

– У меня получается… смотри… волна получается.

Нет, я бы другой женщины и не захотел. Все в ней мне нравится, вся ее непосредственность. Остановился, сгруппировавшись, подтянул свою пловчиху к себе. Вытер ее лицо от воды и потекшей косметики, образовавшей черные круги вокруг глаз. Я улыбался, глядя на то, как она наслаждается простыми радостями жизни. Напрягаю память, но что-то уже и не помню, с кем я вот так мог разделить радость, разве что, только с мамой. Но мама – это другое. Аня что-то щебечет, барахтая ногами в воде, а я любуюсь ею и не слышу, что говорит. Вдруг она замолчала и стала серьезной. Спустя пару секунд говорит мне:

– Мне хорошо… с тобой. А хочешь, я тебе кофе приготовлю. Вроде в прошлый раз тебе понравилось, как я готовлю, эм… ну, если ты не соврал, конечно.

– Хм… решила откупиться простым кофе? Нет, малышка… не выйдет, но сама идея мне нравится. Двигай попку к бортику.

Вышли из бассейна и под душ, ополоснулись. Я обтер нас обоих, отбросил полотенце и сказал:

– Пойдем, хочу тебе кое-что показать.

Аня

– Что показать? – заинтересовалась я.

А он взял меня за руку и повел по дому, мы шли обнаженные. Это так… волнительно, все время хочется прикрыться. Зашли в спальню, он остановился и спросил, повернувшись ко мне лицом:

– Скажи, Аня, ты мне доверяешь?

– Эм… очень хочу… тебе доверять…

– Хорошо, маленькая моя, будем учиться доверять. Но ты должна помнить, что бояться тебе нечего, больно я тебе никогда не сделаю.

– Да… я знаю, что не сделаешь, ты другой… лично для меня, поэтому и хочу тебе доверять.

– Хорошо, давай завяжем глазки, а когда войдем в комнату, в которую я тебя отведу, снимем.

Я кивнула головой в знак согласия. Он принес повязку белого цвета и повязал мне ее, закрепив на затылке. Взял меня за запястье и повел куда-то.

– Еще немного, все, стой так… мы на месте. Эту комнату я проектировал, конечно, на заказ. Дома, в моем поместье, такая же, но только больше. Ни одна женщина не перешагнула порог этой комнаты, ты первая. Ты, Аня, во многом первая.

Почувствовала как он приблизился настолько близко к моему лицу, что я уловила его дыхание.

– Моя маленькая девочка… я знаю, что нам будет очень хорошо вместе, и ты это знаешь. Скажи мне, что ты будешь слушаться меня в этой комнате во всем, чтобы я тебе ни сказал.

– Ты меня пугаешь…

– Не правда Аня… это вовсе не испуг – это возбуждение, я его чувствую. И ты прекрасно знаешь, что я ничего насильно с тобой не сделаю. Я требовательный – это да… но насильно женщин не беру. – он провел большим пальцем по моему уже торчащему соску, вызвав приятные ощущения.

– Предлагаю снять повязку и познакомить тебя с этой комнатой, – он обошел меня со спины и перед тем, как ее развязать, сказал:

– Ты сейчас не задаешь вопросов, а слушаешь и слушаешься. – и только после этого снял повязку.

У меня перехватило дыхание от увиденного. Везде отражалась я, на стенах сплошь зеркала… Боже, и даже на потолке. Глаза бегают по комнате, стала вертеть головой. Паша держал меня за плечи, немного прислонив к себе, я чувствовала его напряженный член, что касался моих ягодиц.

– Аня, смотри перед собой… посмотри, какая ты красивая. Знаешь, как ты действуешь на меня? – сделав движение бедрами, чтобы я прочувствовала его вставший член, который и без того хорошо ощущаю. – Ты красивая. – он говорил и водил руками по моему телу, начиная с шеи, опустившись на грудь, провел по соскам. – Посмотри, как твое тело реагирует на мои прикосновения, а ведь я еще и не начинал. Тебе холодно?

Прочистив свое горло, я ответила:

– Нет.

– У тебя все тело в мурашках, уже не раз замечаю его реакцию. Ты такая темпераментная. Хочу, чтобы ты сегодня не зажималась и дала волю чувствам на сто процентов, а не на восемьдесят, как ты это делаешь. Ты сделаешь это для меня, мм… Аня? – его руки плавно переместились к моим бедрам. – Смотри на меня в зеркало.

И я заворожено смотрю, как он пошло проник средним пальцем между моих половых губ.

– Аня, я тебе что сказал?

Я подняла голову, смотрю на него и чувствую давление его пальца на мой клитор. Мои мысли стали путаться, я задышала, он как будто включил какую-то кнопку, известную только ему. Смотрю на него растерянно через зеркало.

– Я спросил, ты сделаешь это для меня? Отдашься чувствам на сто процентов?

Я кивнула.

– Скажи мне вслух.

– Да…

– Умница – девочка, умница. Хочу, чтобы ты видела, как я буду тебя трахать. – он снова надавил мне на клитор, у меня сбилось дыхания. Другой рукой он стал сжимать и оттягивать мой сосок, я издала легкий стон.

– Смотри в зеркало, малышка, смотри. Везде только мы и никого больше. Мы с тобой в этой комнате главные, и будем получать удовольствие по максимуму. – говорил и кусал меня в шею до боли, следя за мной через зеркало. Мне нравится, что он делает со мной.

– Ммм… – из моего горла только и срывались стоны, когда он надавливал мне на клитор или сжимал его двумя пальцами.

Паша взял меня на руки, поднес к какому-то сооружению. С потолка свисало три цепи, к той, что посередине, пристегнул мои запястья. Две цепи были длиннее и с мягким кольцом на конце каждой. Поочередно просунул мои ноги, зафиксировал мягкие кольца в коленях. Все делал молча, сосредоточено, иногда посматривал на меня. А я наблюдала с интересом и меня это совсем не пугало, наверное, потому что со мной это делал Паша. Он обошел сзади и наблюдал в зеркало. А я смотрела, как он взял за один конец и, потянув вниз, защелкнул фиксатор. В это время мои ноги подтянулись максимально вверх, раскрывая всю меня для него. Это было так откровенно и так сексуально-развратно. Когда Паша зафиксировал свое приспособление, то сжал сзади мои ягодицы сильнее обычного, стал их мять и говорить со мной, глядя на меня. Я была настолько доступна и раскрыта, что он без труда мог прикоснуться ко всем моим интимным местам.

– Смотри на себя, Аня. – он переместил с ягодицы свою руку, и снизу провел пальцами по моей промежности

– А-а-а-а… Паша…

– Все хорошо, малышка. Ты очень чувственная, просто безумно и такая мокрая… бля… ты мне срываешь все предохранители. Не сдерживайся, будь собой…

Мое сердце сейчас выпрыгнет из груди, а он снова водит по промежности и, как специально, задевает чувствительный клитор.

– А-а-а-а… ах…

– Очень мокрая сладкая девочка. – и он подносит мокрые пальцы в моих соках к моему рту и спрашивает:

– Аня, ты пробовала свой вкус? Скажи.

– Не…нет… – не могу даже дышать, так вся накалена.

– Ты сладкая… открой ротик, попробуй.

Я даже не могу ему сопротивляться… наверное потому, что сама этого не хочу и покорно открываю рот.

– Высунь свой язык и оближи… да, малышка, ты послушная, моя маленькая девочка, а теперь возьми их в рот и соси… Ммм… черт, Аня… – вырывает из моего рта свои пальцы, чувствую себя опьяненной.

Паша впивается в мой рот, рыча, стягивая до боли мою косу, и мне нравится, как пошло он меня целует, облизывает по животному мои губы и язык, а я развязно стону ему в рот и чувствую, как теку. Не только я на него так действую, но он тоже со мной что-то такое делает, что я забываю с ним обо всем и обо всех. Оторвался от моих губ, опустился на колени передо мной и провел языком по моим складочкам и клитору.

– Ма… а-а-а-а… Паша… Паша… – закричала я.

А он как не слышит меня, вылизывает меня грубо, впиваясь жестко своим ртом в мою промежность. Он бы и не стал по-другому, только так, мой Паук. Пальцами трахает мою текущую дырочку, а язык выписывает на моем клиторе влажный танец, мучительный и такой прекрасный.

– Паша, я сейчас умру хватит… хватит…

Не слышит меня или не хочет слышать, продолжает, не отрываясь, мучить мой клитор, всасывает губами, чуть покусывая, а потом снова вылизывает языком и трахает меня пальцами.

– Паша… А-а-а-а-а-а…-а-а-а-а… а-а-а!!!!

Я кончала и кричала на разрыв аорты, как мне показалось, и разрыдалась в конце, мне так стало хорошо, как освободилась от чего-то. Стало так легко, так невесомо. Слышу, как Паша встал с колен, освободил меня от фиксаторов, взял на руки и понес к какому-то столу. Посадил к себе лицом, вытирая слезы и приговаривая как ребенку:

– Вот так, моя девочка, вот так. Никогда не сдерживайся, никогда, маленькая моя. – и вновь впился жарким поцелуем, насытившись, оторвался от моих губ. – Все, маленькая, сейчас еще разок кончишь. Постарайся, детка, для меня.

Развернул меня спиной к себе, я уперлась руками в стол, Паша развел мои ноги и вложил в специальные выемки для колен. Я почувствовала как он одним плавным движением вошел весь, и приказал мне:

– Смотри в зеркало. Хочу, чтобы ты видела, как я тебя трахаю. Давай, мне нужны твои глаза, маленькая… страсть твою хочу, тебе понравится, я точно знаю.

Он стал двигаться, нет не плавно, толчками, жестко впечатываясь в меня и подрыкивая. После третьего толчка у меня пошла волна горячих ощущений. Паша впечатывался так, что слышны были шлепки его бедер по моим ягодицам. Мне было хорошо, именно вот так, грубо, с его рычанием, которое было музыкой для моих ушей.

– А-а-а… ах… Паша… сильней… – сама не поверила в то, что это я сказала вслух.

– Моя… девочка… моя… – пошлые и влажные шлепки и мои стоны были слышны на всю зеркальную комнату. Я уже себя не слышала. Все смешалось – его рычание, мои стоны, пошлые чавкающие звуки. Запах секса витал по всей комнате. Тело Паши бугрилось, каждая мышца была в напряжение, он ускорился, не давая мне передышки. Наши потные тела блестели в зеркалах. Мы кончили практически одновременно. Я как рыба, выброшенная на берег, прохрипела, кончая, закатывая глаза от наслаждения, а Паша выругался, сливаясь со мной, подтянул меня, прижав к своему телу, и зафиксировал за горло. Не выходя из меня, выстреливая в лоно густой и теплой спермой, которая чуть позже стекла по моим бедрам.

– Маленький мой воробушек… – это его «маленький мой воробушек» было произнесено так… в этом был большой смысл, и я его поняла. Мой Паук… я отняла его руку от своего горла и поцеловала ее, а затем прижалась к его ладони.

– Не испугалась?

– Нет.

– Хорошо. Я сразу понял, что ты моя. Иди ко мне, я тебя помою в ванной. Ты же не собираешься на мне спать? – спрашивает он меня, пока несет в ванную. – Потому что, если ты и сегодня на мне заснешь, будем считать это уже семейной традицией.

Запрокинув голову, я засмеялась:

– Я не специально.

– Вообще, я рассчитываю на кофе. Ты сказала, что очень вкусный кофе варишь.

Открыл ногой дверь в ванную комнату, поставил меня на ноги и начал настраивать воду.

– Я не говорила, что я варю вкусный, не ври.

– Не вру.

– Врешь. Я предложила: будешь или нет. Если тебе понравился, то могу сварить.

– Серьезно? Не помню такого. Иди ко мне, и не вздумай на мне уснуть…