Глава 17. Оля. Реальность

Не зная, поздороваться, или идти мимо, застываю рядом с собакой.

Но Казанцев уже отбрасывает железки в сторону. Широкая улыбка озаряет волевое лицо, показывая ямочку. Черная борцовка обтягивает гладкие мускулы и плоский живот. Узкие джинсы, сбитая набок капитанка — я осторожно сглатываю и чувствую, как сердце против воли начинает биться быстрее.

— Оля! Какой сюрприз! — свешивается с кормы он.

— Привет, — смущенно поднимаю руку в знак приветствия.

Даже не знаю, отчего он меня смущает. Вроде стреляный воробей, замужем была, измену и покушение мужа пережила, а тут покраснела из-за какой-то ямочки на щеке.

— Это та самая собака, которую ты должна была забрать у грумера?

— Она самая.

— А я как раз про тебя думал, — улыбается мне Денис во все тридцать два белоснежных зуба. — Погода наладилась, думаю, пришла пора искать старушку. А ты сама меня нашла.

— Я не искала. Честное слово!

— Да ладно тебе. Поднимайся в гости, — зовет он. В ореховых глазах искрится веселье.

Мне не очень хочется подниматься на яхту. Одно дело просто поздороваться, и совсем другое — оказаться на территории когда-то любимого мужчины.

— Ну, же, Оля, — продолжает заманивать Казанцев. — У меня в холодильнике есть прохладный «Швепс».

Заметив неуверенность в моих глазах, отбрасывает канат в сторону и опирается на корму мощными руками.

— Постой, ты боишься? — мелькает изумление в его взгляде.

— А если да? — продолжая мяться у мостика, неловко усмехаюсь я.

— Жена, конечно, от меня сбежала пару лет назад, но это совсем не значит, что я синяя борода.

— Ты был женат?

В груди против воли вспыхивает колкая ревность.

— Был.

— А дети есть?

— Сын.

— Счастливый. А почему она ушла?

Любопытство берет вверх, и я не замечаю, как медленно приближаюсь к яхте вслед за Рокси.

— Характер у меня сложный, Оля. Еще служба. Не каждый выдержит. Вот и ушла.

Денис неотрывно следит за тем, как я поднимаюсь по ступеням на корму.

— У меня отец военным был.

Оказываюсь на одном уровне с ним. Будто невзначай, поправляю сбившуюся капитанку на его голове.

— Я знаю. И тебе не надо рассказывать, что такое жизнь рядом с таким, как я. Лариса не выдержала, — ловит мою руку он.

От его прикосновения становится не по себе. Я отступаю на шаг назад.

— Ее звали Лариса?

Денис кивает.

В сердце вспыхивает горечь. Он купил свадебное платье какой-то Ларисе. А про меня забыл…

Казанцев не замечает обиды в моих глазах. Манит вглубь палубы — туда, где за стеклянной перегородкой раскинулись уютный белоснежный диванчик и небольшой столик из лакированного дерева. Распахивает дверцу холодильника, достает две маленьких бутылочки швепса и ловко вскрывает их открывалкой.

Закидывает трубочки из мини бара и ставит нехитрое угощение на столик.

Я отпускаю Рокси побродить по палубе и робко присаживаюсь на край диванчика.

В душе смятение. Мне все еще неловко от того, что я на его территории. Я чувствую себя уязвимой.

— А ты, значит, переехала совсем недавно? — подает голос Денис.

— Обстоятельства заставили.

— Не очень хорошие обстоятельства, как я понял из сумбурных рассказов бухгалтера, — посматривает на меня он. — Сюда просто так никто не переезжает.

Я молчу. Каждый раз, когда разговор заходит о моем прошлом, я чувствую себя неуютно.

Пронзительный, испытывающий взгляд Казанцева выбивает меня из колеи окончательно.

— Не хочешь говорить о нем?

— Не люблю откровенничать.

— Оль… я хочу знать, что у тебя случилось на самом деле.