Глава 27. Вика

Так.

Паспорт, деньги, кредитка. Вроде бы ничего не забыла.

Примерно через десять минут приедет такси, если верить приложению, значит у меня ещё есть парочка минут на чашечку кофе. 

Посижу на дорожку, так сказать.

Ещё никогда я не сбегала второпях из собственного дома, но это единственно верное решение после того, как я совершила, возможно, самую глупую ошибку за последнее время.

И кто меня только дёрнул написать Диме о том, что я согласна переехать к нему, пока обдумываю его предложение о свадьбе?

Проверим наши отношения в быту? — сказал он.

А почему бы и нет? — ответила я. 

Да, до этого он уговаривал меня съехаться с ним. Мой телефон буквально разрывался от звонков и сообщений, пока я всё отнекивалась, но потом... 

Ой, дура!

После того, как Марк ураганом прошёлся по моей квартире и я чуть было не потеряла голову от остроты ощущений, что махом овладели моим телом и разумом, я подумала, что так будет только лучше.

Ясное ведь дело, Марк не отстанет от меня. Теперь, когда я позволила ему многое, так уж точно. Я была вынуждена обезопасить себя и его в том числе от непоправимых глупостей.

Если я свяжу себя с Димой, то тем самым я создам барьер. Тогда я-то уж точно не позволю себе забыть о том, что наслаждаться телом юнца — это очень и очень плохо в моём возрасте. А он, в свою очередь, поймёт, что я женщина несвободная, а посягать на женщину без пяти минут замужем — плохая идея. Думаю, он поймёт, что у меня теперь есть тот, кто сможет в два счёта пересчитать ему рёбра.

Идиотский план, знаю. Ничего лучше я не смогла придумать. Так вышло, что я знакома с породой таких мужчин. Марк ничем не отличается от Димы. Он будет добиваться своего, пока не получит желаемого, а я всё это время буду оставаться крайней. На этот раз Ника точно меня не простит.

Я же ещё умудрилась поругаться с дочерью из-за этого переезда. Не знаю что у неё на уме. Я в её годы только радовалась бы тому, что квартира остаётся в моем распоряжении.

Или, быть может, она переживает, что теперь ей придётся самой готовить себе, да ещё убираться? Так пора уже. Как-никак двадцать лет.

Ничего. Это пойдёт ей на пользу.

Телефон в моей руке вибрирует. Думая, что это приложение оповещает меня о прибытии такси, я встаю и иду к двери, повесив на плечо сумку. Без задней мысли обуваюсь, хватаю чемодан с вещами и выхожу на лестничную площадку. Я быстренько закрываю дверь, но душа уходит в пятки и ноги врастают в пол стоит мне развернуться.

— Ну и куда это ты собралась? М? — откинувшись на стену, спрашивает Марк. Эхо его голоса затягивает в меня в воронку угрызения совести и растерянности.

Он держит руки в карманах и с пренебрежением глядит на меня, заставляя тело покрыться противными иголками.

Помяни чёрта, называется.

— Что ты здесь опять забыл? Я не пойму, тут тебе мёдом намазано что ли?

Отталкивается от стены и подходит ко мне осторожным шагом, будто боится спугнуть меня.

— Сначала ты ответишь на мой вопрос, а уж потом я отвечу на твой, — не спуская с меня глаз, он вырывает из моих рук чемодан. — Я подержу. Пусть пока побудет у меня.

— Меня ждёт такси! — выпаливаю я, борясь с сухостью в глотке.

— Ты в этом так уверена?

 В суете нахожу телефон в сумочке и смотрю на экран, убеждаясь, что это было никакое не приложение.

Это Марк мне написал: «Ягодка, к тебе гости. Открывай, только давай без истерик. Не хочу, чтобы твоя соседка вызвала ментов».

— Отдай чемодан! — яростно бросив телефон в сумку, вытягиваю к нему руку.

— Нет! — машет головой. — Кстати, что у тебя в нём? Уж больно тяжёлый! Куда ты намылилась? Отвечай!

Да какое он имеет право разговаривать со мной в таком тоне?

— Переезжаю я.

— В полночь? Не самое лучшее время для переездов.

— У тебя забыла спросить, когда мне переезжать!

Марк тяжело вздыхает. Склонив голову, он глядит в пол, но когда снова подымает взгляд на меня, то я уже не наблюдаю в нём былой надменности и важности. Будто в его голове что-то щёлкнуло.

— Ну куда ты собралась? — спокойно, даже с толикой нежности в голосе спрашивает, убирая с моего лица непослушную прядь волос. — Что произошло? От чего или от кого ты так бежишь?

— Я не хочу с тобой об этом разговаривать.

— Это из-за мужчины? — глаза его полны решимости, будто он точно уверен в том, что я сейчас всё ему выложу.

— А что, если из-за него? Что это изменит? — сержусь я, но больше на саму себя. 

Злюсь на то, что торчу здесь и разговариваю с человеком, который никогда не решит моих проблем, а только их умножит.

Нужно было изначально соглашаться на то, чтобы Дима за мной заехал. Так нет же, побеспокоилась о чувствах своей дочери, которая чёрт знает где сейчас вообще.

Марк с некоторое время жуёт нижнюю губу, как будто ищёт в своей голове ответы на мои вопросы. Удивительно. А то обычно он даже и не думает что говорит.

— Я могу тебе помочь, — на полном серьёзе заявляет, взяв мою руку в свои тёплые ладони.

— Помочь мне? И чем же, если не секрет? — с насмешкой спрашиваю, с силой вырывая руку. — Чем ты можешь мне помочь? Трахнуть и растрепать об этом своим дружкам? Я уже в курсе, что ты способен на всякое. Кстати, как они на это отреагировали? Наверное, записали тебя в герои?!

Марк хмурит брови. Вмиг становится мрачнее тучи и чуть ли не с отвращением глядит на меня.

— Думаешь, я рассказал им? — холодно бросает.

— А разве нет?

— Ты плохо меня знаешь, ягодка.

— Поверь, я хорошо знаю таких, как ты! Дай сюда мои вещи! — хочу забрать чемодан, но Марк ставит его за собой и садится на него.

Он складывает на груди свои руки. Эти крепкие руки, покрытие изобилием вздувшихся вен... На своих бёдрах я чувствую жжение, именно в тех местах, где эти самые руки оставили вчера свой след. Метки дьявола.

— Что он тебе сделал, почему ты собираешься уехать? — вовремя вырывает меня из постыдной фантазии.

— Кто? — теряюсь я, нервно моргая.

— Дима этот! Что этот хрен сделал тебе?

Достал со своим Димой уже.

— Вообще-то к нему я и еду.

Марк подскакивает с чемодана и скалой нависает надо мной, вынуждая почувствовать себя маленькой и беззащитной.

— Что ты сказала? Ты переезжаешь к нему? Куда? — рвёт он и мечет, что аж вена на лбу начинает пульсировать на каждый его тяжёлый вдох.

С чего вдруг такая реакция-то, не пойму. Как будто я перешла к нему в собственность. Словно я не имею права и шагу ступить без его одобрения.

Собирая всю волю в кулак и достаю из задницы свою гордость, а то что-то совсем позабыла сегодня о ней.

— Я переезжаю к своему мужчине! — стиснув зубы, на каждое слово тычу его в грудь. — Так что дай мне пройти. Плевала я на чемодан. Там, кстати, куча моих трусов, можешь собрать себе целую коллекцию, — говорю и пускаюсь бежать по лестнице, надеясь, что такси уже приехало.

Выбегаю на улицу, но слышу за собой тяжёлые шаги, которые стремительно приближаются, а такси, как назло, ещё нет.

Решаю пуститься за дом, но в итоге оказываюсь в ловушке его крепких рук. Тех самых, на которые засматривалась и, должно быть, даже пускала слюни.

— Я же вижу, ты на самом деле этого не хочешь, — гладит он мою голову, прижатую к своей груди.

Я так быстро сдалась. Сдалась, даже не поборовшись. Я вдруг начинаю рыдать, показывая сопляку свою слабость, которая рвёт мою душу. Я разбита и уже давно. Сама загнала себя в ловушку. Беззащитная, ранимая и неуверенная в своих силах. Я ничтожна.

— Не хочу. Не хочу, — мямлю я, уткнувшись носом в его грудь. — Достало всё. Достала эта жизнь...

— А зачем тогда едешь к нему? Что и кому ты хочешь доказать этим?

— Потому что я запуталась. Дочь меня ненавидит. Все мною пользуются. Дима — единственный человек, который хоть что-то делает для меня.

— Но ты не любишь его, — словно утверждает он.

Я подымаю голову, вытираю свои глаза от слёз.

— С чего ты взял?

— Не знаю. Я так чувствую. Или просто надеюсь на это. Ты хочешь от него отделаться? Ответь честно?

— Честно? Я сплю и вижу, когда он оставит меня в покое, — Марк ширит обольстительную улыбку. — Что я сказала смешного?

— Ничего, просто я подумал, что могу тебе помочь.

— Не смеши меня. Чем ты можешь мне помочь? Пригрозишь ему водяным пистолетиком?

Марк заливается громким смехом, задрав кверху голову.

— Я уже обожаю твой юмор, — щёлкает меня по носу, но внезапно меняется в лице и становится более, чем серьёзным. Таким я раньше его не видела. — Я придумал. Скажи ему, что у тебя появился другой.

— Чего? — пищу в недоумении, пытаясь высвободиться из его рук. — Что ты задумал?

— Состоявшиеся мужчины ни в чём не терпят конкуренции. Он узнает, что у тебя появился другой, и сам отвянет от тебя. Правда, есть вероятность, что он возненавидит тебя, и быстро найдёт тебе замену, но ты ведь этого и добиваешься?

Он стискивает в своих ладонях моё лицо. Я встречаюсь с тёмным взглядом, наполненным мерцающим блеском. Насколько он искренний? Я совсем не знаю этого наглеца, но что-то мне подсказывает, что в этих словах таится злой умысел.

Вообще-то я и сама уже несколько раз помышляла сказать Диме, что влюблена в другого мужчину, но всякий раз боялась, что он не поверит мне. Расколет меня и мою ложь, как грецкий орех. Он не тот, кто верит на слово. Не тот, кто пойдёт по ложному следу. Он из тех мужчин, кто ищет улики, пока не находит неопровержимые доказательства.

В этот момент к дому подъезжает такси и останавливается прямо напротив нас.

— Вы заказывали? — опустив окно, спрашивает водитель.

Придерживая меня одной рукой, другой Марк достаёт из заднего кармана джинсов бумажник, отсчитывает тысячу и передаёт её водителю в окно.

— Извини, мужик, но мы передумали. Столько тебя устроит за ложный вызов?

— Ещё как устроит! Все бы так передумывали, — довольно отвечает таксист и уезжает.

— Пойдём, я провожу тебя в квартиру, — тянет меня за собой, крепко обнимая, а мне почему-то так уютно находиться в его объятиях.

Я даже забыла на некоторое время, что он козёл. Или был козлом. Всё в голове смешалось.