глава 7

Вик

Наблюдать за Айлой оказалось так же приятно, как держать ее в руках. Она словно растворялась в волнах, и сердце пропускало удар от ужаса: а вдруг море заберет ее? Вдруг не захочет отдавать мне такую силу? А в следующий миг женщина выныривала, выгибалась, словно сама была волной, и по телу разливался жар желания. От избытка эмоций огонь рвался наружу, желал разгуляться, спалить, уничтожить, показать свою силу, и забрать принадлежащее мне.

Принадлежащее.

Я так решил!

Айла будет моей и только моей. Мне же осталось только убедить в этом ее. Вряд ли она согласится стать моей собственностью, так что придется немного хитрить. Я слышал размышления женщин, отдыхавших у гостиницы. Большинство из них приехало в надежде на курортный роман, и многие мечтали, чтобы такой роман закончился неземной, всепоглощающей любовью и, конечно, свадьбой. Думаю, внушить такую идею Айле — это выход.

Я влюблен! Я поражен до глубины души и никогда не смогу жить без нее! Я готов нырнуть в омут супружества с головой, но только на моем острове... как завещали предки! Чем не повод туда поехать для красавицы?

Я хищно ухмыльнулся, но в следующий миг расплылся уже в настоящей ожидающей и восхищенной улыбке. Айла выходила из воды, и клянусь, это было завораживающее зрелище. Словно морская пена, легкая и воздушная, она ступила на песок и подошла ближе. Нависла, на мгновение подарив небывалый перелив эмоций от собственного уязвимого положения. Ответила на призыв, прижавшись ближе, и я чуть не заорал от смешанного с болью удовольствия. Ее кожа так остыла от прикосновения пучины, что мой огонь шарахнулся прочь, сжался внутри. Вода, оставшаяся на ее теле, обожгла кожу ледяными иглами, но в следующий миг огладила жаром пара.

Безумие, вот что это было.

Холодные прикосновения ее рук убивали сдержанность, пробуждали дикие инстинкты. Впивавшиеся в спину ногти будоражили кровь. Разгоравшийся внутри пожар желания заставлял искать спасения в холоде ее объятий, прижимать женщину еще сильнее.

- Может, все же искупаешься, — колокольчиком рассмеялась Айла, отстранившись, но не слезая с меня. Ее пальчик прошел по груди, вырисовывая узор татуировки, качнул медальон, опустился ниже, к животу, прочертил линию до брюк. Ноготок царапнул ткань.

- Я справлюсь, — пообещал я не слишком уверенно, вызвав еще один прилив смеха. Пришлось признать, причем скорее даже себе, разглядывая бредущих в стороне от деревьев к воде отдыхающих: — Жаль, что сейчас день, и мы на этом пляже, я был бы не прочь искупаться... в твоей ласке. Может, по мороженому?

Айла одарила меня чарующим смехом и встала, подавая руку. Я не стал изображать идиота, и с удовольствием ухватился за предложенное. Встал, но отпускать не стал, прижал женщину вновь.

- Точно, по мороженому, — выдохнул в губы, с некоторым изумлением наблюдая, как вместе со словами вырвалось изо рта облачко пара.

Надо же, надо как-то взять себя в руки, не хотелось бы навредить женщине, выпустив огонь во время близости.

Айла накинула парео и в этот раз не стала отказываться от поддержки. Взялась за локоть. По коже от ее прикосновения побежали мурашки холода. Безумие, словно я не огненный дух, а обычное существо, способное мерзнуть.

План я решил претворять в жизнь с этого момента и до победного.

Мороженое мы съели еще по пути. В гостиницу зашли только переодеться. Как хорошо, что я не стал освобождать номер! А после встретились вновь и пошли исследовать город. Как оказалось, Айла тоже еще не отходила от гостиницы, прибыла всего пару дней назад.

Городок у моря представлял собой идеальную иллюстрацию для рекламных брошюр. Широкие, залитые солнцем улочки, заполненные пестрой толпой приезжих и меднокожими местными жителями. Низкие, максимум в три этажа каменные дома из белого песчаника, увешанные и увитые цветами и лозами. Бесчисленное количество фонтанов. Это место застыло на грани между дикими временами и современностью. Здесь не было видно никакого транспорта, улочки были пешеходными. Не было здесь и ярких магических вывесок, и пестрых подсвеченных витрин — визитных карточек любого современного города. Люди будто застыли в прошлом веке. Даже дети вместо браслета связи кричали друг другу через всю улицу, а то и в окна. И при этом то тут, то там взгляд выхватывал из толпы красавицу эльфийку, снимающую себя на фоне фонтана, или вампиршу, щебечущую с туманным образом парня, проецируемым браслетом, или гнома, прикрывшегося от шума нацепленным на голову ободком наушников.

Мы с Айлой предпочли изображать затерянных во времени. Забыли обо всех достижениях современности и брели по мостовой, болтая без умолку. Иногда подходили к уличным торговцам, разживались мороженым или стаканчиком айра, сока местной пальмы, и опять шли в никуда.

- И все же, — шутливо склонил я голову, идя задом наперед перед смеющейся женщиной. - Почему ты не хочешь рассказать, откуда родом? Про меня-то все узнала!

- Но я ведь сказала! - Айла изловчилась и ухватила меня за руку, заставив идти нормально. - Не помню я откуда родом! Я так часто переезжаю, что не вспомню уже, откуда все началось.

- Не может быть! Ты не хочешь, чтобы я смеялся, да? Ты с каких-нибудь особенно диких островов?! - шутливо предположил я, внимательно следя за реакцией женщины. Не хотелось нечаянно обидеть ее. - Ты просто еще более дикая, чем я, потому и не признаешься?

- Да, я из племени женщин-воительниц с Хелгасских островов! — зарычала Айла в тон мне. - Вот этой ночью возьму тебя в плен, свяжу и увезу к своим ста сестрам. Будем там тобой пользоваться по очереди!

- Нет, если еще первые два пункта мне нравятся, то на последний я не готов! — сморщил я нос, а в следующий миг стал, притянув женщину ближе. Прохожие косились на нас, но меня это мало волновало. - Я не хочу никаких сто сестер, только тебя, — прошептал я, склонившись к самому лицу Айлы.

Наши губы мягко соприкоснулись, слились в неожиданно нежном поцелуе.

- И на остров, чур, сначала на мой поедем, — подхватив Айлу вновь за руку, пошел я вперед.

- Это еще почему?

- Иначе мои предки найдут меня даже у женщин-воительниц и оторвут голову, — со смехом признал я и остановился.

Мы дошли до края улицы, огороженного каменной балюстрадой. Дальше город резко уходил вниз, и нам открывалось прекрасное зрелище на его путанные улицы, на этот раз полные мобилей и ярких огней. А дальше слепящей линией лежало бескрайнее море, сливающееся с таким же небом.