Глава 3

Мое тело дёрнулось, пытаясь отшатнуться, но он держал крепче. Его улыбка не дрогнула. Наоборот, она стала ещё мягче, ещё печальнее.

— Тише, моя хорошая, — произнёс он, глядя мне в глаза с бесконечной нежностью. — Ты в безопасности. Я здесь.

Меня затрясло. Не от страха. От воспоминаний.

Именно таким голосом он однажды велел держать меня, пока его друзья смеялись.

Я подняла глаза на генерала, умоляя о помощи.

Анкей Моравиа наблюдал за нами, слегка прищурившись. Его рука лежала на набалдашнике трости, большой палец медленно поглаживал серебряную чешую дракона.

— Граф Соулкен? — голос генерала прозвучал тихо и недоверчиво.

Фландр поднял голову. В его глазах мелькнула искренняя, тёплая радость.

— Генерал Моравиа? — он широко улыбнулся, и эта улыбка осветила комнату. — Неужели вы не узнали своего бывшего адъютанта?

Внутри всё оборвалось. Они знали друг друга.

Нет.

Нет-нет-нет.

Только не это.

Моравиа сделал шаг вперёд, и в его позе появилось нечто новое. Напряжение, которое держало его спину прямой струной, чуть ослабло.

— Фландр Стеброк? — переспросил генерал, и в его голосе проскользнула тень прежней дружбы, товарищества, рождённого в окопах. — Ты?

— Я, сэр, — расцветая от счастья кивнул Фландр, поднимаясь на ноги, но не отпуская моих рук. — После смерти дяди титул и фамилия перешли ко мне. Как к единственному наследнику. Теперь я — граф Соулкен. И довольно богат!

Генерал коротко кивнул, и на мгновение маска непробиваемой жёсткости треснула.

— Рад видеть тебя живым и в добром здравии, Фландр. Прошло много лет.

— Для меня было большой честью служить рядом с вами, даже если теперь наши пути разошлись, — ответил Фландр с идеальной учтивостью.

Мне хотелось закричать.

Схватить генерала за мундир.

Сказать: «Не верьте ему».

Но язык словно примерз к нёбу.

Фландр повернулся к генералу, увлекая меня за собой.

Я невольно оказалась между ними.

Между человеком, который мог меня спасти… и человеком, который пришёл забрать меня обратно.

— Примите мою глубочайшую благодарность. Моя семья… Мы уже потеряли надежду. Львина исчезла так внезапно, так необъяснимо…

Моравиа перевёл взгляд на меня. Его серые глаза снова стали холодными, как ледники.

— Ваша супруга, граф, жаловалась на неподобающее обращение с вашей стороны. Вплоть до рукоприкладства, — произнёс генерал ровно. — Она утверждала, что бежала сюда, чтобы спасти свою жизнь.