Глава 55

Память возвращалась обрывками, как разбитое зеркало. Чужие руки. Тяжелые, но бережные. Горький, металлический привкус лекарства на языке, от которого сводило скулы. Тягучее, вязкое забытье, в котором не было ни боли, ни страха.

И голос. Тихий, низкий, вибрирующий где-то совсем рядом, у самого уха. Не приказ. Не вопрос. Просто присутствие. А потом — тепло.

Большая ладонь, сжимавшая мою кисть. Надежная. Сухая. Она не отпускала меня, даже когда жар бросал в дрожь, выкручивая суставы. Я помнила этот вес. Помнила, как мой бешеный пульс успокаивался, синхронизируясь с чьим-то медленным, размеренным дыханием рядом.

Я резко открыла глаза.

Сердце дернулось, ударившись о ребра так больно, что перехватило дыхание.

Потолок. Серый, с трещиной, похожей на молнию.

Темная комната показалась мне незнакомой. Но потом я вспомнила, что это не казарма, не лазарет. Это моя комната рядом с его кабинетом. Я втянула воздух. Даже запах здесь был другим, незнакомым.

Тусклый, мертвенно-бледный свет утра, пробивающийся сквозь щели в ставнях.

Несколько секунд я лежала неподвижно, вслушиваясь в тишину. Пыталась понять: это был бред? Галлюцинация лихорадки? Или реальность просочилась в сон?

Моя правая рука скользнула по левой руке, словно вспоминая ощущения прикосновения. Я точно помню, что кто-то держал меня за руку.

Я медленно нахмурилась, чувствуя, как виски наливаются тяжестью. Я чувствовала себя так плохо, что даже не могла открыть глаза. Но ведь мне же не показалось? Или… все-таки показалось?

Я выдохнула, сжав свою руку.

Наверное, просто жар. Бред больного мозга, который цепляется за любую иллюзию безопасности.

Иначе…

Я резко оборвала мысль. Сердце снова пропустило удар.

Это невозможно. Генерал и нежность? О нет! В это я не поверю! Он не умеет быть нежным. Он умеет только ломать или защищать. И то, и другое — одинаково больно.

Но сердце вдруг гулко забилось, словно то, что я на секунду представила, взволновало его.

Я осторожно села. Тело ломило, мышцы ныли, словно их перекрутили в жгут, но липкий, изматывающий жар спал. Голова гудела, но сознание было ясным.

На столике стоял завтрак. Но он был не таким, к какому я привыкла. Он выглядел так, словно я попала в сказку. Аппетит взвыл, а я набросилась на еду с жадностью вечно голодного студента.

За смежной стеной послышался знакомый звук.

Скрип пера по плотной бумаге. Шуршание листов. Редкий, глухой стук трости о паркет, когда он менял позу.

Генерал уже работал. Или «еще работал». Я так и не поняла.

Конечно. Для него мир не останавливался ни на секунду, даже если эта секунда стоила кому-то жизни.

Я быстро умылась ледяной водой из умывальника. Холод обжег лицо, прогоняя остатки сна и жара. Надела форму. Затянула ремни мундира так туго, что стало трудно дышать — это помогало чувствовать границы собственного тела. Привычным, отточенным движением закрепила маску. Металл холодно прижался к щеке, скрывая шрам, скрывая слабость, скрывая меня.

Потом замерла, переводя взгляд на часы.

Лекция по тактике и стратегии! Как я могла забыть! Мне же разрешено посещать теоретические занятия?

Сердце неприятно дрогнуло, сжавшись в холодный ком.

Он ведь может передумать. Запретить. Сказать, что я еще слишком слаба. Что штаб важнее учебы. И он, скорее всего, так и сделает, ограничив мой мир кабинетом и комнатой. Но я так не хочу. Тем более, что мы договаривались!