Глава шестнадцатая

– Всю необходимую литературу и учебные пособия доставят в ваши апартаменты, – выдернул меня из задумчивости голос библиотекаря. – Всё, что есть в наличии, разумеется. – Благодарю вас, мастер. Можете, когда хотите, – холодно произнесла секретарша и жестом пригласила меня следовать за ней. Ох! Каким взглядом её одарил библиотекарь! Я бы сквозь землю провалилась. А этой хоть бы хны. Ничего не скажешь, высокие здесь отношения между сотрудниками. Да и студенты… То есть – адепты, в общем, тоже судя по всему ничем не лучше. Куда я попала? Может стоило соглашаться на застенки Тайной канцелярии? Опять на улице было безлюдно. – Занятия начались, – явно заметив мой ищущий взгляд пояснила Оливия. М-да уж. Видимо с посещаемостью здесь строго. Тиранически даже. Мы молча прошлись по аллее. И вот промеж крон деревьев проступили очертания самого настоящего… Ну, даже не знаю как это называется. Замок для меня ассоциировался с комплексом, состоящим из башен и крепостной стены. Здесь же… Что-то было по-другому. Не как у нас. Слишком причудливое. Высокое. С явно очень основательными каменными стенами. Полным отсутствием окон в нижней части, и небольшими, больше напоминающими бойницы окошками наверху. В такое не проберешься, даже если сможешь до него долезть каким-то чудом. По геометрии строение было странным. Напоминало многоконечную звезду, в верхних частях лучей которой располагались башни. Центральная, та что была ближе к нам, являлась самой огромной. И это распространялось как на её высоту, так и на ширину. Сдается мне неспроста эта башенка отличается от прочих. – Королевская башня, – явно поймав мой взгляд, подтвердила мелькнувшую догадку секретарша. – Жить в ней великая честь. Академия это государство в государстве. Адепты неподвластны никому, кроме ректора и короля. А обитатели этой башни абсолютно неприкосновенны даже со стороны короны. При условии подписания соответствующих документов, конечно… Но они у вас в порядке. Сказано это было так, словно здесь в периоды дворцовых переворотов бывшие или будущие монархи искали укрытия. А может так и было? Я окинула взглядом своё будущее пристанище и не без труда сдержала вздох разочарования. Внутри может всё комфортно и уютно. И явно защита здесь хорошая. Но внешне… Серые каменные стены. И окна воооон аж где начинаются. Значит, и жилые помещения там. Это же на какую верхотуры бегать каждый раз придётся? Издевательство какое-то. – Вам, как жителю королевской башни будет запрещен выход за пределы академии… – добила меня женщина. Вот и всё. Захлопнулась ловушка. Да, я не в казематах Тайной канцелярии. Я в золотой клетке. Меня будут учить, кормить, предоставят кров и защиту. При этом лишив даже иллюзии свободы. Входя в гостеприимно распахнутые двери, я чуть не ляпнула: "Ну здравствуй, тюрьма…" Ну что сказать? Усталость давала о себе знать. Наверх я кое-как взобралась. Бегло окинула взглядом внутреннее убранство гостиной, и даже посмотрела куда поставят мои вещи… – Книги доставят сразу в кабинет. В вашем распоряжении гостиная, кабинет, спальня, там же гардеробная, уборная и личная помывочная. Обустраивайтесь, – с этими словами Оливия покинула выделенные мне апартаменты. Стоило за ней закрыться двери, и я едва на пол не сползла. Сил ни на что не осталось. Из меня будто всю энергию выкачали. Наобум ткнулась в одну дверь. Кабинет. В другую. Спальня! Просторная. Из неожиданно огромных окон льется солнечный свет. Странно. С улицы не видно было таких, только крохотные окошки. Магия? Наверное. В остальном? Всё так и бьёт по глазам своей дороговизной. Но стоило взгляду зацепиться за огромную постель и интерес к окружающей обстановке растворился без следа. Направилась к ней, на ходу снимая одежду. По-моему, заснула ещё до того, как добралась до цели. Бессонная волшебная ночь, яркий контраст дня, разрыв с Шоном – всё это подкосило меня. Но стоило закрыть глаза, как… – Почему ты не дал её арестовать? – вполне отчётливо произнёс незнакомый мужской голос. Я невольно вздрогнула. Кто-то проник в мою комнату? Или… Нет, я ощущаю что глаза закрыты. Чувствую что лежу и даже тяжесть одеяла, которое успела подгрести поближе. А ещё ни малейшего дуновения сквозняка, кое неизбежно возникло бы – появись некто в спальне. Попыталась сфокусироваться на происходящем. Ну, здравствуй, любимый… Он был тут. То есть, не в моей комнате, нет. В просторном, отделанным алым с позолотой, кабинете. Темного дерева мебель. Этакий чисто мужской кабинет. Шон сидел в кресле рядом со столом, и крутил в руках опустошенный бокал. Какие-то бумаги сдвинуты в сторону. На столе графин, бутыль. Ваза с фруктами. Блюдо с мясным ассорти. По ту сторону стола массивное явно веками не сдвигавшееся со своего места кресло. И в нём восседает хозяин этого кабинета. Черноглазый, ещё не старый, но с яркими, словно выкрашенными платиновыми прядями в иссиня-черных волосах. Именно он сейчас подливал прозрачно-янтарной жидкости к Лорду-Чародею в бокал. – Не знаю, – Шон смотрел перед собой, словно в никуда, явно ничего не видя. – Твой брат не пустил сотрудников Тайной Канцелярии в Академию, – произнёс его собеседник. – Он имеет на это право, – безразлично ответил герцог Рутланд. – Вот от тебя, кузен, я меньше всего ждал подобного. Всегда считал, что на неповиновение и бунт ты просто не способен. Как и на подобные чувства. – Меня околдовали? – в глазах Шона блеснула… Черт его раздери! Там блеснула надежда?! Говорите, я участвовала в покушении на Лорда-Чародея? Ложь! Была – ложь. Да я его попросту задушу, если только он появится передо мной еще раз. КО-ЗЕЛ! И с чего я приняла его за человека? – И не надейся, – рассмеялся его собеседник. – Во-первых, это невозможно. А во-вторых… Уж скорее ты барышню, чем она – тебя. – Ваше Величество! Не смешно. Так этот мужик, с которым Шон пьёт и с которым на “ты”… Это король? Ой, мама! Король ему подливает? С кем я связалась? И что он там говорил – “кузены”. Ого-го-го… – Похоже, это любовь. Лицо у Шона приобрело какое-то гадливое, вернее, брезгливое выражение. Что я там подумывала насчёт “задушить”? Не-е-ет. Это будет слишком лёгкая смерть. Слишком гуманно! Пока я размышляла, что бы такое сделать герцогу Рутланду, он тихо произнёс: – Я всё время думаю о ней. Мысль о том, что Тори может быть в опасности, приводит меня в бешенство. Я бы кинулся на твоих людей, если бы они не покинули мой дом. Кинулся бы на брата! Понимаешь? Это… Это какое-то безумие. Одержимость… – Но заклятий на тебе нет. – Нет. Знаю, – как-то обречённо вздохнул Шон, и с тоской взглянув на собеседника, произнёс: – Единственно, чего я не понимаю, Ральф… – Чего же? – Почему она отказалась выходить за меня замуж? Это же… Глупость какая-то! – Не знаю, – ответил король Ральф, и вдруг… Уставился мне прямо в глаза! Меня словно затянуло в омут его черных глаз. Я успела заметить только, что Его Величество погрозил мне пальцем, и… Провалилась в сон без сновидений и главное – без Шона. Счастье какое! Когда я открыла глаза, было уже светло. Сколько времени – непонятно. Но отчего-то мне стало легче. Шон не может мне поверить? Ну, и ладно. Мы больше не вместе – переживём и это. Было бы гораздо хуже, если бы на его покаянное “давай поженимся”, мне нужно искупить вину перед тобой и обществом, я бы ответила согласием. И всё это переживала, поверив до конца в этого человека. А так… Нет – так нет. Страдать ему хочется и мнить себя околдованным? Очарованным? Вот и пусть ни в чём себе не отказывает! А я… Я сделаю так, что у меня жизнь будет счастливой, насыщенной и интересной. Не для него, для себя! Ну или… Чтобы он увидел, что мне и без его присутствия неплохо живётся. Вот! Проснулась я ещё затемно. Вернее, это за окнами было темно – да, а в комнате по-прежнему горели лампы, вчера я не удосужилась их погасить проваливаясь то ли в сон, то ли в забытье, наполненное странными сценами с участием герцога Рутланда. Потянулась, как кошка. Хорошо! Давненько я так не высыпалась. То нервы, то бессонные ночи, то… М-да, вот и зачем я об этом вспомнила? Тело всё аж разомлело вмиг при одном лишь воспоминании о прикосновениях его рук, губ… О твердости мужского достоинства… Хриплом жарком дыхании опаляющем мою кожу… Кажется я даже ощутила её запах…