Глава 6

Ангелина

Удивительно, но перелёт прошел гораздо спокойнее, чем ожидалось. Даже лучше, чем из Москвы в Эмираты, а потом оттуда в Рио, хотя там меня с обеих сторон поддерживали Селена и Доминик. Ну, ещё и приличная доза успокоительного.

Да я, наверное, впервые в жизни заснула во время перелёта!

Раньше этому способствовала мама своей эмпатией, а тут… сама. Но тёплые и крепкие объятиях альфы огненного клана как ни странно подействовали получше любого другого успокоительного. Или это его наглое поведение заставило отступить страх? Да, скорее всего.

В общем, по итогу, я даже посадку пропустила. Да и потом проснулась только потому, что Рафаэль заставил.

А ведь так хорошо спалось!

Мне снился океан…

Что я вновь на нашем острове и плаваю, окружённая множеством различных подводных жителей. Даже не удержалась и наградила Оливейра обиженным взглядом. Правда, тот этого и не заметил, пребывая в каких-то своих мрачных мыслях. Подозреваю, из-за пропавшего груза переживал, что, в общем-то не удивительно. Я бы тоже злилась на его месте, учитывая, сколько миллионов насчитывалось в убытках. Удивительно, что все работники выжили.

Оказавшись на земле, я снова почувствовала себя уверенней и даже улыбнулась приставленным ко мне четверым охранникам, среди которых был и тот, кто изначально желал помочь мне справиться со страхом перелёта. И ещё долго улыбка не сходила с моего лица, а оказавшись в своём номере и вовсе окончательно расслабилась. Рафаэль отправился по своим делам, а я… Я завалилась в ванную, где провела не меньше часа.

Правда, после настроение всё же подпортилось, потому что, оказывается, покидать пределы отеля мне запрещено до возвращения "заботливого" начальника.

Ну, вот и кто он после этого?

А на улице солнышко, тепло, незнакомый и интересный город… который я не могу посмотреть!

Так и промаялась до самой ночи, не зная, чем себя занять. Уже даже все инструкции от Паолы наизусть выучила. И в блокноте пару листов изрисовала, а "большой босс" всё не возвращался. Время приближалось к десяти вечера, когда я сдалась и решила поспать. Переоделась в легкомысленную сорочку голубого цвета, выбранную с лёгкой руки Доминика (и где только выискал это безобразие нам с Селеной на пару?), и завалилась спать. Проснулась я уже посреди ночи, разбуженная звуком открываемой двери и последующего щелчка закрываемого замка.

Шаги гостя были практически беззвучными, но по апельсиновому аромату с ноткой кофейной горчинки сразу разобрала, кто именно возымел наглость вторгнуться без спроса. Помимо этого прекрасно ощущался ещё и металлический запах крови. Аж обернуться захотелось, настолько он обострил инстинкты. А ещё мелькнула мысль о ранении одного рыжего индивидуума.

Вот почему именно ко мне? Ему что, других номеров мало?

И всё-таки зудящее под кожей беспокойство вынудило выбраться из постели и отправиться проверять этого несносного Оливейра. Единственное, о чём не подумала — своём внешнем виде. Настолько привыкла к майке и шортам, что смена имиджа не отпечаталась в памяти. Так что открылась Рафаэлю воистину развратная картина моего появления. Он так и замер посреди гостиной, вцепившись в свой наполовину развязанный галстук, а направленный на меня взор в один момент вспыхнул оттенками тлеющих угольков. Но и тогда я совершенно не сообразила, что выгляжу излишне откровенно.

— Нет, я, конечно, понимаю, что наглость — второе счастье, — немного охрипшим голосом обратилась к нему, — но, это уже перебор, синьор Оливейра. Вам что, переночевать больше негде? — сонно потёрла глаза, откинув прядь распущенных волос себе за спину.

— Негде, — мрачно заявил на это альфа.

Наконец, перестал бестолково пялиться на меня и вернулся к избавлению от галстука на шее.

— Ваша охрана сняла все номера этого этажа, — пробормотала я устало. — Неужели ни в одном не нашлось места для их вожака? — полюбопытствовала всё так же недоверчиво.

— Сняла, — подтвердил он охотно, снимая с себя и пиджак. — И заняла их все, кроме этого, — и галстук, и пиджак бросил прямо себе под ноги. — И я не их вожак, — принялся расстёгивать рубашку, часть которой пропиталась багровым пятном. — А искать для меня место на ночь вообще не их задача, а твоя, — прозвучало уже откровенным упрёком. — Кто тут из нас двоих занимается организационными вопросами, в конце концов, синьорита Мартинс? — закончил с откровенным раздражением.

Часть пуговичек он успел расстегнуть, а оставшиеся банально отлетели, когда оборотень посильнее дёрнул ткань.

— Может, мне вас ещё раздеть, искупать и спать уложить? — съязвила, рассматривая рваную рану на его боку. — И между прочим, один из номеров как раз вам предназначался, — нахмурилась, подумав, что, кажется, кое-кто принял поведение босса в самолёте совсем не так, как должно. — Ладно, с излишне озабоченными вашей личной жизнью я поговорю утром, так и быть, — вздохнув, приблизилась к нему. — А рану стоит обработать, чтобы быстрее зажила. Глубокая, — вынесла вердикт увиденному.

— И так всё заживёт, — недовольно поморщился на это Рафаэль, окончательно избавляясь от рубашки, вместе с тем скидывая и обувь.

— Да пожалуйста, — пожала плечами в полнейшем безразличии. — Если вам так хочется мучиться всю ночь зудом заживающих тканей, кто я такая, чтобы мешать этому мазохизму? Приятной ночи, синьор Оливейра, — пожелала ему, разворачиваясь и направляясь обратно в спальню.

— Надеюсь, ты не храпишь, — отозвался на это оборотень.

Тут же послышался приглушённый стук пряжки ремня об на пол.

— Надейтесь, — хмыкнула, сдерживая желание обернуться.

Уж слишком интересно стало посмотреть на него без штанов.

"Луна, Ангелина, о чём ты думаешь!" — тут же обругала саму себя, громче запланированного хлопнув дверями спальни, закрывая их.

Можно подумать, я там чего-то не видела. Тело у всех одинаковое. А потому откинула в сторону ненужные мысли и легла спать.

Только вот сон больше не шёл. Да и рана его мне не нравилась, вынуждая переживать за этого упрямца. Слышала, как Оливейра сходил в душ и вернулся в гостиную. Задержался он там не долго. Уж не знаю, чем он там был занят, но точно не тем, чтобы удосужиться одеться, так как в спальню заявился в одном лишь полотенце на бёдрах. Так и улёгся нагло на кровать, уставившись в потолок.

Я даже со словами не нашлась вот так сразу. Да и потом тоже.

Просто пялилась на него мрачным взором некоторое время, а после, зло выдохнув, поднялась с кровати, схватила подушку, одеяло и безмолвно направилась спать на кушетку в гостиную.

Точно утром охране от меня достанется!

Уж я придумаю как!

Правда, вспомнила о ране рыжего и вернулась, чтобы достать из сумки ускоряющую регенерацию мазь.

— Вот, — поставила баночку на прикроватную тумбочку рядом с ним. — Это поможет. Достаточно тонкого слоя. Доброй вам ночи, синьор Оливейра, — проговорила вполне себе дружелюбно.

Ну, не получалось у меня в должной степени злиться на него раненого!

— То есть раздеваться и купаться и так самому пришлось, а укладывать спать всё равно не будешь? — донеслось вслед насмешливое.

Рафаэль едва заметно поморщился и уселся на кровати, с подозрением косясь на субстанцию… частного российского производства. А мне как обухом по голове ударило. Это ж надо было так спалиться!

— И не надо на неё так смотреть, — немного нервно отозвалась я, возвращаясь к нему и беря банку обратно в руки, чтобы скрыть название и способ применения, написанный от руки бабушкой.

Оставалось надеяться, что Рафаэль ничего не заметил. Объясняться тоже не стала. Молча отвинтила крышку и поддела двумя пальцами немного содержимого, нанося то прямо на открытую рану. Альфа на мой жест даже дышать перестал. Вообще, будто окаменел весь.

— Больно? — испугалась его реакции. — Потерпи…те, — запнулась, чуть не перейдя на "ты". — Сейчас должно пройти. Наверное, — добавила совсем тихо, откинула мешающие волосы обратно за спину и принялась наносить мазь на следующую рану.

Честно говоря, как оно ощущается — не знала. Мне самой ею пользоваться ещё не приходилось. Мелкие раны и так заживали в считанные секунды. Доминик с Селеной сунули на всякий случай. Помимо этой целую аптечку напихали. На все случаи жизни. Надо бы коробку с лекарствами запрятать на самое дно сумки от греха подальше, а то, если наличие одного препарата непонятного производства я ещё смогу объяснить хоть как-то, целый арсенал — вряд ли.

— Не, — шумно сглотнул между тем Рафаэль, — больно, — дополнил с небольшой заминкой, а в его глазах снова разгорались тлеющие угольки. — Продолжай, — велел, хотя на то и не было никакой необходимости.

Согласно кивнула, отчего волосы снова упали вперёд.

— Не могли бы вы… — попросила его неуверенно и тут же оборвала себя, сама потянувшись убрать мешающие локоны.

На этот раз сама не успела. Мужчина меня опередил, рваным жестом подцепив прядь сгибом пальцев, после чего аккуратно завёл за ухо, пристально глядя в мои глаза. И прикасаться ко мне не перестал. Снова замер. И я отчего-то вдруг тоже замерла, не в силах отвести своего взора от его. Гипнотическая бирюза словно затягивала в водоворот, лишая воли. Снова накрыло ощущение парения в бескрайнем космосе, где есть только он и я.

— Твой жених полный кретин, раз отпустил тебя, — проговорил глухо Оливейра, проведя пальцами вдоль скулы сверху-вниз.

Будто ожог оставил.

Невольно дёрнулась назад, чтобы разорвать прикосновение.

— Или же он просто уверен, что я никуда от него не денусь, — не удержалась от горького хмыка.

И снова подумала, обратил бы Рафаэль на меня внимание, зная, кто я?

Вряд ли…

Наверное, Селена, была права, говоря, что нам с ним стоит познакомиться без всяких условностей. Только я всё равно по-прежнему не желала этой связи. Ведь ему явно понравилась Микаэла Мартинс. А вот об Ангелине Рязановой он даже думать не хочет. Да что думать, знать не желает.

— Нельзя быть настолько самоуверенным, — задумчиво протянул Оливейра.

Кажется, больше даже не на моё высказывание ответил, а каким-то своим мыслям вслух отозвался. Я на это заулыбалась ещё шире.

— Правда? — уточнила с весельем. — А как же вы? Разве вы не уверены в том же по отношению к своей невесте? — принялась, наконец, обрабатывать третью и последнюю рану.

Альфа ответил не сразу. Явно обдумывал что следует на это сказать, то и дело сканируя меня пристальным внимательным взглядом, который я старательно не обращала внимания. В итоге лишь печально улыбнулся. И промолчал. Я же как раз закончила наносить последний слой.

— Вот и всё, — прокомментировала свои действия, закрыла банку и отложила ту себе за спину. Хотела вовсе встать и убрать её в сумку, но взгляд зацепился за маленькое солнышко в районе груди. — Откуда это? — полюбопытствовала, тронув кончиками пальцев старый шрам.

Бирюзовый взор неожиданно потеплел.

— Это… — снова замолчал, но на этот раз ненадолго. — Напоминание из прошлого. О том, что надо всегда дорожить теми, кому ты не безразличен.

Не безразличен, значит…

— Понятно, — убрала руку, схватила баночку и поднялась, наконец, с кровати в намерении всё же отправиться спать. — Вам нужно отдохнуть, синьор Оливейра. К утру всё должно полностью зажить, — улыбнулась ему и направилась к сумке, куда спрятала заживляющее средство.

— Какие ещё рекомендации будут, синьорита медсестра? — усмехнулся огненный волк.

— Увы, я и близко не медсестра и даже никогда не желала ею быть. Если только ветеринаром, — развела руками, отступая к дверям. — Доброй ночи, альфа огненного клана.

— Микаэла, — раздалось усталое, но в то же время решительное от Рафаэля. — Не будь ребёнком, на кровати места полно. Если, и правда, не храпишь, обещаю, что даже приставать не буду, — бросил уже в явной издёвке.

— Я не боюсь ваших приставаний. И уже говорила о том, — сказала как есть. — Дело совсем не в этом, — покачала головой, из-за чего снова пришлось убирать волосы с лица. — К тому же, вряд ли мой жених оценит подобное поведение с моей стороны.

— Ах, да, как же это я про всезнающего жениха-то забыл, — ворчливо проговорил оборотень, сам поднимаясь с кровати. — Спи, не буду больше тебе мешать.

Тут же оказалась рядом с ним, силой укладывая того обратно на постель.

— Вам лучше не двигаться ближайший час, чтобы не бередить рану, — укорила его. — К тому же из нас двоих как раз я помещусь полностью на той кушетке. Для вас она всё равно слишком короткая и узкая. И не спорьте со мной, — топнула ногой и чуть не рассмеялась, представив каким смешным должно быть вышел этот детский жест. — В общем, спите, — буркнула смущённо, опустив свой взор на ладони.

Отойти от злополучной кровати так и не удалось.

— Слушай, женщина, я не сдох даже от пули в сердце. Думаешь, спустя двенадцать лет пара царапин сделает из меня беспомощного? — мрачно постановил оборотень, крепко схватив меня за руку.

— Слушайте, мужчина, не бесите меня! — парировала в том же тоне, что и он. — А что было двенадцать лет назад? — поинтересовалась против воли, хотя внимание больше занимало прикосновение к моему запястью.

Снова возникло ощущение ожога. Хорошо, что я прожила всю жизнь на солнечном острове и по цвету вполне себе походила на жительницу Аргентины, а то бы и не знаю, как бы я объяснила свою бледность.

— Останешься, может быть расскажу, — нагло заявил этот бессовестный. — Всегда можешь потом сообщить своему жениху, что спасла от одинокой смерти наследника огненного клана. Может, вам мой дядя даже благодарность за это объявит. За безмерное понимание и помощь, так сказать, — усмехнулся как-то недобро.

— Не нужны мне ничьи благодарности, — покачала я головой.

Не знаю, что изменилось, но температура в комнате словно упала на десяток градусов. А прикосновение показалось ещё более обжигающим, чем прежде. До боли.

— Я за подушкой с одеялом только схожу, — проговорила негромко, не желая больше спорить, и дёрнула рукой, намекая, чтобы меня отпустили.

Пальцы, до сих пор удерживающие моё запястье, слегка сжались, а после я всё же оказалась свободна. Прошлёпала босиком до кушетки, собрала в охапку обозначенное для Рафаэля и вернулась обратно, где улеглась подальше от собственного жениха. Ещё и одеяло между нами сложила аккуратно, подоткнув под себя. Не потому, что хотела разделить территорию, а чтобы во сне случайно не задеть его рану. Обняла подушку и прикрыла глаза, из-под ресниц рассматривая находившегося рядом со мной — только протяни руку и дотронешься. И я поймала себя на мысли, что очень-очень желаю это сделать. Точнее, потрогать его волосы, чтобы узнать какие они на ощупь и действительно ли обжигают, как и его прикосновения.

— Двенадцать лет назад у меня был конфликт с местным наркобароном, — заговорил неожиданно Оливейра. — Он подловил меня в тот момент, когда я проявил слабость по отношению к одной девушке. В итоге, почти все, кто был с нами в тот момент, отправились в Грани, а я словил пулю в упор.

— Слабость? — уточнила, улеглась на живот и приподнялась на локтях. — Неужели суровый огненный альфа всё-таки однажды был влюблён? — поддела его.

— Ты ещё скажи, что именно поэтому я теперь на серьёзные отношения не способен, — прокомментировал насмешливо.

— А что? — деланно удивилась я. — Очень понятное оправдание, — улеглась обратно на бок лицом к нему. — Потом уже и не хочется больше любить, — добавила зачем-то вслух, вспомнив свои страдания по лежащему рядом в своё время.

Огненный волк между тем уставился в потолок, не считая нужным что-либо дополнять, и сложил руки за голову. Какое-то время просто изучал позолоченную декоративную лепнину сверху, а потом прикрыл глаза, явно засыпая. Я же замерла, не шевелясь, запоминая этот момент. Он мне показался таким личным…

Да и вообще это было странно, смотреть, как кто-то засыпает рядом с тобой, как и самой находиться в постели не одной. Я будто к некой тайне прикоснулась. А когда дыхание оборотня окончательно выровнялось, сообщая, что он заснул, не удержалась и чуть приподнявшись на локте, дотронулась до его огненной шевелюры, такой мягкой и в то же время жёсткой, приятно покалывающей кожу своими кончиками. После и вовсе осмелела, проведя большим пальцем по его лбу, который он чуть хмурил даже во сне. На мои действия лицо мужчины расслабилось, отчего я невольно улыбнулась. Следом за этим прочертила линию от виска по немного колючей щеке к губам, тронув нижнюю. На большее не решилась. Легла обратно и спрятала ладони под подушкой, чтобы сдержать порыв продолжить изучать спящего мужчину.

Нет уж!

Хватит того, что я почти готова признать, что он не так уж и плох на самом деле. Впрочем, это только один день, который мы провели вместе. Неудачный вечер знакомства не считается. Кто знает, что будет дальше…