Глава 23

Ярослава

Сердце разрывалось на части, а мысли одна хуже другой отбивали в сознании такой хаос и сумбур, что, казалось, ещё немного и просто сойду с ума. Мой альфа больше не являлся таковым… Моим. После того, что он сказал обо мне и Элейн – осознала это очень чётко. И если ещё пару часов назад я понятия не имела что делать со всем этим, то теперь решение было очевидным. Пусть и не в мою пользу. Как бы то ни было, необходимо это сделать…

Луна! Только бы не сломаться!

После того как в салоне самолёта не осталось никого кроме меня и Яна, набрала побольше воздуха в лёгкие и подошла к нему. Он никак не отреагировал на моё приближение. Лишь продолжил отстранённо смотреть в иллюминатор, витая где-то в своих мыслях. Судя по тому, что мне удалось прочесть в чёрных глазах, – положение становилось всё хуже и хуже с каждой секундой.

– Ян, – позвала тихо.

Реакции ноль. Пришлось опуститься на колени. Раз уж вынуждена просить, подобная поза – самое то.

– Джереми, – повторила имя того, кем теперь являлся мужчина.

Осторожно тронула его колени, пытаясь хоть прикосновением обратить внимание на себя. Сработало. Пусть и нехотя, но он перевёл взгляд, вопросительно приподняв бровь.

– Примерно два года назад моя вторая сущность была заперта точно так же как у тебя. И по той же причине. Так что я представляю, каково тебе сейчас. И что бы ты ни думал, всё, что я сейчас делаю, – только для того, чтобы тебе стало лучше… – сделала паузу, собираясь с духом для продолжения.

Но альфа клана чёрных волков не позволил закончить.

– О, это, конечно же, должно меня утешить или помочь? – съязвил он в ответ. – Расслабься, крошка-детка, меня мало заботит, что ты думаешь обо мне. Мне твоя жалость ни к чему. Со своими проблемами я способен и сам разобраться. Без чьей-либо помощи.

Горечь подкатила к горлу, а слёзы вот-вот грозили заполнить глаза, поэтому прикрыла их, глубоко вдохнув, прежде чем ответить.

– И не сомневалась, – отозвалась с печальной улыбкой. – Только вряд ли на этот раз ты сможешь справиться сам. По крайней мере, без нашей помощи. И дело не только в тебе. Или тебя совсем не заботит судьба твоей драгоценной Элейн?

Да, это даже не ультиматум – открытый шантаж. Ян не оставил мне другого выбора, раз уж она единственная, кто его действительно волнует.

– Что ты с ней сделала?!

Ян резко вскочил на ноги, хватая меня за волосы и поднимая следом. В его глазах было столько ярости, что невольно содрогнулась. Ведь последнее только подтверждает то, что девица ему дороже… нас всех.

– Как бы я хотел свернуть твою тоненькую шейку, – свистящим шёпотом, глядя в мои глаза, произнёс Ян. – Но мой друг, к сожалению, против. Именно он тебя помнит и любит, а не я. Так что оставь этот тон и говори прямо, что тебе от меня… Него… Нас… Что тебе надо? – кажется, он сам не знал, как к себе теперь относиться.

И, похоже, при таком раскладе ему было проще отрицать очевидное.

Что ж, разве я могу его винить в том, в чём и сама повинна?

– Хочешь убить – вперёд, – отозвалась как можно спокойнее, вопреки тому, что внутри всё кипело. – Уверена, если очень постараешься, то с лёгкостью успеешь придушить меня ещё до того момента, как твой зверь возьмёт верх. Но в таком случае ты никогда не увидишь Элейн, клянусь Луной, Ян! И кстати… Ничего я ей не сделала. Лишь отправила в безопасное место. Туда, где никто не сможет к ней приблизиться, даже если и найдёт. Тем более – ты.

– Я – Джереми! Запомни это, крошка-детка! – он отпустил меня, буквально отшвырнув от себя. – Ян – тот, другой! Р-р-р… Как же меня это всё бесит!

Мужчина схватился за голову, постоял немного так, прошёлся между рядов, а потом начал крушить всё подряд. Каждый звук разодранной обивки, как и крушение того, что её наполняло изнутри, отзывалось в моём сознании во сто крат. Словно сейчас Ян ломал не обстановку – разрушал меня.

– Прекрати! – выкрикнула как можно твёрже. – Нам ещё домой на нём возвращаться!

Похоже, мои альфа-гены вспомнили о том, что они есть в наличии, потому что резкий выброс силы сбил с ног даже меня. Так и упала на колени, чувствуя запах собственной крови. Снова носовое кровотечение…

Твою ж мать, не до того сейчас!

С пола так и не поднялась. Вряд ли я сейчас смогу стоять самостоятельно. Да и не об этом надо позаботиться в первую очередь. Я должна закончить то, что собиралась сказать изначально.

– С Элейн и её дочерью всё в порядке. Никто не обидит их. Если хочешь знать подробности, расскажу больше, после того, как мы выйдем отсюда. Кроме того, сможешь вернуться к ней в скором времени, если так уж этого хочешь, но сначала сделаешь для меня кое-что. Решай сейчас. Больше я тебе такого выбора не предоставлю.

Волчица рвала и метала внутри, не понимая, как я могла вообще озвучить подобное вслух, тем более что каждое произнесённое слово не было враньём. Но я безжалостно удавила любую попытку повлиять на человеческую сущность. Вряд ли будет иная возможность договориться с мужчиной, а если я не сделаю этого сейчас, то мир вокруг нас просто рухнет.

– Ну, так что? – добавила глухо, поднимая голову, ведь ответа так и не дождалась.

Ян в отличие от меня устоял на ногах, но взирал с таким священным ужасом, будто я – не я, а трёхголовая гидра.

– Никогда. Больше. Так. Не делай! – процедил он каждое слово сквозь зубы.

Подошёл ко мне и, к моему огромному удивлению, поднял на руки, отнёс на кровать, где аккуратно уложил на подушки. После чего прошёл в ванную комнату и вернулся оттуда с мокрым полотенцем. Присел рядом со мной и стал вытирать кровь с моего лица.

– Бросить бы тебя и свалить. Так ты ж самоубьёшься быстрее, – хмыкнул он.

«Да я уже мертва! Если не физически, так духовно!», – билось в истерике подсознание.

Но то осталось внутри меня. Внешне я лишь покачала головой в отрицании. В конце концов, мимолётный порыв заботы с его стороны значил лишь то, что в нём ещё осталась частица человеческого сострадания. И ничего больше.

– Ладно, сделка, так сделка, – Ян мял в руках полотенце, устало опустив голову вниз. – Зачем ты только нашла меня? До этого всё было тоже не очень, но как-то понятней, что ли… И с Элейн ты зря так поступила. Она хорошая девушка. Я действительно любил её, по-своему. Не так, конечно, как любят описывать это чувство в книгах или показывать в фильмах. Но она была мне по-настоящему дорога, – он немного помолчал, но я тоже не спешила что-то говорить, продолжая внутреннюю борьбу с самой собой. – Скажи, а мы хоть были с тобой счастливы? Тот, второй, лишь твердит постоянно "Моя", и всё. Надоел до чёртиков на самом деле.

И вот что я должна ему на это сказать?! Были ли мы счастливы? Бесконечное множество раз – да! Но разве это имеет значение для того, кто сейчас передо мной? Ему ведь на самом деле всё равно, так ли оно было или нет.

– Счастливы? – усмехнулась собственным мыслям. – А сам как думаешь? Честно говоря, я не лучшая из пар, которые только ты мог бы себе выбрать, но… – осеклась, послав себе мысленный подзатыльник, ведь решила уже, что не буду ворошить прошлое. – Да без разницы уже. Это ничего не изменит. Что касается Элейн – я сделала это в первую очередь для её безопасности. Ты не знаешь, но нас идёт охота. И поскольку мы – значит, и ты тоже, то и твоей рыженькой медсестрички это тоже касается. Так что, если будешь хорошим мальчиком и не станешь больше пытаться вынести мне мозг своими выходками, я расскажу тебе абсолютно всё, что ты пожелаешь знать. Позже. А пока нужно переодеться. И тебе – в первую очередь. Мы сюда не просто так прилетели, кстати. У нас есть неотложные дела в Лондоне. Точнее – у тебя. Ты просто об этом не помнишь, но от этого зависят чужие жизни. Не только твоя, моя или Элейн. Многих. Когда-то они были для тебя важны. Сейчас, конечно же, нет, но это не значит, что они на тебя не надеются до сих пор. Кроме тебя больше никто не сможет помочь им… Нам. Всем.

Ян нервно усмехнулся.

– Это, конечно же, многое объясняет. Вот веришь, из твоей речи я ничего не понял, кроме того, что мы все умрём, если я не сделаю, что-то охренеть какое важное.

Он снова ненадолго замолчал. Странно это было. Говорит что-нибудь, а в следующую минуту будто зависает.

Луна! Есть что-то ещё, чего я не знаю?

– Ладно, уговорила! Сделаю, что нужно, а за это ты позволишь мне встретиться с Лейни, – он встал и направился в душ, но остановился в дверях и, не оборачиваясь, продолжил: – И спасибо за то, что вернула ей дочь. Она скучала по ней, хотя и молчала. Так же извини за эту… вспышку. Я не знаю, как к тебе относиться. Ко всему этому. Не понимаю, что происходит. И ты, уж, прости, так ничего и не объяснила толком, – он тихо засмеялся. – Он говорит, что с тобой всегда так. Склонен ему верить. Над твоим поведением и общением с другими стоит поработать, подумай об этом, пока я в душе.

И пока я открывала и закрывала рот в попытке найтись со словами, Ян скрылся в ванной…

Да твою ж мать!!! Подумай над своим поведением?! Серьёзно?!

Вспышка ярости оказалась настолько сильной, что так сразу вернуть выдержку не удалось, но разбитый вдребезги стеклянный столик у дивана частично помог успокоиться. И как только способность связно говорить вновь ко мне вернулась, первым делом набрала Егора. Пока в душевой кабине лилась вода, у меня ещё была возможность поговорить с другом без свидетелей.

Григорьев взял трубку почти сразу.

– Как ты? – по своему обыкновению без лишних предисловий поинтересовался он.

– Хреново, – ответила честно.

Изворачиваться ещё и перед ним я сейчас была просто не способна.

– Верю, – тяжело вздохнул собеседник.

– Кайл уже вылетел? – мгновенно переключилась на насущное.

Не хотелось бы, чтобы Ян услышан дальнейшее.

– Да, пару часов назад. Скоро будет, – подтвердил Егор.

– Как… вы?

– Подопечные в порядке, если ты об этом, – ухмыльнулся он. – Мы в доме Кайла. Да и охраны здесь больше, чем у президента США, так что не волнуйся – всё в порядке. Никуда она не денется. К тому же, вроде как, дамочка свыкается потихоньку с мыслью, что другой жизни ей не светит. Насколько понял, ей вообще без разницы, где жить, если дочь рядом.

Новая волна раздражения грозила захлестнуть разум с новой силой. Не очень-то приятно выслушивать о благополучии той, кто разрушила твою жизнь… Разве что о её поминках зайдёт речь.

– Хорошо, – отозвалась в раздражении, добавив через паузу: – У меня к тебе просьба, – молчание на том конце связи подтверждало, что меня внимательно слушают, поэтому продолжила без промедления. – Помнишь тот домик в горах, который ты снял для меня, когда была необходимость? Хочу, чтобы ты нашёл примерно такой же вариант. И желательно, чтоб хвойных лесов поблизости было как можно больше. Пусть даже это будет не самый пик комфорта, лишь бы подальше от цивилизации и на нейтральной территории.

– Яр? Зачем? – настороженно отозвался Егор.

Не была уверена, стоит ли ему рассказывать, но выбора не было. Если не откроюсь, он не поможет. Упрямства в нём не меньше, чем у Яна.

– Мы с моим альфой заключили сделку. Он решит проблему с Советом, а после заживёт со своей подружкой долго и счастливо. Если выгорит, то у Айома будет год, чтобы решить проблему с тем, кто возглавит клан, а у меня появится отсрочка. Если же нет – то воспользуюсь этим запасным вариантом в ближайшие дни, не откладывая на потом. Ты и сам знаешь, я не позволю, чтобы Эйдан воспитывался по законам чужака.

– Постой, что значит: «Заживёт со своей подружкой долго и счастливо»? Ты что, не сказала ему, по какой причине изолировала её? – моментально возмутился Григорьев. – Спятила, что ли? Или ему пофиг? Не понимаю… – тяжело вздохнул он под конец.

Я же лишь усмехнулась. Хватит на сегодня с меня слёз.

– Когда было решено вернуть мою вторую сущность, угадай что было единственным из того, что действительно помогло мне не подохнуть в процессе? – поинтересовалась больше в риторическом ключе, потому и продолжила, не дожидаясь реакции собеседника. – Так вот, в данный момент единственное, что является таким катализатором для Яна – это Элейн. Он довольно ясно, знаешь ли, расставил приоритеты, так что его отношение к ней даже сомнению не полежит. И если я заберу у него и это, даже представить боюсь, что будет дальше. По крайней мере, так у него есть повод цепляться за реальность. Как будет дальше – покажет время, но в данный момент других вариантов я не вижу.

Мужчина в который раз тяжело вздохнул.

– Понял тебя, – устало проговорил он спустя минуту молчания. – Я так понимаю, никто не должен знать об этом дивном уголке твоего будущего приобретения?

– Никто. Тем более Кайл или Айом, – подтвердила тихо.

– Всё сделаю в лучшем виде, можешь не беспокоиться. Думаю, даже в ближайшие сутки, – заверил меня друг детства.

– Хорошо, – выдохнула благодарно, попутно отметив, как прекратила шуметь вода в душе. – Мне нужно идти. Позвоню тебе, как только появится возможность. Спасибо, Егор. Ты лучше всех.

Стоило только отключить вызов, как вернулся Ян… в одном полотенце на бёдрах. И будь я трижды проклята, но все мысли в один момент сконцентрировались на капельках воды, стекающих по обнажённым мышцам альфы!

– Наболталась? – вкрадчиво поинтересовался он.

Не сразу разобрала сути. Да и после тоже не сообразила. Просто тряхнула головой, отгоняя навязчивое желание дотронуться до столь желанного тела, и направилась в сторону шкафа с одеждой. Костюмы Яна, которыми он пользовался в своих путешествиях, пригодились сейчас как никогда.

– Думаю, этот подойдёт, – пробормотала тихо, вытаскивая прошлогоднюю модель от «Gianfranco Ferre» чёрного цвета.

Не оглядываясь, протянула вешалку с одеждой в сторону мужчины, и как только рука оказалась свободной, вытащила белую рубашку и галстук в тон костюму.

– Издеваешься? Я это не надену, – послышалось недовольное ворчание за спиной.

Вздохнула напоказ устало.

– А я думала, мы договорились о том, что ты будешь хорошим мальчиком, – напомнила укоризненно, разворачиваясь.

Скрестила руки на груди, наблюдая за тем, как кривит лицо супруг. Может он и изменился, но присущая ему нелюбовь к официальной одежде так никуда и не делась. Довольная улыбка расплылась на моих губах сама собой. И стала ещё шире, когда мужчина вновь заговорил.

– Знаешь, в твоём исполнение фраза "будешь хорошим мальчиком" приобретает совсем другое значение, – нагло ухмыльнулся Ян.

Его взгляд медленно прошёлся по моему телу с ног до головы, а меня тут же бросило в лихорадочную дрожь. Ничего не могу с собой поделать, когда он так смотрит.

– И какое же? – поинтересовалась, делая вид, будто вообще не понимаю о чём речь.

Поскольку умудрилась испачкать одежду в собственной крови, избавиться от неё лучшего времени не нашла. Демонстративно стянула с себя всё, что было, без зазрения совести разворачиваясь обратно к шкафу, чтобы достать оттуда красное платье из жатого крепа. Да, коротенькое, и держится на одной тоненькой бретели через плечо, но всё лучше, чем в вещах, перепачканных вследствие собственной несдержанности на генном уровне.

– Хм… – раздалось позади.

Но, когда я повернулась, Ян спокойно натягивал брюки прямо на голое тело, при этом брезгливо поглядывая на рубашку, валяющуюся на краю постели наряду с галстуком. Порыв подойти и помочь управиться с последними деталями гардероба оказался быстрее, чем сообразила, что вообще не стоило бы этого делать. Однако привычные движения исполнились без проблем. Сразу, как только последняя пуговица оказалась застёгнута, чёрный шёлк тут же был накинут на шею альфы, в то время как он хмуро и настороженно следил за мной. Ничего не осталось, как и дальше изображать заботу и равнодушие одновременно.

– Так лучше, – пояснила миролюбиво, затягивая узел потуже.

Просто пальцы непомерно дрожали, и вряд ли бы удалось рассчитать силу, которую нужно приложить, а так… хуже не будет точно.

– Я так понял, желание придушить у нас взаимное, – ухмыльнулся Ян.

Вот же… волчара недоделанный!

– Неправильно ты понял, – отозвалась гораздо резче, чем рассчитывала. – Если бы собиралась – не стала раздумывать так долго, как ты. Просто сделала бы и всё. Но я тебя не виню. У меня же, как оказалось, проблемы с правильной подачей информации… – договаривать не стала.

Обида захлестнула разум с лихвой. И дело было даже не в том, что он сказал. Слишком тяжело давалось осознание того, что мой мужчина теперь принадлежит другой, а до меня ему и дела вовсе нет.

Так и развернулась, хватаясь за платье, как за спасительный маяк. Прикрыть собственное тело и хоть как-то отгородиться от Яна, пусть и всего лишь визуально, стало самым непреодолимым желанием. Если залез в душу и вывернул её наизнанку, бросив истекать кровью, так хотя бы не покажу вида, что, и правда, погибаю. Ни к чему унижаться ещё больше перед тем, кому просто-напросто всё равно.

– Эй, ты что, обиделась? – недоуменно поинтересовался он. – Из-за такой мелочи? Да ладно тебе, – Ян подошёл ближе и даже приобнял за плечи. – У всех свои недостатки. Идеальность скучна и мало кому нужна на самом деле. Зато у тебя очень аппетитная попка, – и, видимо, в качестве доказательства своих слов, хлопнул меня по этой самой «аппетитной» части.

Отвернулся и, насвистывая какую-то непонятную мелодию, вышел из помещения.

– Как был кобелиной озабоченной, так им и остался! – выкрикнула в сердцах ему вслед.

Обида так и не отпустила ведь. Даже любимые лакированные «Лабутены», которые я спешно надела, не помогли унять досаду.

– Сволочь… – пробубнила гораздо тише себе под нос, пусть никто меня уже и не слышал.

Вдохнув побольше воздуха в лёгкие, направилась следом за ушедшим мужчиной. К тому времени, как удалось его догнать, он уже спускался по трапу, у которого его ждали Мак и Айом.

– Сами, – разобрала беззвучное по губам учёного в свой адрес.

«Твою ж мать! Какие скоростные и инициативные все, когда не надо!», – простонало моё подсознание в недовольстве.

Самолёт Кайла должен был приземлиться в том же аэропорту в ближайшее время, а до начала Совета оставались считанные часы, поэтому подавив внутренний порыв остаться рядом с Яном, направилась в сторону другой взлётной полосы, попутно набирая бете сообщение на телефоне:

«Расскажи ему обо всём, что необходимо, но ничего не говори о сыне и том, что Элейн его травила. Ни при каких обстоятельствах!»

Расслышать звук входящего на телефоне Айома с расстояния в несколько десятков шагов не составило труда. И, судя по тому, сколько немого укора удалось прочитать в глазах беты клана чёрных волков, информацию он усвоил вовремя.