Глава 36

Ярослава

Центральная гостиная замка альфы клана чёрных волков сегодня казалась ещё роднее и уютнее. Пространство буквально утопало в обилии солнечных лучей, проникающих сквозь распахнутые настежь окна. А может просто переполняющие меня эмоции были настолько сильными, что мир вокруг казался необычайно тёплым и светлым вопреки всему, что меня окружало на самом деле.

Ян сидел на одном из кресел, откинув голову на спинку, и из-под полуопущенных ресниц наблюдал за спящим на его руках сыном. Во взгляде чёрных глаз блуждало столько нежности и любви, что едва сдерживалась, дабы не разрыдаться повторно, ведь именно сейчас альфа клана чёрных волков такой, каким я хотела его помнить и знать. Не знаю, сколько времени прошло, как все встречающие нас покинули гостиную, оставив наедине, но я бы многое отдала, чтобы оно растянулось до бесконечности. Просто знать и чувствовать эту безмятежность и ощущение счастья… Да, я, видимо, совсем умом тронулась.

Тряхнув головой, отогнала налёт розовой пелены, витающей в мыслях, и подошла ближе.

– Нужно отнести сына в кроватку, – протянула руки в готовности забрать малыша, но мужчина и не думал делиться своей ношей, поэтому пришлось добавить: – Он проспит примерно два часа. Не будешь же ты сидеть тут вот так всё это время?

– Не вижу в этом проблемы, – нежно отозвался Ян, проводя по волосам сына.

И почему я не ждала ничего другого?

– А ты уверен, что Эйдану так будет удобно и комфортно? – поинтересовалась вкрадчиво.

Мужчина тут же обеспокоенно нахмурился.

– Ну, думаю, он бы не стал так спокойно продолжать спать, если бы ему было неудобно. Яр, скажи сразу, что не так? Если я тебе мешаю, то могу просто пойти с ним прогуляться куда-нибудь ещё. Если хочешь поговорить, то вряд ли Эйдан проснётся, раз до сих пор никак не отреагировал на наш диалог. Главное, не кричать. Он такой замечательный!

Улыбка на моих губах расползлась только шире.

– Мешаешь? – невольно усмехнулась. – Чёрт, это же твой дом, – развела руками. – Что ты такое говоришь? Просто на втором этаже есть замечательная детская кроватка с ортопедическим матрасом, специально купленная тобою для него, – сделала вид, что задумалась, – да и, наверное, их не просто так придумали. Я понимаю, что ты хочешь побыть с сыном, и ни в коем случае не хочу тебя лишать этого. Можно отнести его туда и дальше наслаждаться его компанией… Не находишь? Если не хочешь отдавать Эйдана мне – сам отнеси и уложи… Не думай, что я снова чем-то недовольна. Просто хочу как лучше для нашего ребёнка, – отступила на шаг назад, примирительно подняв ладони.

– Это будет уже не то… А можно я пройду к себе и просто побуду вместе с ним там? Я понимаю, что ты хочешь, как лучше, но лишиться его выше моих сил. Хочется постоянно трогать его, чувствовать. Мне кажется, что если отпущу Эйдана сейчас, то больше не увижу. Даже моему Зверю неприятно это расставание, – Ян приподнял сына и поцеловал того в лоб. – Кстати, а как ты общаешься со своей волчицей?

– Идём уже… папочка, – еле сдерживая смех, махнула рукой, приглашая следовать за собой, и направилась в сторону нашей спальни. – Про общение со второй сущностью расскажу тебе чуть позже, а то нас и так весь замок слышит сейчас.

– Угу, – промычал он в ответ.

Вряд ли он вообще понял, что я только что сказала. Всё его внимание было поглощено разглядыванием сына.

– Джереми… – напомнила укоризненно.

Бросила красноречивый взгляд в сторону арочного проёма, служащего выходом из помещения.

– Извини, – растерянно улыбнулся супруг. – Просто мне до сих пор не верится, что у меня есть сын, и он рядом. Каждую секунду жду, что вот сейчас уж точно проснусь, и всё исчезнет, – последнее прозвучало тихим шёпотом.

Подарила ему понимающую улыбку, в то время как сердце болезненно сжалось, а мужчина поднялся на ноги, наконец, соизволив идти следом за мной. Как только мы оказались внутри личных покоев хозяина замка, вспомнила, что обещала ответить на вопрос об общении со зверем.

– Если хочешь, можно поговорить тут, – кивнула в сторону дивана около камина в зоне гостиной, – или там, – указала на распахнутую дверь, за которой располагалась непосредственно сама спальня и детская кроватка.

Ответ я знала и так, но видимо склонности к мазохизму во мне так и не убавилось, раз задала подобный вопрос вслух. Наверное, просто желала снова услышать подтверждение величины границы в нашем общении… Что б больше не забываться.

– Давай здесь, – отмахнулся Ян, как я и предполагала, – только надо на диван что-нибудь постелить, чтобы я мог Эйдана на него положить.

Кивнула в ответ и направилась в спальню, старательно скрывая горькую ухмылку, которая так и просилась наружу. Подобрав из кроватки детское одеяльце, отнесла его супругу. Мужчина уложил малыша, усаживаясь рядом на пол, и взял его за ладошку.

– Такая крошечная, – хмыкнул альфа.

На его лице вновь расплылась беззаботная улыбка, озаряя моё сердце ощущением мимолётного забвения, но я быстро вспомнила что на деле реальность не столь радужна, как бы мне того не хотелось.

– На счёт общения… – напомнила больше самой себе, чем ему о необходимой теме разговора. – На самом деле, человеческая составляющая всегда преобладала во мне больше, ведь полноценным оборотнем я стала не так давно, да и то благодаря тебе, так что, наверное, мой опыт не самый правильный и тебе стоило бы обсудить этот вопрос лучше с Маком. Всё-таки он сможет лучше тебе объяснить, как это происходит, – вздохнула тяжело, понимая, что даже на простое пояснение я действительно не способна. – Но вообще, я бы сказала, что волчица внутри меня – она не спутница, с которой можно просто общаться или налаживать контакт, чтобы договориться о чём-либо. Зверь внутри – как неотделимая часть, непосредственно влияющая на эмоции и чаще всего даже на поступки, если поддаться влиянию инстинктов. Например, связь в паре – помнишь, я обернулась и уронила тебя на землю, и таким образом ты узнал, что мы не люди? На самом деле, у меня и в мыслях не было ничего подобного, но в тот момент я потеряла контроль, и волчьи инстинкты взяли верх, потому что пара априори не может принадлежать кому-то ещё, кроме нас, раз уж мы отмечены друг другом… – замолчала, закусив губы.

И отвернулась, не в силах смотреть на Яна. Не хотела видеть его реакцию.

Луна! И зачем меня вообще понесло на дополнение о парах? Вот же… идиотка!

– Значит, проще говоря, звери в нас лишь как отголосок? – ровным голосом поинтересовался Ян вопреки моему ожиданию. – И вы с ними не общаетесь? Волк как ваше отражение, так, что ли? Или… Не понимаю, – пробормотал Ян в итоге. – А когда оборачиваетесь? Кто тогда преобладает?

– Когда позволяешь инстинктам преобладать – выпускаешь зверя наружу и оборачиваешься. Если не контролируешь свои эмоции, как было в случае со мной – тоже оборачиваешься, но только не по своей воле. Как я уже сказала, волк внутри тебя – не отдельная личность. Он и есть ты, часть тебя. Невозможно быть оборотнем, и при этом оставаться только человеком. Ты либо един со своим зверем, либо… – договорить не удалось.

Отвлёк негромкий стук в дверь. Кайл явился.

– Сестрица, на пару слов, – глухо проговорил брат.

Обернулась в сторону Яна, не зная, могу ли я покинуть его прямо сейчас. Мужчина пожал плечами в безразличии, возвращая своё внимание к сыну.

– Скоро вернусь, – обронила через плечо, выходя за двери.

Родственник дожидался в коридоре, скрестив руки на груди.

– Смотрю, у вас всё в шоколаде, – лучезарно заулыбался оборотень при моём появлении.

Схватила его за локоть, оттаскивая подальше от дверей.

– Если только шоколад горький, – произнесла шёпотом, скривившись.

Брата это нисколько не проняло.

– Вот вечно ты всем недовольна, – притворно печально вздохнул он.

Чем и заработал тычок в бок.

– Ау… – вскрикнул он, театрально схватившись за бок.

– Ей богу, как маленький, – тяжело вздохнула я.

Зелёные глаза хитро прищурились, а на губах мужчины расплылась новая лучезарная улыбка, но тут же угасла. До сих пор привыкнуть не могу к тому, насколько быстро может меняться Кайл… Мне бы такой тотальный контроль над эмоциями – жизнь была бы значительно легче.

– Я собственно, чего пришёл: Уилсон не обманул, в той лаборатории мы, и правда, достали что требовалось. Кейс с вакциной забрал Айом. Помимо той сыворотки там ещё куча всего было – то тоже доставлено сюда в замок. Ваш бета сказал, что всё передаст Маку. Так что вряд ли сестрица тебе удастся воспользоваться панацеей для подавления парной связи… – предельно серьёзным тоном проговорил он, в то время как лично у меня земля уходила из-под ног от отчаяния. – Но я подумал, что выбор в конечном итоге должен остаться за тобой, – дополнил альфа, протягивая на ладони ампулу с раствором фиолетового цвета. – И да, можешь уже начать меня благодарить: не буду особо против.

– Чёрт, ты же знаешь, как я тебя люблю? – выдохнула тихо.

Убрала вакцину в задний карман джинс и, не дожидаясь от Кайла ответа, обняла и ласково провела ладонью по его волосам.

– Очевидно, почти как собственного сына, – задорно рассмеялся он в явном намёке на мой жест, сжав в ответных объятиях. – Я тоже тебя очень люблю, Ярусь. Не забывай никогда об этом, лады?

Чувство правильности и умиротворения буквально затопило рассудок, поэтому я и не подумала отстраняться. Прошло не меньше минуты, прежде чем момент семейной идиллии растаял. А всё потому, что…

– Ты что это – прощаешься, что ли? – поинтересовалась удивлённо.

Судя по виноватому выражению лица брата, я не ошиблась с выводами.

– Помимо вакцины, удалось раздобыть некоторые документы, которые могут помочь с поиском остальных лабораторий, да и сети их организации в целом, так что мне действительно нужно уезжать. Судя по сегодняшней реакции твоего альфы, у вас вроде как налаживается всё, так что моё присутствие не обязательно, ведь правда?

В какой-то мере он был прав, вот только долго ли будет длиться моё спокойствие, если учесть чьё прибытие ожидалось в скором времени?

– Не правда, ты мне всегда нужен, – усиленно помотала головой в отрицании.

Брат сжал объятия крепче, вновь привлекая к себе.

– Трусиха ты, – по-доброму ухмыльнулся Кайл. – Уверен, никакие рыжие медсестры не способны вылечить мозг Джеру настолько, чтобы он перестал чувствовать, что его семья – это ты и Эйдан, а не кто-нибудь ещё… Да и Егор будет здесь: он-то тебя в обиду точно не даст никому. Разве нет?

Гипотетическое присутствие Григорьева, и правда, воодушевляло… но не настолько, чтобы со спокойной душой отправить брата туда, где водились призраки прошлого, способные уничтожить всех нас.

– Обязательно тебе уезжать сейчас? – предприняла новую попытку отговорить его. – Подожди немного. Как только Яну станет легче, он или Айом помогут тебе. Вместе вам будет гораздо проще.

Последнее стояло под огромным вопросом, но сейчас было важнее не отпустить Кайла. И сама не знаю почему, но страха во мне было чересчур много.

– Я позвал Тимофея, да и остальное семейство Лазаревых тоже будет, так что не нужны мне чёрные волки, – отмахнулся альфа клана белых. – Да и я уже не маленький. С чего бы это вдруг такая непомерная опека, а, сестричка?

Если бы я знала!

– Ладно, – проворчала недовольно в капитуляции. – Не удержу ведь всё равно… Проводить тебя?

– Да, и платочком на прощание ещё помаши, которым слёзки потом утирать будешь, а то без драматических прощаний никак ведь вообще, – в который раз усмехнулся брат.

– Да ну тебя, – фыркнула громко, повторно ткнув мужчину в бок. – Вали давай уже.

Даже рукой махнула, указывая направление.

– Сделаешь так ещё раз, и я слягу с переломом рёбер! – расхохотался Кайл.

Подарила ему презрительный взгляд, поджав губы, и развернулась обратно к комнатам, в которых остались супруг и сын.

– Чуть не забыл. Меня же Мак отправил, – заставил притормозить с уходом оборотень. – Он просил передать, чтобы ты и Джер спустились на нижние уровни. Тебе там противоядие вроде как положено, а альфе твоему пора бы уже заняться восстановлением, пока новых приступов не случилось.

– Хорошо, – отозвалась вяло.

Настроение вмиг скатилось ниже некуда. И это не осталось незамеченным тем, кто чувствовал меня лучше кого-либо.

– Если вдруг апокалипсис настанет – звони! Примчусь с того конца света! – крикнул вдогонку Кайл.

Он больше не обернулся, спешными размашистыми шагами покидая коридор, в то время как я открывала двери в апартаменты альфы клана чёрных волков, но посланную им волну ласкового тепла ощутила даже с такого расстояния.

– Всё в порядке? – поинтересовался Ян, когда я вошла в комнату.

Поначалу собиралась отмахнуться, сделав вид, что всё хорошо, но потом…

– Кайл уезжает, а я думала, он побудет здесь ещё немного, – призналась нехотя. – Вот и расстроилась. У меня в твоём замке не так много близких людей…

– Понимаю, – горько хмыкнул он. – Знаешь, я сегодня смотрел на родителей, сестру, и внутри ничего не дрогнуло. Будто я видел перед собой обычных прохожих… – супруг отвернулся обратно к сыну и ласково улыбнулся. – Он единственный к кому я хоть что-то испытываю настолько сильное… словно во мне напрочь отсутствует способность любить, – добавил задумчиво. – Я сегодня ощутил это особенно остро, когда обнимал тебя. В тот момент я испытывал всё то же, что до этого много раз с Элейн. И вот думаю, а не могли ли эти сумасшедшие учёные убить во мне некоторые эмоции совсем? – ненадолго он снова ушёл в себя, как это уже бывало не раз, а потом посмотрел на меня, словно только заметил, с кем разговаривал. – Извини. Просто не люблю лгать и не хочу кормить тебя ложной надеждой. Я, честно, пытался, но не могу…

Вот же… Не нужны мне твои оправдания!

– Мы ведь уже выяснили этот момент, – отозвалась как можно спокойнее, вопреки мысленной истерике обеих моих сущностей, заставляющих вцепиться в глотку своей неверной паре, которая даже не считает нужным исправить положение. – Не стоит повторять одно и то же по нескольку раз. Я, конечно, не самая умная из всех твоих знакомых, но это вполне себе усвоила. И… Спасибо за честность, Джереми.

Вспышка гнева была слишком сильна, чтобы я могла вот так просто погасить её… без ущерба для обстановки или нового нервного срыва, поэтому просто развернулась обратно в сторону выхода, бросив уже через плечо:

– Если ты не против побыть с Эйданом ещё, я бы хотела уладить кое-какие дела, пока есть время, – выдавила сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на повышенную интонацию.

Не успела схватиться за ручку двери, как меня перехватили за талию и развернули обратно.

– Что за глупая привычка постоянно сбегать? – устало проворчал Ян, не выпуская из рук. – Почему из всего, что я тебе говорю, ты слышишь только то, что хочешь? Это твой обычный слух или только мне так повезло? Вот скажи, что из моих слов ты запомнила?

Луна! Он серьёзно?! Я ещё и повторить это должна?!

Агония гнева, витающая в моём сознании, в одно мгновение превратилась в необъятную ярость. Ещё немного, и удерживать человеческий облик станет невозможно.

– Ты сказал, что не способен любить: нет в тебе подобной эмоциональной составляющей. Я не конченая дура, чтобы совсем не усвоить такую простую вещь. И у меня, и правда, есть дела, которые необходимо уладить – я не сбегаю. Но если ты не можешь посидеть с сыном, что ж… Так и быть, останусь. Можем ещё раз обсудить с тобой твою неспособность любить, ведь тебе же так нравится быть честным. Может, и меня научишь заодно! – последнее всё-таки прозвучало громче, чем следовало бы.

Спящий на диване Эйдан вздрогнул. Хорошо, не проснулся.

– А то, что, возможно, это лишь побочный эффект от той сыворотки ты тоже усвоила? Думаешь, мне нравится это? Меня это ещё больше злит. И ведь это не последнее, что та сыворотка принесла. Я ведь не говорил, что не просто чувствую волка? Он не просто есть во мне, а мыслит и чувствует всё отдельно. И он всё помнит! – он отпустил меня и отошёл к камину, задумчиво глядя в огонь. – Мне кажется, что, помимо памяти, эмоции тоже остались с ним. Даже ярость, что каждое мгновение сжигает меня изнутри, – это защитная реакция сознания за неимением по-другому воспроизвести эмоции. До сегодняшнего дня я даже не замечал, если честно. Но в одном, мой Зверь прав: меня с первого взгляда потянуло к тебе, вне зависимости от его желаний и чувств. Это были мои ощущения! Знаю, что ты вряд ли понимаешь, что я имею в виду, но как объяснить по-другому, не имею представления. Возможно, даже зря рассказываю, но… Почему-то с тобой захотелось поделиться этими мыслями. Хочу, чтобы ты поняла и по возможности меньше расстраивалась из-за моих слов и поведения. Понимаю, что мои извинения мало что значат для тебя в нашей ситуации, но всё же я говорю тебе своё "Прости"…

– Как уже сказала, я всё усвоила, Блэк. Нет необходимости повторяться ещё и в третий раз, – проговорила, не слыша саму себя.

Удары собственного сердца сейчас казались громче всего остального. Ярость захлестнула сознание целиком и полностью. Понятия не имела, как вообще удалось произнести хоть что-то. Больше не осталось никаких сил оставаться на месте и при этом удерживать лживую маску спокойствия… или понимания, которое ко мне ни хрена не приходило!

Так и ушла, бесшумно притворив за собой дверь. Как бы меня не бесила и не терзала реальность, мир и покой для Эйдана – важнее всего остального.