Глава 38

Ярослава

Наверное, если бы на мою голову только что обрушился весь замок, было бы не так больно… Но он не обрушился, а боль… буквально выворачивала наизнанку. Всю меня. То, чего я так боялась и ждала с замиранием сердца – случилось. Ян выбрал её! Не меня!

Да и с чего это я – тупая идиотка, вообще решила, что он будет выбирать?!

Ведь ясно же было сказано им… И не раз.

Чёрт, ну почему со мной всегда так? Зачем я позволяю каждый раз разрывать собственное сердце по кусочкам?

На этот раз его вряд ли соберёшь…

– Всё не так, как я думаю? – переспросила глухо, отступая на шаг назад ближе к камину. – И как же тогда? Или ты не обнимал её? Не целовал? Не стоял там с такой довольной рожей, как будто вы там только что джек-пот выиграли?

Кровь разогналась по венам до такой степени, что слышать собственный голос представлялось мало возможным. Хорошо, хоть бороться со второй сущностью сейчас не приходилось… Волчица просто замкнулась в себе, осознавая горечь потери. Пара никогда не изменит. Пара никогда не предаст… Но Ян – не пара нам больше. И на хрен не нужны нам его объяснения!!!

– Всё так, я не спорю. И понимаю, что со стороны всё выглядело вполне однозначно, но этот поцелуй лишь прощание и никакой другой подоплёки в себе не нёс, поверь. Там даже поцелуя-то и не было: так, лёгкое прикосновение… – начал оправдываться Ян. – Да и дело сейчас даже не во мне, а в Звере, в моём волке, который сейчас охренеть как монотонно воет внутри моей головы и мешает говорить, – последние слова он практически прорычал словно выговаривая даже не мне, а своей второй сущности… Вот идиот! – Чёрт, как же сложно всё объяснить, когда ты всё равно не поймёшь, – измученным стоном продолжил он. – Но главное: тот поцелуй ничто, лишь точка в разговоре. Не больше! Не собираюсь я к ней возвращаться!

Мужчина сделал шаг вперёд. Я же замерла, прислушиваясь к себе, и… Я не верила. Мы не верили. Ни одному лживому слову этого… этих…! Не верили, и всё тут!

Ведь сейчас эта сволочь скажет что угодно, лишь бы я не ушла, забрав сына с собой! Супруг уже обещал мне, что никогда не оставит, не изменит, не заставит испытывать ничего подобного, но… Всё враньё!!!

– Сложно тебе, да? – вопреки настоящим эмоциям, на удивление спокойным тоном произнесла в ответ, замечая, что Ян двинулся ещё на шаг вперёд. – А давай я тебе тогда всё упрощу? – поскольку вопрос был чисто в риторическом ключе, не стала дожидаться ответа и достала из заднего кармана джинс ампулу, которую дал мне Кайл. – Я сейчас спущусь в лабораторию к Маку, возьму шприц и вгоню себе вот это. После, когда моя тупая привязанность, которая тебе так мешает жить – закончится, мы с тобой поговорим ещё раз. Спокойно. Обстоятельно. Может быть, я даже буду к тому времени адекватна и способна на конструктивный диалог. Так вот, обсудим с тобой условия нашего развода и дни, по которым ты сможешь видеться с Эйданом. Как считаешь? Подождёшь пару часов? А чтобы скрасить ожидание, можешь пока обратно к Элейн вернуться и подарить ей ещё пару прощальных поцелуев! Или не пару… Похрен мне, в общем! Вали туда, откуда пришёл!

Альфа замер, немигающим взглядом глядя мне в глаза. Ничего не ответил. И чем дольше он молчал, тем сильней продолжал бурлить во мне гнев, набирая всё новые обороты. Но к тому времени как я уже готова была сорваться, швырнув в него чем-нибудь потяжелее, он заговорил вновь.

– Вот снова ты думаешь о себе, девочка. А что станет с твоей волчицей? С моим Зверем? Об этом, уверен, ты не подумала?! А я знаю, что будет с моим… И мне на хрен не надо, чтобы ты из-за своей ревности причинила ему такую боль! А уж каково будет твоей волчице даже боюсь представлять… Нет, для тебя-то это ничего… В твоём понимании ей это поможет. Вот только, посмотри на меня, – показательно развёл он руками в стороны. – Как мне только что стало известно, даже если разорвёшь связь, отголоски останутся. И они день за днём будут изводить твою вторую сущность и тебя вместе с нею, так как вы неразрывно связаны, в отличие от нас со Зверем. И это не говоря о том, что ты, возможно. тоже забудешь всю свою прошлую жизнь, подобно мне. И сына, и всех остальных. Абсолютно всё. Так, что и обсуждать уже нам с тобой будет нечего. Этого ты желаешь вам? Почему тебе обязательно надо ставить какие-то условия и истерить по любому поводу, кидаясь из крайности в крайность? Неужели ты, правда, думала, что я по щелчку пальцев смогу тебя полюбить? Ты же не маленькая, чтобы не понимать весь бред этой мысли. Я обычный человек и просто не в состоянии взять и полюбить, потому что вы все этого хотите! Я в принципе не верю в любовь с первого взгляда. Да мне надоело тебе объяснять, что я чувствую! Мне казалось, что, если я стану делиться с тобой своими эмоциями, ты поймёшь меня хоть немного, но в ответ ты снова и снова закатываешь скандалы. Вы мне даже не даёте времени прийти в себя и принять ситуацию: просто сесть и хорошо обдумать всё происходящее. После встречи с вами все события несутся с такой огромной скоростью, что у меня даже не получается сосредоточиться на них! Ладно, плевать, что со мной… Но мой волк… Он действительно любит тебя и хочет быть с тобой. У меня в голове все мысли и чувства спутались. Я порой не сразу могу отделить свои и его эмоции. И твои психи не добавляют спокойствия и понимания. Поэтому давай ты сейчас успокоишься, и мы просто сядем и уже, наконец, по-нормальному поговорим. Ты задашь мне свои вопросы, я на них честно отвечу. Если тебе для того, чтобы успокоиться – надо меня ударить, валяй! Я весь твой, – и вновь раскинул руки в стороны и в ожидании моих дальнейших действий.

Да твою ж… мать! А ведь ещё минуту назад действительно хотелось съездить ему по физиономии… И не раз. И как только догадался?

– Весь мой… – усмехнулась устало, усаживаясь на пол. – Снова врёшь… И мне, и себе.

Удивительно, но всё, что так кипело и бурлило мгновение назад, просто растаяло и растворилось, будто и не было ничего такого и вовсе. И только ампула с фиолетовым раствором, зажатая в ладони, напоминала о том, что я только что собиралась сделать.

Ян подошёл и присел на корточки передо мной, пристально глядя.

– Ты пойми, это не так просто… И не только для тебя… – он замолчал, словно выпадая из реальности на некоторое время. – Зверь… Он хочет с тобой пообщаться. Но не уверен, что ты согласишься сейчас на это… Спрашивает разрешения.

Собиралась отказать, ведь таким образом всё равно что сделать шаг назад, вновь наступая на одни и те же грабли в который раз… Вновь позволить себе надеяться, снова заставить себя поверить, что может быть как-то иначе, но моя подленькая вторая сущность решила по-своему. Вернулась, как всегда не вовремя…

– Я бы… Мы бы… – новая мысль захлестнула сознание, не позволяя договорить ответ. – Ты с ним можешь общаться? В смысле… Как это возможно вообще?

Ян улыбнулся, печально качая головой, а после окончательно уселся на пол рядом.

– У тебя на удивление избирательный слух и память, малышка. Я тебе об этом уже говорил. Но ты предпочла услышать лишь о моём отсутствии чувств и сбежать, – в его глазах читался немой укор. – Ну, и привычка воспринимать все мои слова в штыки так же не добавляли понимания ситуации… Ладно, повторю, так и быть: мы с моим волком можем общаться. Мы с ним словно две разные личности, запертые в одном теле. Вот понемногу учимся сожительствовать. Он даже рассказывает мне о тебе немного… Иногда. Дозирует информацию, так сказать. В этом вы похожи, – проворчал супруг недовольно. – А я с некоторых пор на дух не переношу все эти оговорки и умалчивания правды. И раньше предпочитал прямоту в общении, а теперь и подавно. У меня все вокруг вызывают тотальное недоверие после всего… Так, ладно. Что с моим Зверем? Поговоришь с ним? – добавил лукавый взгляд.

Во всём этом точно был подвох, но не поддаться искушению я не могла.

– И как ты себе это представляешь? – поинтересовалась в свою очередь.

– Доверься нам, крошка-детка, – подмигнул и прикрыл веки.

А к тому времени, когда он снова посмотрел на меня, то его глаза были абсолютно золотистыми без единого намёка на черноту.

– Луна… – выдохнула, словно приворожённая, глядя в столь любимое мною золото в глазах альфы клана чёрных волков.

Сердце затопило такой волной нежности и чувством правильности, что и сама не поняла, как приподнялась, потянувшись к мужчине на встречу. Ладони сами собой обхватили его лицо, а волчица внутри буквально взвыла от счастья… Отголоски обиды, злобы и гнева в нас обеих просто исчезли, затерявшись за светом, который лучился во взгляде нашей пары.

– Яр-ра, – протянул он рычаще, обнимая и перетягивая на свои колени.

Сердце пропустило удар.

Как же долго я ждала этого!

– Ян, – выдохнула ответно, уткнувшись носом в его шею.

Глубоко и шумно втянула воздух, впитывая в себя не только запах любимого, но и само мгновение, позволяя ему прочно закрепиться в памяти и разогнать всё плохое, что когда-либо только было между нами… На будущее точно пригодится.

– Не совсем. Ян – это Джереми, а я – Зверь. Но для тебя буду – кем захочешь, – произнёс он отрывисто.

Сложилось ощущение, будто он и сам сейчас только привыкает к своей речи.

– И кто тебе только такое имя дал… – проворчала ласкового, гладя супруга по голове.

Привычные слёзы вновь просились наружу, и я не стала сдерживаться. Ведь впервые за долгое время я плакала не от того, что мне плохо или больно. Эта теперешняя слабость была моей силой. И я наслаждалась даже ею.

– Расскажи мне… – попросила в добавление. – Обо всём. Пожалуйста. Хочу понять… – проговаривать вслух факт измены не хотелось, но я надеялась, что он и так поймёт.

– Обо всём не могу. Не хочу, чтобы Джер замкнулся в себе, – виновато улыбнулся Зверь. – Он и так слишком напряжён, запутан и растерян. Но в одном он прав: ты совсем нам не веришь и не хочешь даже попытаться понять. Только на словах. Вот я и подумал, что если его ты не слушаешь, то возможно меня услышишь, – Ян нежно улыбнулся и провёл ладонью по моей щеке, целуя в висок. – Только я не знаю, с чего начать, – растерянно улыбнулся мой волк. – Может, ты будешь задавать вопросы, а я отвечать, по мере возможности?

Да, и с чего я решила, что будет легко?

– Ты ведь помнишь всё, да? И… Когда ты вернулся? – не замедлила с первыми вопросами.

– Помню, но не Ян, он сейчас совсем человек. Не понимает наших устоев. Для него это как другой мир в книгах. А я и не исчезал. До этого всё как в тумане. Осознал себя только после твоего ранения, – он злобно рыкнул. – Мне тяжело без тебя, – его объятия сомкнулись вокруг меня крепче, причиняя боль.

Невольно поморщилась, но тут же улыбнулась снова.

Да, мой волк часто забывал рассчитывать силу своего воздействия в мой адрес, но… Мне же всегда нравилась в нём именно эта черта.

Чёрт! Я, наверное, точно двинутая на всю голову, если сейчас думаю об этом!

– И мне… Хороший мой, – прошептала едва слышно, зарываясь пальцами в его волосы, уткнувшись лбом в его лоб. – Любимый мой, единственный мой… Прости меня: я не хотела, чтобы всё было так. Я виновата… Снова… Прости меня, если можешь… Я не знаю, что сказать в своё оправдание. Я не верила. Боялась. Как и всегда. Да и сейчас… Тоже. Что мне делать? Как всё исправить? Скажи, потому что я не знаю. Я уже ничего не знаю, когда всё вот так… – очередной поток слёз хлынул с новой силой, поэтому вновь уткнулась носом в широкое мужское плечо, позволяя себе предаваться истерике как можно тише.

– Всё хорошо, маленькая волчица, – успокаивающе проговорил он, ласково погладив по голове. – Я не злюсь. Только ответь: ты, правда, видишь нас таким монстром? Убийцей? Я не виню. Но те слова… Хотя ты, возможно, права… Вот только твоё счастье для нас всегда было превыше всего. И методы не интересны.

Было непривычно слушать такую манеру выражения слов. Он словно на ходу учился правильно строить предложения. Но промелькнувшая мысль о странной способности второй сущности Яна быстренько затерялась за чувством вины. И ощущение было настолько необъятным и всепоглощающим, что сердце само собой замедлило ход, а горло будто сковало в стальные тиски…

Луна! И как теперь я должна это объяснить?! Но и молчать – тоже не выходило. Хватит, намолчалась уже…

Подняла лицо, пристально вглядываясь в глаза своей пары. И решилась.

– Ты – вся моя жизнь, Ян, – заговорила, обхватив его за шею и притягивая ближе к себе. – До тебя я и не жила вовсе. И не любила никого и никогда. Ты подарил мне способность жить по-настоящему: благодаря тебе я поняла, что такое нежность, преданность, верность, счастье… любовь. Без тебя не было бы и меня. И не будет никогда. А то, что я сказала… Мне было больно. Слишком, чтобы я могла контролировать, что говорю. Я не хотела причинить тебе боль… Нет, вру – хотела. Отчаянно хотела задеть тебя. Чтобы и тебе было также больно, как мне в тот момент. Чтобы ты почувствовал то, что ощущала и я. Знаю, эгоистично и подло с моей стороны, но только так я могла понять, что ты ещё здесь – тот, кому я могу быть нужна. Что тебе не всё равно. Даже твоя ненависть или ярость была бы для меня и то желаннее, чем равнодушие, ведь если тебе будет всё равно, то… – замолчала, не зная, стоит ли говорить дальше, но потом подумала, что если уж быть честной, так до конца: – Смерть и то лучше такой жизни, Ян. И… Ты не монстр. Никогда не смей так думать! Тот, кто подарил мне целый мир – не может быть таким, – шумно сглотнула, добавив совсем беззвучно: – Прости меня, умоляю. За всё прости.

– Глупышка Яра, – снова провёл он по моим волосам, зарываясь в них лицом. – Мне было больно каждое мгновение. Даже когда тебе было хорошо. Потому что я знал, что это ненадолго. Что человеческая часть не позволит мне полностью быть с тобой. Просто я не могу влиять на решение Джереми. Он неотъемлемая часть меня, но при этом совершенно отдельная личность со своими желаниями и эмоциями. Могу лишь слегка направить или попросить быть сдержаннее, – на этом моменте волк хмыкнул. – Он сейчас ругается. Я много лишнего говорю. Мне ещё сложно выражать свои мысли в виде слов. Как-то ментально оно проще. Но знаешь, есть во всём этом кое-что положительное…

– Что?

– Теперь я могу единолично любить тебя! – шепнул он ответ в мои губы.

Жадный требовательный поцелуй не позволил ответить мне. Так алчно и ненасытно Ян не целовал меня… Не помню сколько. Казалось, будто целая вечность прошла до этого момента. Но и то длилось не долго.

– Извини, – шумно дыша, отстранился он, разрывая поцелуй. – Мне сложно сдерживать свои животные инстинкты. Хочется подмять тебя под себя, как раньше… – и, не успела я опомниться, как добавил: – Обернись, пожалуйста. Хочу тебя увидеть.

Ощущение, что ему трудно говорить – так и не оставляло. Поэтому не стала больше заставлять его делать то, что могло бы причинить боль. Просто поднялась на ноги, не разрывая зрительный контакт, и отошла немного назад. Стянула через голову майку, после чего подрагивающими пальцами расстегнула джинсы, потянув те вниз, и вышагнула из мешающей одежды… Тут пришлось закусить губы до крови, потому что ситуация всё больше и больше напоминала не ритуал оборота, а… Не надо мне сейчас думать об этом!

– И мне тоже очень хочется… – проговорила прежде, чем поняла, что сказала это вслух.

Тряхнула головой, уступая место вести второй сущности. Нижнее бельё затрещало по швам, и через мгновение перед Яном величественно возвышалась белая волчица, тихо зарычав.

«Мой!» – буквально прокричала мысленно моя собственническая сторона.

Волк с восхищением смотрел на мою вторую ипостась.

– Подойди, – хрипло попросил он, протянув руку. – Хочу тебя потрогать. Какая же ты красивая! Такая же, как я запомнил, – провёл рукой по моему боку, прислоняясь своим лбом к моему. – Как же я скучал… Моя волчица! Моя пара! Только моя! Навсегда! – и столько гордости было в его словах, что мы обе поверили в его правоту. – Знаешь, а ты ему тоже понравилась, маленькая. Он восхищён твоим окрасом… Как считаешь, мы ведь сможем показать ему, что нас есть за что любить? К тому же такой красавице сложно сопротивляться… – ласково дополнил он.

Сейчас Ян говорил не со мной, а с волчицей… Что ж… Желание моего волка – закон!

Тихо рыкнула повторно, приглашая следовать за собой, и направилась к выходу из спальни.