Часть 16

— Прошу вас лечь на постель, Руби, — обратился ко мне мужчина. — Сперва проведу полный осмотр, и только потом перейдем к анализу крови.

Я замерла на месте, будто пригвождённая к стулу двумя парами глаз. Лишь спустя минуту нашла в себе силы собраться и, сложив руки на груди, отчеканить:

— Нет, я не буду этого делать!

— Руби! — возмутилась Сьюки, топнув ногой. Ее белоснежные щеки покрылись румянцем, а глаза нервно забегали. Девушка будто стыдилась за мое поведение. Но доктор остановил ее, вытянув руку вперед, и заглянул мне прямо в душу, проговорив вполне спокойно:

— Вы производите впечатление адекватной и, более того, разумной девушки. Давайте опустим эти подростковые всплески гормонов? Находясь в подвальном помещении дома альфы, вы вряд ли способны качать права. Своего я все равно добьюсь.

Замешкавшись, я растерялась. Это понял сэр Браун, предложив пару вариантов моего усмирения:

— В моем чемодане есть кожаные ремни, а также парочка волшебных таблеток, способных превратить вас в пластилин. Но кому это надо, верно?

Наверное, по моему лицу прошла тень, потому как доктор ехидно улыбнулся, снова кивнув в сторону постели:

— Прошу вас, дорогая. Раньше начнем, раньше закончим.

Мне не хотелось идти на поводу у преступников. Но много ли прав у птички в клетке? В тот момент я приняла решение поддаться, нежели расхлебывать нечто более страшное.

Поднявшись на ноги, медленно подошла к кровати. Впервые в жизни чувствовала себя так неуютно. Будто миллионы глаз рассматривают меня, словно научный объект, а я голая на сцене в свете сотни прожекторов.

— Устраивайтесь, — раздался нетерпеливый голос позади. Мужчине надоели эти терзания, сути которых он явно не понимал.

Развернувшись, я увидела замершую в другом конце комнаты Сьюки. Она стояла, словно кукла, уставившись в стену, показывая всем видом, что уходить не собирается.

— Миссис останется, — словно прочитал мои мысли Браун, на что тут же послышался равнодушный голос Сьюки:

— Алекс запретил оставлять тебя наедине с мужчиной. Я не буду вам мешать, не переживай.

Мне показалось, что на лице девушки промелькнуло нечто, похожее на смятение. Она не хотела быть тут. Смотреть, как оголяется любовница ее мужа, Которая еще и должна родить любимому ребенка. Как бы Сьюки не убеждала себя, что этот мир «ее», сейчас мы испытывали одинаковые чувства.

— Ладно, — пожала плечами я. Почему-то тот факт, что страдаю не я одна, прибавил сил. — Давайте уже скорее сделаем это, и вы наконец-то уберетесь вон!

Медицинский осмотр никогда не доставлял мне особой радости. Это будто кто-то нарушает твой покой… Чем-то похоже на моральное изнасилование. Ощущение, когда незнакомые руки касаются твоих самых сокровенных мест, будило только раздражение и желание поскорее пережить эту пытку.

— Вижу, вчера у Руби бы половой контакт, — «обрадовал» доктор блондинку. В этот момент я смотрела на Сьюки, тихо и мирно попивавшую чай и увлеченно читавшую журнал. Ее пальцы сжали бумагу, приминая ее, а глаза расширились. Она замерла, вглядываясь куда-то в пустоту. Но лишь долю секунды. Затем все стало как прежде. — Если продолжать попытки зачатия, то вам потребуется не более двух недель.

— Прекрасная новость, доктор! — с радостью ответила девушка, будто и не было этого секундной прострации. — Уверена, Алекс будет рад не меньше меня! Сегодня же обрадую его.

Доктор осмотрел меня всю. Каждый сантиметр тела, даже корни волос и зубы. Делал он этот так тщательно и кропотливо, что я могла только предположить, сколько ему заплатили. Оставалось лишь взять кровь, когда Браун внезапно повернулся к Сьюки и нескладно пробормотал:

— Мы очень стыдно, но не могу ли я воспользоваться ванной и оставить вас на пару секунд?

— Как только вы закончите, я проведу вас в гостевую наверху, — улыбнулась девушка, на что мужчина нервно покачал головой.

— Боюсь, что до этого момента мне не дожить!

Такая прямолинейность поставила блондинку в тупик. Она замерла и, отвернувшись, указала мужчине рукой на мой санузел, давая добро. Браун скрылся, плотно закрыв за собою дверь, и мы остались со Сьюки наедине.

— Тяжело, наверное, — не удалось сдержать ехидства мне. Злость на все и всех вокруг была выше меня. Хотелось уколоть эту неприступную скалу хоть как-то.

— О чем ты, милая? — натянув улыбку, она отложила журнал, уставившись на меня. — Осталось совсем немного. Я, честно, не подсматривала!

— Жить с мужем, который спит с другой. Принимать эту другую. Выполнять все эти постыдные просьбы Алекса… — поцокав языком, отвела взгляд к потолку. — Роль гостевой жены — вещь неблагодарная. Но не всем дано, так ведь, Сьюки? У кого-то любовь до гроба, у кого-то роль служанки и половой тряпки…

Рядом почувствовался знакомый ветерок, а когда я опустила голову, увидела возвышавшуюся надо мной блондиночку. Ее губы были сцеплены, глаза горели. Больше я ничего разглядеть не успела, потому что она подняла ладонь и залепила мне пощечину.

— Ей богу, я пыталась быть хорошей. Ты нравилась мне, и искренне казалось, что мы сможем стать подругами, — отчеканила она сквозь зубы, прежде вздернуть бровь. — Видимо, ты все еще не понимаешь распределение ролей. Есть мы с Алексом. Одно целое и нерушимое. Я та, кого он любит, ценит, считает равной себе и достойной альфы. А есть ты, кто должен родить ребенка и оставаться рядом для половых нужд. Если я о чем-то и жалею в этой жизни, так это о том, что не могу родить ребенка любимому мужчине. А сделать это придется такой неблагодарной твари, как ты.

Слова хлестнули по лицу сильнее любой пощечины. Сьюки точно знала, куда бить, и, наверное, в тот момент стоило прикусить язык. Но я больше не хотела оставаться безмолвной рабыней, принимавшей весь происходящий бред как должное!

— Все так, дорогая! — попыталась повторить ее мерзкое обращение я. — Но почему тогда, когда Алекс делал тебе метку, ты корчилась от боли, а у меня все в точности до наоборот. Объясни, что это значит?

— Ты врешь! — охнула она, снова замахнувшись. Я не успела поймать ее в воздухе, ведь скорость оборотня больше человеческой во множество раз. — Чертова дрянь! Как же Алексу не повезло заиметь такую истинную! Неблагодарная!

Я упала на кровать, а рука прошла по воздуху. В кромешной тишине завис свист, когда дверь ванной открылась и в комнату вошел ничего не понимающий доктор. Спустя секунду Сьюки уже сидела, знакомо равнодушно читая журнал, а доктор непринужденно брал кровь, думая о чем-то своем.

Не прошло и секунды, как эта парочка попрощалась, громко хлопнув дверью, а я бегом отправившись в душ, желая поскорее смыть с себя энергетику чужих людей. Не глядя, взяла с полки самое верхнее свежее полотенце и потянула его за собой. В полете оно развернулось, а на пол упало что-то тяжелое и увесистое.