Часть 39

В маленькую полиэтиленовую колбу была вложена достаточно не внушительная записка. Я долго крутила ее в руках, не решаясь развернуть. После всего пережитого, мне виделся в этом какой-то подвох…

Грустно вздохнув, я сдалась, осознав, что терпение мне совершенно не свойственно. Потому откинув в сторону полиэтилен, прочитала послание.30f6fc

«Не совершай ошибок, не верь никому. Ты много не знаешь, Руби. Потому будет очень больно и горько. Если захочешь поговорить — ты знаешь, что делать. И чем быстрее мы встретимся, тем быстрее падут розовые очки».

Подняв глаза вверх, я тихо прошептала:

— Филип Браун.

Только он мог написать подобное. Только у него был доступ ко мне. И если ранее я считала, что только через Калли, сейчас осознала четко и ясно: у него были и другие единомышленники в доме.

Перевернув лист, я прочитала еще пару выведенных каллиграфическим почерком строк:

«Положи этот листик в жидкость, и он растает. Полиэтилен сожги в камине»

Именно так я и сделала, но пить после этого настойку не решилась. Закутавшись в плед, ощутила зыбкий холод, принизывающий до костей. Слова доктора действительно пугали меня. Он будто специально нагнетал ситуацию, заставляя ощущать себя балансирующей на лезвии ножа.

— Миссис, — окликнула меня повариха, поднимая со столика не допитый стакан с настойкой. — Неужели совершенно не понравилось?

— Понравилось, — солгала, улыбнувшись. Повариха тут же расслабилась и облегченно выдохнула. Наверняка, не будь она такой услужливой — схлопотала наказание. Очень в духе Алекса. — Но я переживаю за Калли. Все так загадочно и ничего не понятно.

Присев на самый край дивана, женщина хотела мне что-то рассказать, но тут же ощетинилась. Будто ждала, когда я прогоню ее прочь, но я лишь миролюбиво кивнула и та пробормотала:

— Калли помолвлена с рождения. С хорошим и милым парнем. Кстати, он приносил тебе напиток. Зовут Виктор. — неловко отведя взгляд, повариха заправила длинный русый локон, выпавший из плотной белой косынки обратно, тяжко вздохнув. — Я думала, ребенок от него, но… Виктор кажется таким грустным. Будто не рад.

— Они истинная пара? — уточнила я, напрягаясь. В голове начали появляться догадки, которые совершенно не нравились.

— Нет, просто хорошие друзья. — моментально ответила она, будто это было очень важно.

— Значит, — подвела итоги я, — Отец ребенка может быть кто угодно? — повариха, сидящая напротив меня, замерла и покраснела. Было видно, что разговаривать со мной на данную тему ей было тяжело. — Чисто теоретически?

— Если чисто теоретически… То да, миссис. — поднявшись с места, она поспешно отряхнула фартук и забрав чашку, быстрым шагом направилась прочь. — Доброй вам ночи, миссис! Идите спать. Все будет хорошо.

И все же волнение меня не покидало. Сон манил, тело просило вернуться в постель, а вот сердце было не на месте… Пазл в голове не складывался. Я чувствовала, что упускаю какую-то важную деталь, поэтому решила дождаться Алекса. Он просто обязан был дать мне разъяснения.

Входная дверь отворилась около шести утра. К тому времени, все в доме давно уже спали, разбрелись по своим частям громадного дома. Как оказалось, у работников был свой отдельный участок за приделами хозяйской части.

Поэтому слушая, как стучат ботинки Кроуфорда по деревянному полу, точно знала — он услышит мой запах, почувствую, придет. По мере приближение мое сердцебиение ускорялось, становилось не по себе. Сжав пальцы в узел под пледом, я перестала дышать, ожидая, когда тот появится перед глазами. Но альфа замер за спиной. Так было еще более жутко.

— Ты не спишь, — констатировал мужчина, хмыкнув. — Так и думал. Ты становишься предсказуемой, Руби.

— Как Калли? — перевела разговор я, ощущая его присутствие каждой клеточкой тела. Стало зябко и неуютно.

— В порядке, но напугана. Боится потерять ребенка. Филип уговорил меня оставить ее в больнице. — осведомил меня тот, как вдруг я ощутила покалывание в волосах. Будто кто-то невесомо перебирает пряди. Но мысли мои были далеки от данной «проблемы».

Прочистив горло, я осторожно спросила:

— А где Роман?

— Там, где и следует быть, — послышался свирепый рык. Пальцы его так сильно натянули мои волосы, что наверняка вырвали парочку. Ахнув, я сползла вниз по креслу, чтобы Кроуфорд не мог меня касаться. — В доме для прислуги.

— Что же, значит мы одни, — прошептала я, набрав полные легкие воздуха, не решаясь продолжить мысль. Она застряла в горле, не в силах вернуться обратно и выскользнуть на волю…

Сперва Алекс замолчал, а присутствие его в комнате казалось неощутимым. Мгновение и теплое дыхание оказалось на щеке, щекоча кожу и заставляя волосы раздеться в разные стороны. Я вжалась в кресло, закрыв глаза, пока ладонь мужчины медленно скользнула по моей щеке вниз, к шее, а после неторопливо и осторожно стянула одну лямку платья.

— Именно так, Руби. Мы совершенно одни. — прошептал он, заставляя слова растечься горячим металлом по венам.

— Тогда ответь мне на один вопрос! — лихорадочно выпалила я, чтобы не передумать и не соскочить. — Кто отец ребенка Калли?