16

После отъезда Тайлера моя жизнь, словно отремонтированные часы, постепенно возвращается к нормальному ритму. Итан вновь превращается в заботливого и уравновешенного мужчину, которого я знала, словно и не было этих двух недель бок о бок с его раздражительным клоном. На новой работе все тоже складывается как нельзя лучше: под надзором Элизы Поллак мне доверили вести двух несложных пациентов, да с вливанием в коллектив проблем тоже не возникает. С одной из девушек, Сарой Миллс, я даже сдружилась, и иногда после работы мы заходим в кафе неподалеку, чтобы выпустить пар и выпить по бокалу вина.

— Ты не видел мои таблетки, Итан? — спрашиваю, после того, как уже в четвертый раз перерыла содержимое тумбочки. На ней я оставляю упаковку противозачаточных вместе с бутылкой воды, чтобы не забыть принять их с самого утра, и сегодня почему-то никак не могу найти.

Итан защелкивает именную запонку на безукоризненной белизне манжеты и с улыбкой пожимает плечами:

— Я похож на того, кто пользуется контрацептивами, малыш? Кстати, для чего они тебе сейчас? Ты, кажется, говорила, что у тебя месячные.

И пусть основной часовой механизм приведен в строй, одна тонкая секундная стрелка никак не желает сдвинуться с места. Я не могу заставить себя заниматься сексом с Итаном после того, что произошло в клубе. Убеждаю себя, что мне просто необходимо время, что побороть муки совести, вот только со дня отъезда Тайлера прошло уже шесть дней, а мне, кажется, становится только хуже.

Я думаю о нем в обеденный перерыв; сидя в такси по пути в Форест Хиллс и особенно часто перед сном: воспроизвожу в памяти упругую твердость мышц, опьяняющий запах, отзывающимся в теле неконтролируемым возбуждением, тембр голоса и жадную темноту взгляда. Знаю, что если займусь сексом с Итаном, все равно буду представлять его.

— Кто бы мог подумать, что ты так хорошо разбираешься в средствах контрацепции, — бормочу, задвигая ящик. Выпрямляюсь и иду к гардеробной. — Нужно будет спросить миссис Карсон, может быть она куда-то их убрала.

Миссис Карсон наша новая домработница, которую я наняла за неимением времени и желания убирать огромные площади. Ума не приложу, для чего вообще строить такие огромные дома, не имея многодетной семьи.

— Конечно спроси, малыш. — благодушно отзывается Итан, застегивая пуговицу на дизайнерском пиджаке. — Я спущусь вниз. Приготовить для тебя кофе?

Встречаю его теплый взгляд и в очередной раз недоумеваю, почему между нами не может быть все так, как раньше. Хочу вернуть прежний душевный штиль и избавиться от этого грызущего ощущения в нервах, будто моя жизнь катится под откос. Я совсем не в том возрасте, чтобы променять проверенные временем отношения на неожиданно вспыхнувшую страсть. Мне нужно быть взрослее и эгоистичнее. Кто знает, чем занимается сейчас Тайлер — возможно, он обо мне уже не вспоминает.

Посреди рабочего дня меня застает звонок сестры. В течение недели мы пару раз созванивались с ней, но поговорить спокойно не удавалось: то я была слишком занята на работе, то сестра была на свидании с очередным ухажером.

— Эй, толстушка. — звонко восклицает трубка. — Я без прелюдий. Приезжай сегодня ко мне — устроим пижамную вечеринку, как в детстве. Только вместо сока разопьем вино, а вместо профитролей съедим...ммм… хотя профитроли, пожалуй, стоит оставить.

Проклинаю себя за то, что испытываю облегчение от того, что у меня появилась возможность еще на один день отсрочить близость с Итаном. Пусть он и не так близко знаком с особенностями женской анатомии, но вряд ли поверит, что критические дни могут идти больше недели.

— Я только предупрежу Итана, — пытаюсь скрыть звенящие нотки радости. — и после работы сразу поеду к тебе.

— Жду с нетерпением, толстушка.

Если Итану и не пришлась по душе моя ночевка, он не подает вида. В назначенный час забирает меня после работы и отвозит к сестре.

— Я позвоню тебе с утра, — говорит на прощанье и ласково треплет по щеке. — Ты часто не слышишь будильника, соня.

Я покидаю салон автомобиля, раздираемая угрызениями совести. Куда проще было найти оправдания собственной слабости, когда Итан не был так со мной мил.

За бутылкой сухого вина мы с Дженни обсуждаем всевозможные сплетни, деликатно обходя ситуацию с Тайлером, и после того, как выполняем месячный план по калориям, разбредаемся по комнатам. Залезаю в кровать, и утонув головой в подушке, открываю интернет. Несколько секунд бесцельно таращусь в экран, после чего быстро забиваю в поисковой «Тайлер Нортон».

Первой открывается его фанатская страничка в инстаграм с более двухстами тысячами подписчиков. В основном это фотографии с боев, но есть и те, где он выходит с сумкой из спортзала, или хмуро смотрит в камеру, позируя для селфи с ошалевшими от счастья фанатками. Последнее фото отмечено геолокацией штата Кентукки и подписано: «Волчонок нокаутировал Сорви-Голову меньше, чем за шесть минут, не позволив тому ни разу себя ударить». Губы непроизвольно дергаются в улыбку: быть может, это просто совпадение, но я предпочту думать, что Тайлер держит данное мне слово.

Перелистываю страницы поисковика, пытаясь раздобыть хоть какую-нибудь информацию о его детстве: заметки википедии, выдержки из интервью, но не нахожу ровным счетом ничего. Тайлер словно из-под земли на свет появился.

Отчаявшись выяснить о нем что-нибудь новое, тянусь выключить ночник, но в этот момент телефон, брошенный на одеяло, коротко вибрирует. Восторг, трепетные мурашки и адреналин — все это делают со мной шесть букв, горящих на экране. Тайлер.

Все в порядке?

Все совсем не в порядке. Я не могу перестать думать о тебе.

Это слабовольное признание я оставляю при себе, и дрожащими от волнения пальцами набираю:

У меня все хорошо. Сегодня ночую у сестры. А как твои дела? Где ты сейчас?

Тайлер: Я в Луисвилле. В гостинице. Почему у сестры?

Потому что не могу заставить себя спать с Итаном после того, что произошло между нами.

Рика: Дженни предложила устроить девичник. Женские штучки, если ты понимаешь, о чем я.

Женские штучки? Если ты понимаешь, о чем я? Боже, что я несу.

Тайлер: Я думаю о тебе.

При взгляде на эти короткую фразу сердце пропускает удар, и начинает колотится в удвоенном ритме. Помнит обо мне, не взирая на мили и толпы фанаток.

Рика: Я за тебя волнуюсь, Тай.

Тайлер: Не нужно. Мне ничего не угрожает.

Я не успеваю ответить, потому что телефон снова вибрирует во влажной ладони.

Тайлер: Пришли мне свою фотографию.

Хотя Тайлер не попросил ни о чем особенном, щеки мгновенно пунцовеют. Наверное, потому что никто из тех, с кем я встречалась, не просили этого сделать.

Сажусь на кровать и, быстро прочесав пальцами волосы, навожу на себя объектив камеры. Поколебавшись, опускаю телефон немного ниже, чтобы в фокус попал верх груди, прикрытой пижамной майкой. Чтобы фото не слишком походило на тупое селфи, убеждаю себя. Несколько раз жму на иконку фотоаппарата и, приблизив экран, разглядываю то, что получилось. Потемневшая от волнения синева глаз, неловкая улыбка, каштановые пряди, хаотично разметавшиеся по плечам и затемненная ложбинка груди. Можно попытаться сделать лучше, но тогда этот процесс растянется в вечность.

Выдохнув, непроизвольно жмурю глаза и жму «отправить».

В течение тридцати секунд в ответ ничего не приходит, несмотря на то, что Тайлер находится онлайн. Я вдруг явственно представляю, как он сидит на кровати гостиничного номера и разглядывает мою фотографию.

Тайлер: Самое красивое, что я когда-либо видел. 

Я столько раз перечитываю это сообщение, что экран успевает погаснуть, и в его почерневшей гладкости вижу отражение своей глуповатой улыбки.

Рика: Теперь ты. Пришли мне свое фото.

Нетерпеливо кручусь на кровати, ожидая его ответа. Проходит минута, две, три. Я перегнула палку? Он не хочет фотографироваться?

От звука вибрации я вздрагиваю и впиваюсь глазами в экран. Оттуда на меня смотрит лицо Тайлера: взгляд сосредоточенный, но не хмурый. Кажется, его волосы стали короче, придавая красивому лицу большую жесткость. В кадр попадают рельеф плеч и выраженная линия ключиц. Он без футболки. Возможно, в шортах или в полотенце. А возможно…черт, нужно прекращать фантазировать.

Тайлер: Я никогда не фотографировал себя.

Рика: Для первого раза у тебя отлично получилось.

Тайлер: Я бы хотел твое фото без одежды. 

Замираю с телефоном в руках, ощущая, как мощная волна возбуждения жаром ударяет по бедрам.

Рика: Ты всегда делаешь то, чего тебе хочется, Тай?

Тайлер: Да. Но я учусь себя сдерживать. 

Прежде, чем я успеваю придумать достойный ответ, приходит еще одно сообщение:

Тайлер: Для тебя.

Нервно ерзаю на кровати, кусая губы, пока пальцы сами выстукивают провокационный вопрос, который мне совершенно точно не стоит задавать.

Рика: А что если бы тебе не нужно было сдерживать себя со мной?

Точки на экране мелькают мучительно долго.

Тайлер: Сделал бы тебя своим домом и не выходил сутками.

Во рту пересыхает, и сердце впадает в агрессивную тахикардию. Мне нужно это прекратить сейчас же. С каждым следующим сообщением я все больше перехожу черту, погружая себя в одержимость, от которой жажду избавиться.

Вдавив пальцы в серый металлический корпус, быстро печатаю:

Спокойной ночи, Тайлер. Помни, что обещал не подставлять себя под удар. 

Ответ приходит через секунду.

Ты должна выбрать меня.