Глава 24

Горячев В.Г.

В голове звенят колокола. Царь-колокол. Того и гляди лопнет черепушка. Во рту пустыня, в душе наоборот бурлит злая ярость от того, что эта чертова Пупсятина сбежала. Не на нее я злюсь. На себя, что проспал все на свете. Иначе я бы ее не отпустил. Я бы продолжил тонуть в каком-то совершенно фантастическом безумии. Столько лет на свете живу, а даже не предполагал, что бывает вот такое. Райков идиот. Круглый идиот. И он счастливчик настолько, что я ему болезненно завидую. Обладать вихрем и так бездарно его промохать. Я уже начинаю сомневаться, что мне нужен такой партнер безмозглый.

Черт, и где мои трусы? Да и хер с ними. На люстре болтаются рваные колготки, как интересно они туда попали? Рубашку нахожу у порога номера, она на лапшу похожа. Разодрана на ленты. В паху тяжелеет сразу от воспоминаний. Ведьма. Эта женщина точно не просто обманутая женушка. Она демоница, воровка душевного спокойствия.

– Босс, я захожу, – рявкнула из-за двери Бинка. Сука. Когда я уже научу ее стучать в дверь. – Вы там не голый, надеюсь?

– Голый, – прорычал я, схватил уродливый казенный халат, болтающийся на спинке мерзкого алого дивана.

– Ой, чего я там не видала. Вы в доме райкова всем показали свою мужскую гордость и мощь, – хмыкнула эта поганка и тут же просочилась в номер. – Я заказала вам завтрак, кофе черный и сейчас принесут костюм. У нас сегодня подписание договора, надеюсь вы не забыли?

Сука. Убью. Морда у этой нахалки сейчас такая многозначительная. Уволю к херам.

– Или вы передумали, в свете последних ваших адюльтэров? Нет, я все понимаю, конечно, но…

– Не твое дело. Машину мне подай, срочно, – я рычу. По-хорошему я и вправду должен послать Сережу этого на три веселых буквы. Губер его раком загнет за то, что он промохал инвестора. А я уеду из этой дыры с чувством выполненного долга и глубокого удовлетворения.

– Куда поедете?

– К Райкову. Домой к нему. Мне надо срочно обсудить с ним…

– Там ее нет, – хрюкнула Бинка. Я замер на месте. Черт меня подери, почему от этих ее слов я почувствовал странное облегчение? Я же не могу ее ревновать? Чужую бабу к ее мужу ревновать глупо. Но я буквально слепну от острого желания снова насовать в морду дураку, который не умеет ценить данное ему счастье. – Я все, босс, понимаю, но Маргарита Павловна чужая жена. Жена вашего будущего делового партнера. Они не в разводе. И… милые бранятся, только тешатся. У них есть дочь. Он гульнул, она отомстила. По статистике, жены возвращаются в семью практически всегда.

– По статистике слишком наглых секретуток увольняют сразу после того, как они начинают совать нос в дела своего начальства, – рычу я. Она чертовски права. Да и не нужно мне все это. Просто что-то поплыл я. Мозгом поплыл. Захотелось почувствовать себя живым, в коите века. И чертова пупсятина – заноза в заднице, ходячая проблема. – Завтрак мне, кофе, смену белья. И…

– А плевать на статистику, Василий Георгиевич. Если вам так эта женщина запала, так хрен с ним с мужем. Не стенка, подвинется. Тем более он мутный какой-то. Говнюк и врун, – задумчиво пробормотала чертова мерзавка, руша хлипкую стену, которую я вот только что сляпал из говна и палок. – И с договором…

– Ты уж определись, – хмыкнул я. Оскалился как зверь. – Ты была права. Мише прикажи подать машину. И собирайтесь, сегодня мы уезжаем. У меня накопилась куча дел. Некогда мне разгребать проблемы посторонних людей. И еще… Тема закрыта. Я помог отомстить Райковой, сам получил удовольствие. Это все.

– Да, шеф, – как-то странно хмыкнула Бинка. – Кстати, я Мишаню утром отправила проследить, куда Маргарита Павловна пошла. Но раз вам не интересно…

– Вон пошла! Провокаторша, мля. Я давно не ведусь на эти дешевые манипуляции. Кофе. Я кофе хочу, слышишь? Бегом. И Мишу пришли.

– Да, босс. Я все поняла. Вы не ведетесь на провокации, – хихикнула Бинка и юркой белкой выскочила за дверь, очень вовремя. Потому что я в нее швырнул первое, что под руку попалось. Чертов стакан с отпечатком розовой, какой-то девчачьей помады. Запахло лимоном так, что у меня голова закружилась. Надо просто забрать у чертовой ведьмы трусы. И тогда чары развеются и я снова превращусь в злобного огра из слюнявого идиота. Мне не нужен никто. Я одиночка. Я столько лет прекрасно справлялся с этой восхитительной способностью быть эгоистично счастливым. И тут…

Не дождался я кофе. Оделся судорожно. Даже не глянув на то, что на себя натянул и поехал спасать свое одиночество привычное от злых чар Пупсячьей ведьмы.

– Куда едем, шеф? – и зачем он спрашивает. Будто не знает. Они все обнаглели. Совершенно отбились от рук. Когда мы вернемся домой, я устрою им бурю в пустыне. Буду воспитывать. Жестко воспитывать.

– За моими трусами, – пробурчал я себе под нос. Но этот паразит услышал, посмотрел на меня в зеркало заднего вида озадаченно. Поди думает, что у начальства крышу сорвало. Ну что ж, он не так уж и далек от истины. – Миша. Ты ведь знаешь, куда мы едем. Только сначала…

– В цветочный?

– В хреночный, – охренеть, даже у этого узколобого бывают просветления. – Да, Миша, в цветочный.

– И там есть еще магазин, где делают конфеты дизайнерские. Бабы любят сладкое.

– Миша. Не разочаровывай меня. Я уж было подумал, что ты не совсем тупиковая ветвь эволюции, – поморщился я. Баба. Рита не баба, она… Она…

Возле новостройки уродливой я оказался через полчаса. Одетый, как придурок, с мерзким веником, слишком претенциозным, совсем ей не подходящим, этой ведьме. И выходить из машины я уже сто раз передумал. Выгляжу как…

– Прям жених, – хмыкнул Мишаня. Убить что ли его? Забить чертовым веником. – Ну, или перехватчик. Тетка конечно клевая, хоть и не бутончик. Но вам подходит. Вот у этого засранца пукан порвется, если он…

– Миша, ходишь по краю, – прохрипел я, схватился за ручку дверцы и…

Райков вышел из подъезда. Придержал дверь из которой выпорхнула пупсятина. Она запнулась, он подставил ей руку, на которую она так естественно оперлась. Она улыбнулась мужу благодарно. Он шел с видом короля мира в новенькой машине. Права была Бинка, милые бранятся, только тешатся. Они одна сатана, оба беспринципные, одинаковые.

– Поехали. Подпишем контракт и домой. Цветы выкинь. И еще…

– Да, босс. Буду как рыба молчать, – не стал спорить водила. Я откинулся на спинку Слава богу. Морок начинает рассеиваться. Это просто было помутнение. Это просто…