Глава 10

“Мне нечего носить, мне нечего носить! Ой, Моня! Я тебя умоляю! Возьми мешок картошки и носи на здоровье!” Мотаю головой. Бр— р, что за мысли в голову лезут?! Как только хозяин гор, степей и леса предложил альтернативу: или ногами, или мешком картошки на плече, в мою голову, как всегда, заполонили странные фразочки. Можно было, конечно, вот прямо сейчас так и сказать: “Не мешок я вам, Сергей Захарович, чтобы на плече таскать…” Но, не сказала. В мире шоу бизнеса, где вот такие скандалы могли быть продуманным пиар ходом, нацеленным на просмотры и лайки, возможно бы и стоило… подкинуть дровишек колкой фразой, встать в позу и таки дождаться, чтобы перекинул и отнес. Было бы… эпично. Точно хайпанули бы и заставили бы телочек экраны своих смартов облизывать. Это я как профи заявляю! А как иначе, все эти…м— м— м…кубики пресса приковывали взгляд. Директор наш, вдобавок, то задерживал дыхание, то слишком глубоко вдыхал, заставляя мышцы фактурно сокращаться. Я аж зависла… хотелось разрядить обстановку и ляпнуть что-то из серии, что у председателя нашего кооператива даже мышцы директорские и что всё тело его – мотор, а руки – рычаг зажигания и сейчас вот он ой как зажжет… но в данном случае, напряженная, наэлектризованная атмосфера и какая— то животная энергетика исходящая от мужчины заставили прикусить язык. Спорить, на людях, не хотелось. К тому же, я совершенно чужой пирожок на их праздничном столе, кто знает, может не в свою очередь, в подачу блюд влезла? Лучше притаится и делать так, как сказал директор. – Спасибо за приглашение, Сергей Захарович, с удовольствием воспользуюсь вашим гостеприимством, – чопорно расправила складки на сарафане, поежилась, потому что глаза мужчин скрестились на мне. Севы – вопросительный, директора – злющий. – Я так понимаю, мне туда? – киваю на председательский дом. Не дожидаясь, разворачиваюсь, шагая к срубу. “Ну, Машка, ты и попала… Как попаданки из фэнтези. Только ж с моим везением фиг тебе, а не замок, получай подозрительную глухую деревню, доверху напичканную красавчиками. И даже властный властелин, одна штука, имеется!” Идет вон, дышит в спину… “А может ты не в фэнтези попала… ща как прикует к батарее и будет хоррор”. – Это я заберу. Тебе не идёт, – волос касается ладонь, дергает за хвост кожаного шнура, которой Сева заплел волосы. От неожиданности я, как ошпаренная кошка, подпрыгиваю на месте, тихонько вскрикиваю, хватаясь за сердце. – Зачем так пугать, товарищ директор! – Сердце стучит, кажется в самом горле. “Да, я умею себя накрутить, за минуту причем!” –Тебе нечего боятся. Дом большой. Кроме меня и брата никого нет здесь. Звучит не очень. “Плохо вы успокаиваете, Сергей Захарович”. Когда он стоит вот так, близко – близко, мне почему— то не по себе. Смущение и какое— то странное, совершенно неуместное предвкушение, вибрацией расходится по телу. Смутные воспоминания его рук на моей коже… танец в “Костях”… неужели знакомились? НЕ ПОМНЮ! Но тогда бы он не представлялся заново в лесу… Тем временем он расценивает мою задумчивую и хмурую гримасу по— своему. – Он приставать не будет. Я тем более. – Хорошо, спасибо, – отхожу от двери. – Ты ела хоть? Или после заката религия не позволяет? – открыв дверь, подхватывает с перил рубаху, поспешно накидывая на плечи. Наконец— то прикрывает всю свою живописность, и я тихонько перевожу дыхание, облегченно выдыхая. Прекрасный, волнующий вид, аж потрогать хочется… Хорошо, что спрятал. А то еще точно пальцем тыкну, проверить рельефность на ощупь… или скажу чего не то. Жестом пропускает меня вперёд: – Мясо хоть ешь? Или из новомодных, тех что за права бедных и пушистых? Входи. – О, мясо я очень люблю и не откажусь, спасибо. Снимаю сандалии. Неуверенно ступаю босыми ногами по идеально отшлифованному полу. Внутри светло, лаконично, аккуратно. Как и у Севы, дом украшен резными деревянными фигурками. В основном звери и птицы: волки, совы, медведи, есть парочка неописуемо красивых, изящных косуль… или олених. Или я не знаю… коз? Не разбираюсь совершенно во всем этом животном мире. – Красивый сарафан, – летит неожиданный комплимент. – Тебе, когда вещи твои вернут, подумай, не приберечь ли до города. Здесь в них ходить себе дороже, думаю, уже поняла. “А я красивая или только сарафан?” – вновь спрашиваю только у себя в голове. Вместо этого молча киваю, неуверенно разворачиваясь к нему лицом. Мы зависаем в моменте, смотрим друг на друга и я вдруг понимаю, что глаза у него волшебные: не скучно карие, а словно кора дерева, с вкраплениями темного и светлого оттенка… вдобавок как будто подсвечены изнутри янтарем. – Пойдем, комнату тебе покажу. – Отвисает он первым. Проводит по дому, рассказывает что и где находится. Выдает полотенца. – Ванная одна, но есть замок. Работает. – М— м, спасибо, – заправляю непослушные волосы за ушко. – А зубной щётки запасной нет, случаем? Мне Полина выделила, но я ее с собой не захватила. – Есть, – открывает комод, над которым висит большое зеркало в ажурной раме. – Кладет упаковку на раковину. – Благодарствую, – цепляюсь в щетку, как в защитное копье. – Что ж, ужин будет поздним. Пойдем, покормлю тебя. Ну и вот как тут начать разговор о том, что было у костра? Почему он там вел себя как с цепи сорвавшийся пёс, когда вот сейчас очень внимателен? “А никак и не начинай, Машка. До утра дотерпеть и свалишь по— тихому. Пусть себе сами выясняют отношения. А ты в Кости, к родному телефону и домой”. Директор на своей территории предельно учтив. Сервирует стол на одну меня. “Брат есть, но похоже и нет” – А вы уже ужинали? – присаживаюсь на стул. Наш председатель морщится. – Давай без выканья, идет? – Хорошо, – пожимаю плечами. – Я ужинал и сейчас мне надо уйти, так что, извини, компанию не составлю. – Ладно… – Сама разберешься? – едва уловимая улыбка приподнимает кончик губ с одной стороны, – не заблудишься? А я неожиданно выдаю: – Пусть душу новую я обрету там, где посмел заблудиться! – хочу, чтобы звучало забавно, но отчего-то фраза из стихотворения звучит зловеще и с каким— то странным подтекстом. – Эм… – пытаюсь сгладить я, – я хотела сказать… – Ешь, – кивает на тарелку, доверху наполненную ароматным мясом. – Вернусь поздно, так что, скорее всего увидимся уже утром. Директор вылетает из дома, словно за ним рой диких пчел несется, а я остаюсь одна, за огромным столом, явно предназначенным для большой и дружной семьи. Кошусь на громадную порцию и ворча декламирую: – Кто сидел на моем стуле? – накалываю кусочек мяса и с аппетитом жую. – М— м— м, как вкуфно. – Кто сифел на моем стуфе? Кто ел из моей тафелки? – подхихикиваю тихонько с набитым ртом. Видать, стресс таки сказался. – Ой, Мафка, останавливаю себя. Не та это сказка, не та.